10 человек на одну «заброшку»: почему в Логойском районе раскупают даже сгоревшие дома

Более 28 тысяч. Именно столько «заброшек» числится в реестре пустующих домов Беларуси. Нередко это запущенные хаты, от которых отказались хозяева и которые пытаются пристроить в заботливые руки. Каждую неделю-две «с молотка» уходит минимум 1 такой объект, хотя выставляется гораздо больше. Причем состояние дома не всегда имеет значение: за откровенный хлам, который вот-вот развалится, готовы бороться, влезая в кредиты – а приличное жилье не берут даже за символические 45 «рэ». Парадокс? Нет, это рынок. В белорусской глубинке у него свои законы. 

Вместе с управляющей делами Октябрьского сельсовета Логойского райисполкома Татьяна Хохловой мы проехались по «заброшкам» – и узнали, чем дышит этот странный, азартный и по-своему притягательный рынок, где за руины готовы отдавать тысячи кровно нажитых.

В реестр пустующих попадают дома, у которых есть законные владельцы и наследники

– Многие уверены: пустующие дома – это те, которые никому не принадлежат. Мол, хозяева умерли, наследников нет, поэтому жилье и ветшает, участок зарастает. На самом деле почти у всех домиков, которые попадают в реестр пустующих, имеются законные наследники, собственники. Но люди не хотят ими заниматься: это лишние хлопоты, трата денег и времени.

Мы в свою очередь тоже не можем ничего сделать с таким жильем: выжидаем минимум 3 года. И вот если в течение этого времени в доме никто не появился – начинаем активно работать. Ищем наследников: убеждаем, объясняем, что за родительским домом нужно присматривать, иначе он превратится в рухлядь. Многие клянутся: «приеду, наведу порядок». По факту же – ничего.

Раз слова не подействовали, отправляем человеку письмо-извещение. Предупреждаем: если не одумается, дом попадет в реестр пустующих. Тогда уже некоторые начинают шевелиться, приезжают в родительское гнездо, наводят порядок. И ночуют там – это обязательное условие. Минимум один день за 3 года человек должен в доме переночевать. В этом случае жилье не считается пустующим.

Но есть такие хозяева, которые и после получения извещения продолжают кормить обещаниями: «обязательно приеду, обкошу участок, все уберу». Не едут.

– То есть и заниматься домом человек не готов, и отказываться он него не хочет. А жилье, между тем, превращается в откровенную заброшку. Не удивительно, что, когда вопрос, наконец, удается решить, дом выглядит так, будто вот-вот повалится.

Татьяна Хохлова привела в пример дом в деревне Скороды. Как соответствующий критериям пустующего, он был выявлен еще в середине 2024 года. Но только сейчас, пройдя не одну процедуру, сельисполком смог подать заявление в суд о признании его бесхозяйным. До этого были поиски законного хозяина – который заниматься домом не захотел.

Нередко человек просто закрывает дом и уезжает. Даже вещи не всегда забирает

– Такие «брошенки» легко опознать: крыша рухнула, трава на участке по пояс, забор лежит, огород зарос. Все признаки того, что здесь никого не было больше 3-х лет. Самое удивительное, что собственники подобных «заброшек» продолжают нас уверять, что «ночуют там», пытаются привести соседей в качестве свидетелей. Но в доме уже свет давно отключен, долги за коммуналку – космические. Тут и соседей опрашивать не надо, все и так понятно.

Один из таких пустующих, безжизненных домов нашли в деревне Посадец по улице Центральной. Кирпичный, добротный, 63 «квадрата», 1985 года постройки. Даже стекла кое-где уцелели. Но внутри – абсолютная пустота. Ни мебели, ни обоев, ни следа человека.

– Обратились в суд, чтобы дом признали бесхозяйным. Он ведь таким и является. Долгое время здесь проживала одинокая женщина: в один прекрасный день она собрала вещи и уехала. Искали ее, пытались узнать, планирует ли что-то делать с домом. Хозяйка просто прислала отказ.

