Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

«Я не раз видела, как плачут врачи из-за смерти пациента». Как областные медики спасли белоруску

«Я не раз видела, как плачут врачи из-за смерти пациента». Как областные медики спасли белоруску
Фото: предоставлены героиней материала

О белорусских врачах, стоящих на страже бесчисленных пациентов, больных коронавирусом, уже слагают легенды. Одна из благодарных и пораженных их чуткостью женщина даже обратилась в редакцию МЛЫН.BY, чтобы рассказать о героях нашего времени. Наталья Лис попала в ковидное отделение Минского областного противотуберкулезного диспансера с высокой температурой и поражением 1/3 легких. На момент ее поступление в больницу даже разговоров не было о реанимации, но состояние ухудшалось.

— Все началось в октябре, вместе с очередной волной обострения острых респираторных заболеваний. На протяжении пяти дней у меня была высокая температура и ничем не сбивалась. 16 октября я сдала ПЦР-тест, через день получила положительный результат и можно сказать сразу оказалась в больнице. Все происходящее со мной там помню достаточно смутно… дышать становилось все тяжелее, в легких было ощущение тяжести. Каждый день мне приносили таблетки и ставили капельницы, но температура неизменно поднималась каждый вечер. На пятый день меня подключили к дополнительному источнику кислорода и с тех пор маска с трубочками осталась со мной по сей день. Несмотря на то, что он помогал дышать, этого было недостаточно. В один из похожих и затуманенных дней ко мне подошла врач и сказала, что состояние не улучшается и меня будут переводить в реанимацию. В реанимации я провела 53 дня, отсчет за мою жизнь пошел с 25 октября, — начинает историю Наталья уже с оглядкой на прошлое.

С великой долей непонимания женщина призналась, что за все время нахождения в реанимации ее ни разу не подключали к аппарату ИВЛ. Хотя очень часто состояние было «на грани», но в последний момент легкие каким-то чудом начинали дышать самостоятельно. По какой причине – неясно даже врачам, ведь состояние было действительно тяжелым.

— Результаты КТ показывали серьезное поражение легких: одно – 90%, другое – 65%. Поэтому реанимация оказалась моим вторым домом на долгое время, а медперсонал, находящийся там круглосуточно и ежеминутно проверяющий состояние тяжело больных, — второй семьей. Атмосфера тамошних палат не из приятных, все кажется еще более серьезным, чем в обычной: пациенты круглосуточно подключены ко всем аппаратам, которые показывают все жизненно важные показатели – сатурация, давление, пульс. Состояние непонятное и странное, ты вроде в сознании, а вроде и нет. Нельзя пользоваться телефоном, нельзя видеться с родными, и ты остаешься наедине сам с собой, со своими тяжелыми, как и состояние, мыслями. Каждое раннее утро, начиная с 5-6 часов, приходят медсестры брать кровь из пальца на сахар, с 7-8 утра брали кровь из вены и так несколько раз в день. При необходимости (а в реанимации эта необходимость ежедневная), брали кровь из артерии, чтобы проверить уровень сатурации в крови. Так же обязательно ставили мочевой катетер, предварительно предупредив, что обязательно за день нужно выпить два литра воды. 5-6 раз за сутки санитарки забирали всю мочу и проверяли объем, чтобы выяснить на сколько эффективно работают почки. Кроме обязательных анализов делали снимки легких и ЭКГ, все это происходило для пациента довольно спокойно, никуда не нужно было ходить, необходимое оборудование привозили в реанимацию. Большой поддержкой в реанимации были соседи по палате, я хорошо помню двух женщин Татьян, одну из Любани, другую из Боровлян. Мы старались развлекать друг друга в меру своих возможностей. Хотя были и другие случаи, когда больные кричали, срывали с себя маски. Смотреть на это очень тяжело, их состояние можно понять, но нельзя так делать. Нужно стараться держаться из последних сил, — продолжает героиня.

С уверенностью можно сказать, что врачи вернули Наталью с того света. Выписывать пациента они не спешили, даже предлагали реабилитацию, но в Наталье была такая жажда жизни, что, выполняя все рекомендации врачей она все-таки пошла на поправку и даже ее организм был не в силах ей сопротивляться. Медперсонал даже шутливо называл ее самым улыбчивым пациентом, об этом же рассказывали ее дочери, которые признались, что не могли опустить руки с такой боевой и позитивной мамой.

