От Британии до США: почему великие державы совершают одни и те же ошибки

Исторические параллели, которые заставляют задуматься: повторяются ли ошибки уходящего столетия?

Когда в 1976-м году британский генерал — историк сэр Джон Баготт Глабб (1897-1986) опубликовал свое эссе «Судьба империй и поиски выживания», он вряд ли предполагал, что его работа станет пророческой для Соединенных Штатов Америки спустя полвека. Изучив более десятка империй за три тысячи лет —  от Ассирийской до Британской — Глабб выявил повторяющийся цикл из семи стадий: завоевание, коммерция, богатство, интеллектуальный расцвет, упадок и гибель.

Сегодня, когда стремительно меняется политический ландшафт мира, эти исторические уроки обретают новое звучание. Заявления советника президента Трампа (в первый его срок президентства) Стивена Миллера о том, что «мир управляется силой, мощью и властью» и что это «железные законы мира», звучат как эхо риторики уходящих империй, которые на закате своей мощи начинали говорить языком грубой силы, ане убеждения.

Закат Британской империи — anatomy краха

Начало ХХ века стало временем, когда Британская империя, занимавшая четверть суши и населения Земли, уже вступила в полосу необратимого упадка. Империя, над которой «никогда не заходило солнце», столкнулась с теми же симптомами, что и другие державы перед гибелью.

Социальное разложение стало очевидным: 60% английских мужчин были признаны негодными к военной службе по состоянию здоровья — тревожный показатель, который находит пугающую параллель в сегодняшних 77% американской молодежи, не соответствующих стандартам. Британский правящий класс был озабочен «дегенерацией расы» и «физическим упадком» населения.

После 1-й Мировой войны, унесшей жизни более миллиона жизней британских и имперских войск, экономика страны оказалась разрушена. Выход из войны оставил Британию фактическим банкротом: госдолг превысил ВВП.

После 2-й Мировой войны процесс потери колоний стал лавинообразным — Индия, «жемчужина британской короны», обрела независимость в 1947 году. Суэцкий кризис 1956 года стал символическим моментом, когда мир окончательно понял: Британия больше не великая держава.

Семь стадий имперского упадка: от Испании до США

Д. Глабб выделил семь стадий, которые неизменно проходят империи. По мнению аналитиков сегодняшние Соединенные Штаты глубоко внутри этого цикла.

Первая стадия — военная перенапряженность. Испания XVI века содержала армии на 4-х континентах, тратя на военные нужды более половины государственных доходов. Британия начала XIX века имела военные базы по всему миру, что привело к неподъемным расходам в годы 1-й Мировой войны. США сегодня содержит более 750 военных баз в 80 странах, держат около 200 тысяч военнослужащих за рубежом, а их военный бюджет приближается к триллиону долларов. Как и предшественники, Америка пытается одновременно сдерживать Китай, Россию и Иран. Защищать Европу через НАТО, обеспечивать безопасность Израиля и сохранять присутствие в Азии — ресурсы, как и в случае с Британской империей оказываются растянутыми до предела.

Вторая стадия — девальвация валюты. Испанцы смешивали медь с серебром для чеканки монет, снижая содержание драгметалла. Британия в 1931 году отменила золотой стандарт, девальвировав фунт на четверть. США вышли из золотого стандарта в 1974 г., и с тех пор доллар потерял около 98% своей покупательской способности.

Третья стадия — долговая спираль. Испания объявляла дефолт 4 раза между 1557 и 1596 годами. Британия к 1945 году накопила долг, превышающий ВВП страны. Госдолг США сегодня превышает 38 триллионов долларов, а ежегодные процентные выплаты приближаются к триллиону — больше, чем на оборону.

Четвертая стадия — утрата производственного потенциала. Золото, хлынувшее в Испанию их американских колоний, уничтожило внутреннее производство — страна стала зависеть от импорта. Британия после 2-й Мировой войны вывела производства за границу. В США доля обрабатывающей промышленности в ВВП упала с 24% в 1974-м до 10% сегодня, а торговый дефицит достиг почти 100 миллиардов долларов только в первой половине 2025 года.