Теперь дело за судом. Когда все формальности будут улажены и дом перейдет в собственность сельисполкома, его выставят на аукцион. Стартовая цена – символические 45 рублей. Но продастся он, скорее всего, за пару тысяч. Потому что износ – 0%.

Собственники пустующих домов уверены, что жилье не стоит ничего. А потом приходят в исполком с претензиями: «Вы продали мое жилье за 10 тысяч, а я ничего с этого не имею»

Человек за 3 года ни разу не появился в доме, которым владеет – либо не вступил в наследство после смерти родителей. Почему? Для него это лишняя головная боль, хлопоты. Но главное: он уверен, что избушка не стоит ни копейки, поэтому пишет отказ или просто игнорирует все извещения о том, что жилье будет помещено в реестр пустующих, если им не начнет никто заниматься.

– Порой мы теряем годы, чтобы найти владельца домика и доставить ему извещение. Ведь ни один дом не может быть помещен в реестр пустующих и выставлен на продажу, пока владельца об этом официально не уведомят. Только когда суд будет на 100% уверен, что собственник получил извещение – он приступит к рассмотрению дела. И даже если человек сам написал отказ от дома, мы все равно идем в суд для подстраховки.

Нередко после продажи дома, когда он уходит за 5, а то и 10 тысяч, уже бывшие владельцы возмущаются: «Я бы мог эти деньги забрать себе, если бы сам продавал дом».

– А почему тогда не продавал? Потому, что нужно было вначале вложиться, потратиться на документацию. Но кому хочется заморачиваться?

В Логойском районе пустующие дома не сносят: даже если это рухлядь

Откровенный хлам, который уже на ладан дышит, хотя по документам еще числится домом? В каком-нибудь отдаленном районе Минской области его без лишних раздумий сровняют с землей – но только не в Логойском. За последние годы здесь не снесли ни одного домика: все были выставлены на аукцион, и все продались. Причем даже если износ жилья доходил до 99%, то есть оно практически развалилось – все равно его покупали!

В чем секрет? Все просто, это Логойщина: край, где дома востребованы в любом состоянии.

– Объясню, почему так. Скажем, человек хочет себе дачу в наших краях: природа изумительная, воздух чистый, до Минска всего час езды. По сути, у него есть 2 варианта. Первый: купить с аукциона домик, пусть и в страшном состоянии, заплатить за это пару сотен или тысяч. Потом снести развалюшку, построить что-то под себя. И второй: купить участок с аукциона и строиться. Но нужно понимать, что в стоимость участка будут включены наши расходы по изготовлению всех документов. То есть цена на него будет соответствующая.

Когда Татьяна Хохлова сказала, что в Логойском районе продается любой дом в любом состоянии – не поверили. В ответ она предложила посмотреть хатку в деревне Посадец, которую завтра, 11 марта, будут продавать с аукциона.

Подъехали оценить ее состояние: на первый взгляд типичная сельская избушка с разбитыми окнами. И все бы ничего, но несколько лет назад дом горел: черные, обугленные потолки и стены создают мрачную картину. Печка частично разрушена: кирпичи валяются на полу вперемешку с мебелью, поломанными детскими игрушками. Даже маленький самокат кто-то второпях бросил… Чтобы вынести этот хлам, потребуются недели, если не месяцы.

– Но желающих побороться за дом уже достаточно, аукцион точно состоится. Пока сказать однозначно, за сколько он уйдет, не могу. Выставляем за 45 рублей. Сам земельный участок – 14 соток, есть сарай. Это тоже учитывается. А вот состояние дома как раз особого значения не имеет.

Иностранцы логойскими заброшками не интересуются. Зато перекупщики чуют выгоду за версту

– В нашем сельсовете мы ни одного домика не продали иностранцам, будь то россияне или жители других стран. Среди покупателей, как правило, жители Минского района: Боровлян, Лесковки, Копищей. Как правило, это люди среднего возраста: они уже построили себе квартиры в городе, теперь хотят дачу за городом. Кто-то приобретает домик в деревне для пожилых родителей.

