Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Рассказ о герое штурма рейхстага Алексее Плеходанове, так и не ставшем героем Советского Союза

Рассказ о герое штурма рейхстага Алексее Плеходанове, так и не ставшем героем Советского Союза

Рассказ о герое штурма рейхстага Алексее Плеходанове, так и не ставшем героем Советского Союза.
А в войну Алексей Плеходанов воевал на западных рубежах Беларуси
Из воспоминаний Алексея Дмитриевича Плеходанова, тогда, в апреле 1945 года, командира 674-го стрелкового полка, подполковника: «29 апреля примерно в 22 часа 30 минут, меня вызвал на свой наблюдательный пункт, который находился в туннеле под железной дорогой, Шатилов (командир 150-й стрелковой дивизии. – Прим.) и сказал: – Товарищ Плеходанов! У Зинченко большие потери. Вести наступление одним батальоном Неустроева он не может. Говорит, что в этом батальоне осталось всего 75 человек. Так что придется штурмовать рейхстаг тебе. Подготовься к штурму. Неустроев будет тебе помогать. Зная, что полк Зинченко в атаке участвовать не будет, а знамя Военного совета находится там, я сказал лейтенанту Сорокину и парторгу подразделения Правоторову, которые в это время находились при мне, чтобы они подготовили красное знамя для водружения на рейхстаге. Разведчики обрадовались, заволновались. Вскоре раздобыли где-то перину (красного цвета. – Прим.). Здесь же, на наблюдательном пункте, перину выпотрошили. Кто-то принес нечто похожее на древко. Подстругали его кинжалами. Знамя получилось грубоватым, но зато прочным и большим. Вручив красное знамя разведчикам, я поставил задачу водрузить его на крыше, у скульптурной группы. …Через несколько минут отважная горстка солдат из роты лейтенанта Греченкова и разведчиков взвода лейтенанта Сорокина достигла главного входа в рейхстаг и скрылась в нем. Остальные были отрезаны. Одни из них залегли на площади, другие — отошли назад. Что было в это время в рейхстаге, я не знал. Неизвестной была и судьба ворвавшихся в него смельчаков. И вдруг я услышал радостный крик моего связного:  – Товарищ подполковник! Посмотрите на крышу рейхстага. Вот туда, где возвышается всадник! Я поднял бинокль и увидел Знамя Победы, а возле него движущиеся две крохотные фигурки. Это было в 14 часов 25 минут. Как я узнал позже, движущимися фигурками были сержант Правоторов и рядовой Булатов… В это время мне позвонил командир дивизии В. Шатилов и спросил, какова обстановка. Я доложил: часть солдат из батальона Давыдова и взвода полковой разведки проникла в рейхстаг. Остальные отошли назад. Многие залегли на Королевской площади.  – Есть связь с теми, кто в рейхстаге? — спросил командир дивизии. Нет, — ответил я. — Но беспокоиться за них не стоит. Они уже проникли на крышу и водрузили там красное Знамя Победы.  – Какое знамя? — удивился генерал.  – Ведь оно в штабе Зинченко.  – Знамя моих разведчиков. Самодельное.  Они его подготовили перед штурмом».

