Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Хочешь мира — готовься к войне. Зачем вооружаются США и Европа?

Хочешь мира — готовься к войне. Зачем вооружаются США и Европа?

Поздним вечером в последний день февраля (у нас в стране в это время уже начиналась календарная весна) американский президент Дональд Трамп впервые выступил с официальной речью перед Конгрессом США. В отличие от выступления на инаугурации, эта речь была значительно длиннее. Больше часа в пафосном стиле лидер Америки рассказывал о своих планах по улучшению жизни простых американцев. Но, несмотря на глубокое погружение во внутренние проблемы страны, в нескольких предложениях он осветил и свое видение вопросов мировой политики. В частности, Трамп вновь подверг критике действия своих предшественников в Ближневосточном регионе: «Америка потратила на Ближнем Востоке примерно 6 трлн долларов, и все это время наша инфраструктура внутри страны ветшала и разрушалась. На эти 6 трлн мы могли бы дважды перестроить нашу страну, а может, и трижды, будь у нас люди, умеющие вести переговоры». Он также заявил: «Нам нужно учиться на ошибках прошлого. Мы видели войну и разрушения, которые бушуют по всему миру. Моя работа — не представлять мир. Моя работа — представлять США. Но мы знаем, что Америке лучше, когда конфликтов меньше, а не больше».Только формальное нежелание способствовать дальнейшему разжиганию конфликтов вовсе не означает, что США готовы умерить свои военные амбиции. Видимо, следуя логике древних римлян — Si vis pacem, para bellum (в переводе звучит как «Хочешь мира — готовься к войне»), Трамп заявил, что увеличит бюджет Пентагона на 54 млрд долларов. (В результате расходы оборонного ведомства превысят 600 млрд долларов!) Также из речи президента стало ясно, что США по-прежнему будут поддерживать блок НАТО, считая его важным институтом международной политики, но будут требовать от своих союзников и ответного уважения американских интересов. Между строк читается, что США, как уже ранее озвучивал Трамп в своих предвыборных выступлениях, хочет переложить на европейских членов Североатлантического альянса значительную долю финансирования этого военно-политического союза.Европейские политики предчувствовали подобный поворот событий. Предвыборная риторика нынешнего американского лидера, фактически подтвержденная его делами и речами в первый месяц нахождения на посту главы государства, не на шутку напугала и озаботила истеблишмент Старого Света. Потенциальное снижение американской военной поддержки, начавшийся выход Великобритании из Евросоюза (а ее вооруженные силы считались сильнейшей армией Европы и входили в первую пятерку лучших армий мира) заставили лидеров ЕС вернуться к теме единой армии. Необходимость создания общих вооруженных сил взялись обсуждать в Берлине и Париже еще летом 2016-го, после Брексита, а 17 февраля этого года, по предложению бельгийского экс-премьера Ги Верхофстадта, Европарламент проголосовал за резолюцию о создании общей армии. Правда, поддержка данного решения вовсе не безусловная: «за» проголосовали 283 евродепутата, «против» — 269, еще 83 воздержались. Противники и оппоненты еще большей централизации Евросоюза указывают, что «федерализация» данного образования (а речь идет не только о создании единых вооруженных сил, но и об усилении диктата стран еврозоны над малыми государствами, сохранившими свои национальные валюты, а также о введении принципа обязательности решений Европарламента и Еврокомиссии и установлении диктата большинства) в условиях отсутствия англосаксонского противовеса приведет к усилению Германии и созданию «четвертого рейха». Среди критиков, выступающих против насильственной интеграции европейских государств под эгидой Германии, один из лидеров предвыборной президентской гонки во Франции Марин Ле Пен. Она заявила о необходимости консолидировать усилия малых стран в борьбе с немецкой гегемонией и даже пообещала в случае победы вернуть франк в качестве национальной французской валюты.Вызовы, брошенные Евросоюзу новой американской внешней политикой и отделением Великобритании, активизировали центробежные процессы в ряде европейских стран, недовольных своим подчиненным положением. В данных условиях попытка консолидировать ЕС через политико-административную централизацию может имеет успех только в том случае, если все государства будут чувствовать реальную угрозу своему существованию. И тут, конечно, начнут раскручивать антироссийскую тему. «Российская угроза» необходима нынешним лидерам Европы как воздух, чтобы сплотить союз, объективно разваливающийся по причинам провальной миграционной политики, неравномерности экономического развития и из-за разницы культур. А мифическую угрозу со стороны «врага» придется компенсировать реальным увеличением военных расходов, что ляжет очередным бременем на плечи европейских налогоплательщиков. Так что создание единой европейской армии — шаг не столько военный и направленный вовне, сколько политический и адресованный внутриевропейским силамАлексей БЕЛЯЕВ, политологИллюстрации:cqsisu.com