Есть и третья категория покупателей: перекупщики. Они тоже активно участвуют в аукционах, скупают домики, вкладываются в них, в том числе тратятся на изготовление документов – а потом продают жилье по более высокой цене.

«Заброшки» в Логойском районе стоят в среднем 3-7 тысяч

– Да, Логойский район очень востребован у белорусов, но цены на дома не заоблачные. За все время работы с пустующими домиками самый дешевый мы продали за 38,85 рубля. Самый дорогой – за 25 тысяч. Находится он в деревне Горавец, а это почти 50 км от райцентра. Достался девушке, которая уже участвовала в аукционе, но проиграла. Видимо, она загорелась идеей купить хоть какое-то жилье именно на Логойщине, поэтому записалась на другой аукцион, где торговалась до последнего.

В прошлом году сельисполком, по словам Татьяны Хохловой, продал 4 домика: самый дешевый ушел за 1000 рублей, а самый дорогой – за 7000 рублей. Оба – в деревне Скороды. Почему такая разбежка? Первый дом немного ограничен полем, второй имел выход к лесу.

– Уже в 2026 году продали один домик за 13 тысяч в деревне Репище. В аукционе, кстати, участвовало 10 человек: и многие из тех, кто не выиграл – будут 11 марта пытаться заполучить дом в деревне Посадец. Тот, что горел. Люди упрямо хотят Логойский регион.

На итоговую цену «заброшки» влияет инфраструктура

Состояние дома – это, как говорится, вторично. Удаленность от райцентра или Минска тоже не главное. Многие как раз ищут жилье в самой, что называется глуши: чтобы как можно меньше людей летом и зимой.

– Зато почти всех волнует вопрос электроотопления. Если оно есть, или имеется техническая возможность на подключение: за такой дом будут бороться до последнего.

Второе – дороги. Потенциальные покупатели обязательно обращают внимание на их состояние. Домик может стоять в 10 км от Логойска, но если весной и осенью к нему не подобраться – он никому не нужен. А вот хата за 70 км от райцентра, к которой проложен асфальт – уходит в момент.

– Хороший пример – кирпичный дом в деревне Полосы, который продали с аукциона в прошлом году, – говорит управделами. – По размерам небольшой, зато дорога отличная. Купила молодая семья. Обязательство: в течение года привести жилье в порядок – они выполнили.

Участники аукционов «срываются» и назначают сумму, которую не могут заплатить

Иногда, говорит Татьяна Хохлова, во время аукциона потенциальные покупатели настолько входят в раж, что теряют голову.

– Аукцион проходит по стандартной схеме: участникам дают номера, они называют свою цену, торгуются. Первый шаг, как правило – 15% от начальной стоимости дома. Сегодня это 45 рублей плюс 6,75 рубля. И далее все предлагают свою цену.

Торги могут закончиться на 20-ом, 30-ом шаге – когда цена перевалит за 5-7 тысяч и выше. И вот тут включается человеческий фактор.

– Всегда предупреждаем участников: приходя на аукцион, знайте свой потолок. Но были случаи, и не раз, когда люди теряли голову. Выигрывали дом, а заплатить за него не могли. Сразу шли в отказ. В таком случае аукцион признается не состоявшимся, а незадачливый победитель возмещает наши затраты на его проведение.

Единственный участник аукциона – скорее, исключение

Татьяна Хохлова вспоминает случай, когда на аукцион по продаже дома заявилось трое. Борьба была не шуточная, кто-то выиграл. Однако новоиспеченный хозяин понял, что платить ему нечем – и дал заднюю. Мол, и жилье не устраивает, и цена завышенная. Аукцион сорвался, горе-победитель заплатил штраф.

Спустя время дом снова выставили, пригласили всех желающих – и тех же участников первого аукциона. Но откликнулся лишь один.

– Торгов в привычном смысле: с карточками и шагами – не было. Просто добавили 5% к базовой стоимости, сделали один шаг: и жилье обрело хозяина. Покупателю повезло заплатить символические 38 рублей с копейками. Больше таких историй не случалось.