Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Тридцать лет без СССР. Почему последствия разрушения союза еще только впереди

Тридцать лет без СССР. Почему последствия разрушения союза еще только впереди

8 декабря 1991 года подписанием Беловежских соглашений завершился распад СССР, начавшийся, как это принято считать, еще в середине восьмидесятых годов прошлого века — во времена «горбачевской перестройки». Президент Беларуси Александр Лукашенко, характеризуя случившееся, неоднократно сравнивал крах СССР с крупной геополитической катастрофой, возымевшей негативные последствия для всего человечества. К сожалению, события в современном мире разворачиваются так, что можно даже и не сомневаться — главные негативные последствия от разрушения СССР еще впереди.

Подвел идеологический иммунитет
Часто приходится слышать, что в разрушении СССР виновны сугубо субъективные факторы, а именно – банальное предательство советских элит, прежде всего, Горбачева и Ельцина. Думается, это весьма упрощенное, не требующее глубокого интеллектуального осмысления и потому удобное объяснение случившегося. Изменники, как учит история, бывали повсюду и во все времена. Те же прошлогодние события в Беларуси показали, что нет никаких гарантий от их появления и впредь. При этом та же история свидетельствует, что измена, будучи вовремя обнаруженной и нейтрализованной, далеко не всегда ведет к катастрофе.
Если использовать образное и актуальное нынче сравнение, то всевозможные изменники, предатели, коллаборационисты и т.д. сродни вредоносным вирусам и бактериям, с которыми призван бороться иммунитет. Когда он исправен и на высоте, то инфекция подавляется и тихо дремлет внутри каждого из нас. Если же иммунитет ослабевает и не справляется со своими задачами, то предательская инфекция оживает, активизируется и, множась, изнутри убивает организм. Примерно так, как это случилось с СССР.
Кстати говоря, наш Президент Александр Лукашенко использовал это злободневное на сегодняшний день сравнение задолго до теперешней пандемии. Еще в далеком 2003 г., выступая на идеологическом семинаре и, судя по всему, имея в виду случившуюся с СССР катастрофу, он сказал: «Идеология для государства — то же самое, что иммунная система для живого организма. Если иммунитет ослабевает, любая, даже самая незначительная, инфекция становится смертельной. Точно так же с государством: когда разрушается идеологическая основа общества, его гибель становится только делом времени, каким бы внешне государство ни казалось сильным и грозным».
Приходится признать, что, после Маркса, Ленина и, пожалуй, Сталина никто на должном интеллектуально-творческом уровне не занимался развитием советской идеологии — идейно-теоретического фундамента первого в мире социалистического государства. Послевоенные советские вожди — Хрущев, Брежнев и т.д., увы, оказались не способными к творческой интеллектуальной работе и потому ею всерьез не занимались. Безыдейная советская элита того времени, судя по всему, рассчитывала въехать в третье тысячелетие со старым, столетней давности, идейным и теоретическим багажом, доставшимся ей от Маркса-Ленина-Сталина.
Мир же меж тем и, прежде всего, капиталистический Запад динамично изменялись. Причем не только в технико-технологическом, но и в идейно-теоретическом плане. Пока в СССР по старинке громогласно клеймили «загнивающий капитализм» и «хищнический империализм», на Западе были разработаны достаточно привлекательные для «нещадно эксплуатируемых» сограждан теории социальной рыночной экономики, конвергенции (социализма с капитализмом), партнерского капитализма и т.д. Иными словами, пока советские партийные бонзы, демонстрируя идейно-творческую импотенцию, заученно цитировали классиков марксизма-ленинизма, на Западе шла напряженная интеллектуальная работа. В результате там была выработана эффективная антисоветская контридеология, которая, с одной стороны, реабилитировала в глазах большинства, включая советских граждан, этот самый «эксплуататорский капитализм». С другой стороны, она искусно подчеркивала догматичность, закостенелость, нарастающую оторванность от реальности советской идеологии, чего опять-таки не могли не видеть все те же советские граждане. В результате доверие к советской идеологии в их глазах было окончательно подорвано. Поэтому они равнодушно взирали на то «горбачевско-ельцинская инфекция» изнутри энергично разъедала СССР. А когда тот стал погибать, никто из них не встал на его защиту.  