— После больницы прошло уже больше двух месяцев, но кислородный концентратор использую до сих пор, в связи с тем, что при любой даже легкой физической нагрузке вроде уборки или готовки падает сатурация. Все же я бы хотела, чтобы эта история была больше не про меня, а про наших врачей. Без преувеличения я бы назвала их национальными героями, которые круглосуточно стоят на страже здоровья всех белорусов. В таком тяжелом состоянии в больницу я попала впервые, мне прямо говорили, что шансов на прежнюю жизнь, да и в принципе жизнь катастрофически мало. Говорили, но все равно делали, не отходили от меня ни на шаг, каждый раз придумывали и обсуждали новые схемы лечения. Помню в реанимации ко мне подошла красивая женщина и спросила, как я себя чувствую, у меня еле хвалило сил улыбнуться и сухо ответить «все хорошо», а она в ответ стала гладить меня по голове, как родной человек. Такое чуткое и нежное отношение к больному я не могла даже и предположить, а чуть позже мне сказали, что это была заведующая отделением анестезиологии и реанимации Лариса Байгачева. Спустя время в палату пришел лечащий врач реанимации Юрий Гриц и с практически с порога предупредил, что обижаться за то, что он будет строгим врачом и будет требовать выполнять все рекомендации по правильному положению не стоит. С тех пор я и лежала на животе со специальной подушкой под грудью, что было до жути неудобно, — признается женщина и добавляет, что лежала и терпела в нужной позе отчасти и потому, что боялась постоянных напоминаний врача: «буду очень сильно ругаться».

Наталья Лис признается, что была послушным пациентом и выполняла все указания врачей. Благодаря двум этим факторам она и осталась жива. Ведь как еще объяснить, что пациент с сатурацией ниже 50 и поражением больше половины легких остается жив. Только благодаря грамотному лечению и трепетным уходом медсестер, которые каждые полчаса в любое время суток приходили проверять самочувствие и проверить исправность аппарата с кислородом.

— Я хорошо помню всех медработников: врач Виталий Велюго часто заменял лечащего врача Юрия Грица и ни разу не сказал о том, на сколько мое состояние тяжелое. Просто улыбался, каждый раз подбадривал и говорил, что я скоро поправлюсь. А имена Валентина и Татьяна навсегда остались в моей памяти, они теперь навевают мне родные эмоции. Эти санитарки были всегда со мной, помогали во всех, казалось бы, привычных для человека делах, но которые выполнить просто нет сил. Сложно описать состояние, когда тебя не слушается собственное тело, ты лежишь немощный и тебя настигает моральный и физический упадок. А тут они рядом, такие настоящие, добрые, заботливые, которые каждый движением и словом словно по сантиметру вытаскивают тебя с того света. Мне было сложно представить такое, и еще сложнее видеть. У врачей, работающих с ковидными пациентами нет выходных, они не могут отвлечься или поработать до фиксированного времени и уйти. Они стоят круглосуточно, чтобы спасти жизнь больного. Я неоднократно видела, как эти взрослые, казалось бы, уже видевшие все специалисты, плакали в связи со смертью пациента. У меня нет слов чтобы выразить благодарность и эмоции, которые у меня в душе. Я никогда не забуду, как сильно я болела, как плохо мне было, и как самоотверженно все работники больницы заботились обо всех пациентах, всегда были рядом и окружали лечением и заботой, — откровенно признается Наталья.

Сами герои в белых халатах особой заслуги в своих действиях не видят, но заведующая отделением анестезиологии и реанимации Лариса Байгачева на вопрос корреспондента о пациентке Наталье Лис робко промолчав о врачах сказала лишь, что пациентка была сама нацелена на выздоровление и ее сильный характер и большой потенциал в этом помогли и ей, и медперсоналу.

— Состояние у больной было тяжелое, даже пограничное между аппаратом ИВЛ, который всегда стоял рядом с ней и самостоятельным дыханием. Наверное, это и стимулировало ее в большей степени. Поражение легких было катастрофическим, по факту только 1/3 осталась не пораженной. И на всем этом общем фоне мы боролись за жизнь. Картина была не из легких: любая физическая нагрузка вызывала падение сатурации.  Чтобы вы понимали, даже кормление с ложки или замена памперса санитаркой была для Натальи физической нагрузкой. Она фактически месяц была неподвижной, а движение в пределах кровати уже было победой. Мы заставляли ее постепенно переворачиваться с боку на бок, чтобы не было пролежней. Ей это давалось тяжело, но Наталья выполняла все наши рекомендации на миллиард процентов и на подхвате всегда были ее родные, на любую нашу просьбу реагировавшие моментально. А уже когда персонал стал замечать, что она «чихвостит» родных по телефону, поняли, что идет на поправку. Я думаю, что все технично сработали: врачи проводили консилиумы, из раза в раз назначали нужные препараты и сама Наталья очень старалась поправиться, поэтому, думаю, и получилось.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал МЛЫН.BY | Минская правда, чтобы не пропустить самые актуальные новости!

Рекомендуем

Информационное агентство «Минская правда»
ул. Б. Хмельницкого, д. 10А Минск Республика Беларусь 220013
Phone: +375 (44) 551-02-59 Phone: +375 (17) 311-16-59