Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Дороговизна, бедность и индивидуализм. Нью-Йорк глазами россиянки

Дороговизна, бедность и индивидуализм. Нью-Йорк глазами россиянки

Катя Казбек родилась в Краснодарском крае, выросла и училась в Москве, а теперь живет и работает в Нью-Йорке. Писатель и переводчик, публицист с коммунистическими взглядами, Катя рассказала подробности о жизни в одном из самых дорогих городов мира.
— Как давно вы переехали из России в США и что было самым непривычным на новом месте жительства?
— В Нью-Йорке живу с 2014 года. Самое непривычное, пожалуй, это то, насколько силен американский индивидуализм. И мне кажется, что именно в этом таится разгадка: за свободу часто принимают именно это пестование личности, в ее положительных и отрицательных проявлениях, и поэтому непризнанному за свое либеральное знамя на родине либералу кажется, что вот уж там его оценят по достоинству за повестку, среди единомышленников. И это так, только на одном одобрении далеко не уедешь.
Что же о свободе и демократии в целом — на мой взгляд, ситуация в капиталистических странах вообще с этими делами довольно однородная, и чем ближе к ядру, тем это актуальнее. Существует эдакий социальный контракт, где за определенные условия жизни обещают определенные блага, главное не спорить со статус кво. Сколько это будет работать – отдельный разговор, но пока так.

— Что вы имеет в виду, говоря о «ядре».
— Под ядром я подразумеваю страны Запада – гегемоны, в которых развитие возможно за счет периферии/империализма.
— Почувствовали ли вы в США ту самую распропагандированную свободу и демократию?
— Больше всего мне в США бросаются в глаза две вещи как ломающие существующий нарратив о демократии и свободе. Во-первых, демократия тут какая-то призрачная, так как всего две партии, которые представляют интересы элит и не отражают волю народа, и хоть ты тресни, но голосовать за кого-то, кто не будет сторонником американского империализма, например, не сможешь. Причем, все это практически не меняется на любом уровне.
Во-вторых, свобода здесь абсолютно завязана на том, насколько твоя жизнь и позиция отражает интересы опять же элит. Сверху делят на достойных и недостойных, и выстраивают дискурс так, чтобы постоянно давать маркеры ограничения свободы недостойных, одновременно с этим создавая видимость свободы достойных, хотя, по сути, разницы особой нет, все упирается лишь в то, насколько разным группам комфортно в клетке.

— Получается, что свободы в США нет ни у какой из групп и все живут в одной, условно говоря, тюрьме?
— Мне кажется, метафора про тюрьму нас не туда уведет. Под клеткой я имею в виду гнет капитализма. Чем больше у тебя денег, тем ты свободней от его формальных оков, но в США отлично налажена система предательства своих классовых интересов ради определенных привилегий.
— Перейдем к бытовым вопросам. Какова ситуация с жильем в США в целом и в Нью-Йорке в частности?
— В США ситуация с жильем различная, в целом по стране можно встретить жилье от полуразрушенных хибар до пентхаусов за сотни миллионов долларов. Нью-Йорк – один из самых дорогих городов в мире, так что пентхаусы именно там, но это не значит, что нет хибар: бездомные их возводят из коробок на улицах города повсеместно и живут, пока их не разгонят. А если взять только лишь официальный рынок недвижимости, то в нем можно встретить как многоквартирные, так и частные дома, жилье личное и съемное, а также социальное.
Две трети жителей города арендуют жилье. Каждый 106-й ньюйоркец – по данным моего местного приюта — бездомный, без крыши над головой каждую ночь где-то четыре тысячи жителей, остальные в приютах и т. д., но приюты часто платные.

Нью-Йорк на самом деле гораздо больше, чем может показаться издалека, то, что мы обычно видим в кино — это Манхэттен, и даже он довольно неоднородный. Есть более бедные его части, где много соцжилья, есть более богатые, где небоскребы и роскошные особняки, где есть квоты для менее обеспеченных, но все равно все довольно сегрегированно. Но помимо Манхэттена есть еще 4 Боро (района), из них Квинс и Бруклин чуть более бюджетные, но все больше растут в цене, Бронкс и Статен-Айленд в 1,5 раза дешевле Манхэттена, но даже оттуда рабочий класс потихоньку вытесняют.
Многие работающие в Нью-Йорке живут за его пределами и добираются на электричках или автомобилях, или в штате Нью-Джерси — он находится через реку от Манхэттена, и по сути к центру города ближе, чем дальние районы самого Нью-Йорка. Но там тоже уже давно «перегрето» все, и людям приходится углубляться все дальше и дальше, разгоняя при этом местное население, которое уже не тянет выросшие цены.
— А где живете вы?
— Моя семья в постсоветское время стала очень буржуазной, отец – коммерсант, много работал с американцами и приобрел недвижимость в Нью-Йорке, где мы с мужем сейчас и живем. Если бы не этот факт, сомневаюсь, что мы вообще попали бы туда и продержались. Впрочем, тут двойное дно: «коммуналка» нам все равно выходит в цену аренды, но хотя бы не приходится проходить через семь кругов ада с недобросовестными хозяевами, как многим нашим друзьям, а в пору ковида эта ситуация вообще обострилась донельзя.
— Нью-Йорк — это, прежде всего, город услуг, не так ли? Тем не менее вы писали о нью-йоркском рабочем классе. Насколько он многочисленен?
— Да, Нью-Йорк — город услуг от и до, промышленность очень небольшая. Индустрия услуг, тем более частных, самая распространенная: больше всего людей работает в сферах медицинских, финансовых и торгово-транспортных услуг, и в индустрии обслуживания этих сфер. Ну и на муниципальные власти тоже очень многие работают.