О фундаментальном дефекте советской политэкономии
Сегодня нет смысла оспаривать тот очевидный факт, что Советский Союз не выдержал экономической конкуренции с капиталистическим Западом. Важно понять, почему это произошло.
Как известно, в фундаменте советской политэкономии лежит разработанная Марксом трудовая теория стоимости. Эта теория дает возможность через затраты труда объективно определять стоимости производимых товаров. Однако всякий товар наряду со стоимостью обладает и другой исключительно важной характеристикой – полезностью (потребительной стоимостью). Очевидно, что стоимость и полезность товара – далеко не одно и то же. Например, не имеющий стоимости воздух имеет огромную полезность для каждого из нас. А вот, допустим, трудоемкий в изготовлении и потому дорогостоящий, но, увы, нераскрывающийся парашют бесполезен. Заметим, что для человека именно полезность товара имеет ключевое значение.  
Советская политэкономия с ее трудовой теорией стоимости позволяла объективно определять стоимости производимых советской экономикой товаров. Однако при этом она принципиально не умела оценивать их полезности. Это случилось из-за того, что основоположники марксизма-ленинизма вследствие банальной ограниченности срока их жизни просто не успели разработать трудовую теорию полезности. Советские же вожди в силу ограниченности их интеллекта не только не решили эту проблему, но зачастую даже и не догадывались о ее существовании.  
В результате этой теоретической незавершенности марксизма-ленинизма советским планирующим органам не оставалось ничего иного, как планировать ежегодный прирост стоимостей производимых товаров. А поскольку стоимость товара в советской политэкономии измеряется затратами труда, то социалистические предприятия в своем стремлении выполнить и перевыполнить план сознательно удорожали свою продукцию. Например, для того, чтобы выполнить увеличенный по сравнению с прошлым годом план, машиностроительные предприятия зачастую банально увеличивали вес своих изделий, что вело к их удорожанию из-за перерасхода металла. При этом никем не контролируемая полезность продукции социалистических предприятий, как правило, неумолимо снижалась. Иными словами, советская экономика была ориентирована на наращивание затрат вместо того, чтобы наращивать заботиться о приращении совокупной полезности производимых ею товаров.
В капиталистических странах точно так же не умели рассчитывать полезности экономических благ. Однако там функционировали рынки, где придирчивые потребители награждали долларом-евро лишь тех, кто производил более полезную для них продукцию. Производители же менее полезной и уж тем более дорогостоящей продукции элементарно разорялись, оставляя дефицитные ресурсы тем, кто использует их более эффективно. В результате затратная советская хозяйственная система стала закономерно отставать от ориентированной на потребителя западной экономики.
Думается, если бы советский Госплан имел возможность планировать ежегодный прирост полезностей производимых в СССР товаров, то социалистическая и капиталистическая экономики могли бы конкурировать на равных. Увы, указанная проблема в советской политэкономии так и осталась теоретически нерешенной. Из-за этого советскому руководству не оставалось ничего иного, как попытаться преодолеть ее практически путем включения элементов рыночного механизма. Первая такая попытка была предпринята в рамках так называемой «косыгинской реформы» 1965 года, когда социалистические предприятия стали переводиться на хозрасчет и должны были зарабатывать прибыль, конкурируя друг с другом. Поскольку прибыль – это типично капиталистический показатель, то именно «косыгинскую реформу» следует считать началом перерождения социализма в капитализм. Вторым завершающим актом этой драмы де-факто стала горбачевская перестройка.
Итак, очевидный факт — если двигаться по направлению, которое указывает синяя стрелка компаса, то неизбежно придешь в Арктику и далее на Северный полюс. Точно также и ориентация социалистических предприятий на самый главный капиталистический показатель закономерно привела СССР к капитализму. Таким образом, получается, что Горбачеву и Ельцину осталось лишь формально зафиксировать этот факт. Что, впрочем, ничуть не умаляет их вины как разрушителей великой советской сверхдержавы.   

Дать укорот распоясавшемуся Держиморде
Хорошо известно, если у моста убрать одну из двух его несущих опор, то он неизбежно обрушится. Точно так же и мир, находившийся в равновесии между системами социализма и капитализма, после краха СССР пришел в непредсказуемое движение. Увы, вопреки общепринятой точке зрения разрушение Советского Союза отнюдь не было бескровным. По данным российского журнала «Эксперт», разгоревшиеся после этого в бывших союзных республиках локальные вооруженные конфликты и даже полноценные межгосударственные войны унесли жизни более 300 тысяч людей. При этом около 1 миллиона человек были ранены, многие из них стали инвалидами. Более 5 миллионов наших бывших сограждан стали беженцами. До сих пор гибнут люди на Украине.  
Однако самое страшное то, что на планете в лице США появился этакий всесильный «глобальный держиморда», который вместе со своими подельниками получил возможность безнаказанно устанавливать на планете свои гангстерские порядки. Так, при игнорировании норм международного права и элементарной человеческой морали был разрушен либо разорен целый ряд некогда благополучных стран — Югославия, Ирак, Афганистан, Ливия, Сирия и т.д. Десятки разрушительных и зачастую кровавых цветных революций в разных странах мира, санкционное давление на треть населения Земли, наносящие непоправимый ущерб мировой экономике торговые войны, грубое вмешательство во внутренние дела суверенных стран и многие другие подобные выходки – все это дело рук вконец распоясавшейся гангстерской банды, именуемой «коллективным Западом». Если ей не дать укорот, то человечеству грозит глобальный хаос, нескончаемая череда кровавых военных конфликтов и опустошительных экономические катаклизмов.
Вот почему для нас сегодня жизненно важным приоритетом является всемерное укрепление Евразийского союза и его интеграционного ядра — Союзного государства Беларуси и России, а также активное сотрудничество с Китаем. Союз этих адекватно воспринимающих действительность стран призван стать той спасительной точкой опорой, которой лишился мир после разрушения Советского Союза.