Пятая стадия — социальная деградация. В Испании росли преступность и эмиграция. В Британии после распада империи усилилось неравенство. В США уровень бездомных вырос на 18% в 2024 году, достигнув 771 тысячи человек. Доверие к федеральному правительству упало до рекордных низких 22%.

Шестая стадия — утрата статуса резервной валюты. Испанский реал утратил мировое признание. Британский фунт упал с 4,03 доллара в 1940г. до 1, 27 сегодня. Американский доллар сталкивается с ускоряющейся дедолларизацией: страны БРИКС разрабатывают альтернативные механизмы расчетов, центральные банки рекордными темпами скупают золото, а доля доллара в мировых резервах упала до минимума.

Седьмая стадия — коллапс. Испания к 1700 году превратилась во второстепенную державу. Британия потеряла империю за 20 лет после 2-й Мировой войны. СССР распался за 900 дней острого кризиса.

Объединенный Запад мертв?

Сегодняшние события заставляют вспомнить не только имперские циклы Глабба, но и предупреждения историка Пола Кеннеди, автора нашумевшего труда «Взлет и падение великих держав» (1988), где он писал об «имперском перенапряжении» — неизбежном явлении, когда великая держава берет на себя больше стратегических обязательств, чем позволяют ее экономические возможности.

В январе 2026 года влиятельное издание Politico опубликовало статью с резонансным заголовком «Объединенный Запад мертв». Директор Европейского совета по международным отношениям Марк Леонард констатировал: международный либеральный порядок подходит к концу. «На самом деле, он, возможно, уже мертв», — пишет Леонард, указывая на политику Трампа, которая окончательно похоронила идею единого Запада.

Опросы, проведенные в 21 стране в ноябре 2025 года, показали шокирующие результаты: лишь каждый шестой европеец считает США союзником. В Германии, Франции и Испании этот показатель приближается к 30%. За последние два года отношение к Америке в Европе ухудшилось кардинально — европейцы больше не верят в надежность трансатлантического партнера.

Более того, риторика Вашингтона напоминает колониальную.  Госдеп США объявил Западное полушарие «зоной интересов Вашингтона», сопроводив заявление черно-белым фото Трампа с надписью: «Это наше полушарие». Военная операция в Венесуэле, угрозы в адрес Гренландии, заявления о возможности вторжения в Мексику — все это возвращение к доктрине Монро в ее самой агрессивной, силовой интерпретации.

Германский политолог Александр Рар констатирует: «Рухнул мировой порядок, основанный на так называемых «правилах» и «либеральных ценностях». Причем, разрушила его не Россия, как утверждают в Брюсселе, а политика самого Запада.

Китайский фактор и новый мировой порядок

Самым долгосрочным следствием политики Вашингтона, отмечает Politico, стало то, что Америка оттолкнула от себя союзников и приблизила их к Китаю. Ожидается, что влияние Пекина будет расти во всех сферах — от Южной Африки и Бразилии до Турции. В этих странах больше респондентов считают союзником Пекин, чем Вашингтон.

Политолог Андрей Кортунов подчеркивает: США при всех их достижениях, составляют менее четверти мирового ВВП по номиналу и около 15% по паритету покупательской способности. «Восстановление американской гегемонии невозможно», — заявляет эксперт. Новое мироустройство будет не многополярным в классическом понимании, а полицентричным, где роль будут играть не только крупные державы, а также средние и малые государства.

Уроки истории

История не повторяется буквально, но она рифмуется. Британская империя не рухнула в одночасье — ее упадок растянулся на десятилетия, и многие современники не замечали признаков заката. Сегодняшние США демонстрируют все симптомы, которые Д. Глабб описал в своей теории имперских циклов.

 «Мы живем в зловеще похожий исторический момент», — пишет лауреат Пулитцеровской премии Крис  Хеджес. Британия была ввергнута в коллективное самоубийство 1-й Мировой войны. Куда приведет Америку ее нынешний курс — покажет время. Но очевидно одно: мир, в котором Запад диктовал свои правила, уходит в прошлое. На смену ему приходит мир многополярный, где гегемония одной державы становится невозможной, а история, как и прежде не прощает стратегических ошибок.

Дмитрий Симонов