Когда я говорю про рабочий класс Нью-Йорка, я считаю в том числе его многочисленных уборщиков, продавцов, официантов, курьеров и прочих сотрудников индустрии еды, клерков, строителей всех этих небоскребов, домработниц и нянь. Хотя считается, что лишь 20 процентов
ньюйоркцев зарабатывают на хлеб ручным трудом, нельзя не упомянуть еще и про труд «ножной».

Каждый 10-й ньюйоркец — безработный.

— А как распределено занятое население по категориям?
— В целом 39,2 процента ньюйоркцев заняты на руководящих, бизнес-, научных постах и в сфере культуры. 20,3 процента – в обслуживающих профессиях, 23,8 процента в торговле и офисах, 7,3 процента на природных ресурсах, строительстве и хозяйстве, 9,5 процента на производстве и в транспорте. Не будем забывать, что 10,5 процента – безработные, за чертой бедности живут где-то 19,1 процента.
— Есть ли у Вас данные о медианной зарплате в Нью-Йорке?
— По разным подсчетам она составляет около $50–60 тыс. в год, или примерно $4–5 тыс. в месяц.
— Сколько из этого нужно отдать в виде налогов?
— С налогами все довольно сложно и работает по шкале, но в целом при медианной зарплате платить придется где-то 25 процентов, причем в отличии, например, от России (и Беларуси. – Авт.) автоматически работодателем налог не уплачивается. То есть можно устроить, чтобы платил работодатель, но все равно потом придется, как и в случае выплаты налогов самому, подавать декларацию со сложным расчетами и кучей нюансов. Если платил работодатель, есть шанс, что после пересчетов вернут излишек или попросят доплатить. Там много уловок, и по сути, чем богаче человек, тем проще ему уходить от уплаты налогов.
— Многие наслышаны о высокой стоимости жилья в Нью-Йорке. Сколько нужно за него платить, если рассматривать экономный вариант?
— Медианная арендная плата за студию в городе на данный момент составляет $2 396, и это цены еще просели и пока не вернулись на свои позиции с тех пор, как во время пика коронавирусной эпидемии многие уехали из Нью-Йорка. Комната обойдется не менее $1000. Чем дальше удаляешься от центра, тем дешевле. «Коммуналка» в основном входит в арендную плату, и платят ее полностью только владельцы, но все по-разному. Интернет и кабельное телевидение обходятся где-то в $60.
— Сколько уйдет на еду, если питаться сытно, но без излишеств? Какие еще есть обязательные платежи?
— Питание разнится от местности, но средний по городу счет за продукты в месяц — это где-то $480 на человека. Месячный проездной на метро и автобус стоит $127, но чем дальше от центра города живет человек, тем вероятнее, что ему в жизни нужен автомобиль, как и повсюду в Америке, а это дополнительные траты. Парковка очень дорогая, на Манхеттене особенно, страховки дороже, чем по стране.

19,1% жителей Нью-Йорка живут за чертой бедности.

— Отдельный вопрос о медицинских услугах. Насколько они дорогие? И есть ли бесплатная медицинская помощь?
— Медицина — тема абсолютно невыносимая. Там все очень сложно и дорого. Я однажды с подозрением на инфекцию попала в травмпункт за день до того, как у меня начала действовать студенческая страховка, и в итоге вынуждена была платить $1000 за разовый осмотр врача длиной минут в 10.
Если ты не имеешь дохода или доход ниже минимума, город дает страховку, но при изменении обстоятельств ее забирает. Люди старше 65 и инвалиды могут получить Medicare – социальную страховку. Остальные должны получать страховку либо через работодателя (тут работать на корпорацию выгодно, потому что у них они самые лучшие, т. к. чем больше охват людей, тем выгодней), либо частным образом покупать, допустим, если ты фрилансер.

— А сколько стоит страховка?
— В среднем не меньше $430 в месяц на человека. От ее вида зависит то, сколько будешь платить за визиты и процедуры. Как я понимаю, чем дешевле страховка стоит заранее, тем больше выложишься, если случится страшное. Но главное то, что даже имея страховку, включая социальную, все равно надо доплачивать из кармана. Разница лишь в том, сколько.
Еще ньюйоркцы тратят где-то $1300 в год на рецептурные препараты, и столько же — на визиты в поликлинику, хотя в последнем случае эта цифра получше, чем в остальном по стране.
Кстати, для примерного понимания цен без учета страховых выплат. Рентген стоит от $100, МРТ от $650, колоноскопия от $1100, роды акушерские от $10 000, операция на сердце от $40 000, а уж лечение рака – это вообще десятки или даже сотни тысяч долларов. Койко-место в больнице где-то $2500 в сутки.
Надежда Саблина
Инфографика Светланы Курейчик
Фото: предоставлены героем и из открытых источников

Рекомендуем

Информационное агентство «Минская правда»
ул. Б. Хмельницкого, д. 10А Минск Республика Беларусь 220013
Phone: +375 (44) 551-02-59 Phone: +375 (17) 311-16-59