Из личного дела полковника Алексея Дмитриевича Плеходанова:
* Родился в 1908 году в Курской области в крестьянской семье. До призыва в армию в 1931 году был председателем колхоза.
* Службу начал в Курском гарнизоне, окончил дивизионную партийную школу, курсы лейтенантов в 1938 году, а через год — курсы переподготовки политсостава.
*Боевое крещение получил в освободительном походе в Западную Белоруссию и в войне с Финляндией. Его мужество на финской войне было отмечено орденом Красной Звезды и медалью «За боевые заслуги».
 *С апреля 1941 года – старший политрук 721-го стрелкового полка 205-й моторизованной дивизии Западного Особого Военного Округа (Белоруссия).
* Великую Отечественную войну встретил в составе 721-го сп под городом Жабинкой Брестской области.
О событиях тех первых дней Великой Отечественной войны на Брестском направлении
Из боевых донесений и анализа оперативной обстановки военными историками
В 6 часов утра 23 июня части 14-го механизированного, 28-го стрелкового корпусов, 75-й стрелковой дивизии и 721-го стрелкового полка 205 мотострелковой дивизии контратаковали части 47-го и 24-го моторизованных и 12-го армейского немецких корпусов. Но лишь в районе Жабинки, где действовали 30-я танковая, 75-я стрелковая дивизии и 721-й стрелковый полк 205-й моторизованной дивизии нашим войскам удалось добиться незначительного, но успеха. Они даже кратковременно потеснили противника на запад.
Однако на других участках противник, поддержанный сосредоточенным артиллерийским огнем и авиацией, перешел в наступление и своими танковыми дивизиями начал быстро продвигаться в направлениях Кобрина и Пружан.
Наша 30-я танковая дивизия к началу атаки имела 120-130 боеспособных танков. В ходе боя утром 23 июня дивизия понесла большие потери в личном составе и танках от огня артиллерии, особенно противотанковых орудий, от пикирующих бомбардировщиков и огня танков противника. А когда противник обошел с севера из района Каменца, она быстро начала откатываться к Пружанам. 22-я танковая дивизия, в которой перед началом атаки было около 100 танков, в боях под Жабинкой понесла большие потери и под угрозой окружения стала отходить на Кобрин.
Отошедшая в район Пружан 30-я танковая дивизия со стрелковыми частями (в том числе и 721-й сп) вступила в бой с 17-й и 18-й немецкими танковыми дивизиями.
Немецкие танки наступали на Пружаны группами с разных направлений. Они более удачно поражали наши танки с коротких остановок, что не удавалось нашим танкистам в отношении противника. Кроме того, по нашим танкам противник непрерывно наносил удары с воздуха. От вражеских пикирующих бомбардировщиков 30-я танковая дивизия понесла потерь не меньше, чем от танков и артиллерии противника.
В ходе боя между нашей 30-й и 18-й немецкой танковыми дивизиями главные силы 17-й танковой дивизии противника обошли Пружаны с севера, ударили в тыл нашим войскам и ворвались в само местечко. После короткого, но ожесточенного боя наши части вынуждены были отступить с рубежа обороны.

Анализируя ход и результаты утренних боев 23 июня, можно считать, что основными причинами неудачного исхода армейского контрудара были количественное превосходство противника на направлении главного удара и его большой опыт в боевом применении танков; отсутствие необходимого артиллерийского и авиационного обеспечения войск, наносивших контрудар; слабое взаимодействие частей и соединений; отсутствие надежного управления войсками во всех звеньях и их слабое материально-техническое обеспечение.
К 9 часам 30 минутам 23 июня сложилась следующая обстановка: 30-я танковая дивизия с 721-м стрелковым полком 205-й моторизованной дивизии после боя с 17-й и 18-й танковыми дивизиями противника в районе Пружан отошла на рубеж Куклин, Линево; дивизия в утренних боях 23 июня потеряла 60 танков.
22-я танковая дивизия к этому же времени после боя с пехотой и танками противника сосредоточилась в районе Гудки, Полятичи, Андроново (район северо-западнее Кобрина).
28-й стрелковый корпус (42-я и 6-я стрелковые дивизии) с танковым и мотострелковым полками 205-й моторизованной дивизии отошел к Кобрину на рубеж Щиповиче, Мазичи, Кобрин. Части корпуса в боях утром 23 июня вновь потеряли большое количество личного состава и техники.
75-я стрелковая дивизия продолжала прикрывать пинское направление. 
Исходя из сложившейся тяжелой обстановки было принято решение о переходе к обороне на рубеже р. Ясельда, Дрогичин, Кублик.
На основе принятого решения в 10 часов 23 июня отдается боевой приказ № 03, в котором войскам ставились следующие задачи:
«14-му механизированному корпусу обеспечить пружанское направление, не допуская противника восточнее р. Мухавец (канала Мухавец).
28-му стрелковому корпусу занять и упорно оборонять рубеж р. Мухавец от Лущики до Муховлоки (устье канала Мухавец).
В случае наступления явно превосходящих сил противника отходить по рубежам; предельный рубеж отхода — р. Ясельда.
Боеприпасы получать с артиллерийского склада Бронная Гора, горючее — в Оранчицы, в последующем — Барановичи».
Между тем в момент, когда отдавался приказ войскам и ставились новые задачи по отражению наступления врага, на всем фронте продолжались напряженные бои, результаты которых были явно не в нашу пользу. Наши части, яростно сражаясь и истекая кровью, откатывались на восток, неся тяжелейшие потери в личном составе и технике.
Боевой путь Алексея Плеходанова от Жабинки до взятия Берлина
К сожалению, исходя из вышеизложенной тяжелейшей обстановки на том участке фронта, где сражался 721-й стрелковый полк, сведений о конкретных участниках тех боев крайне мало. Но благодаря земляку Алексея Плеходанова – военному журналисту Владимиру Хотенкову, собиравшему буквально по крупицам информацию, можно с полной уверенностью сказать, что старший политрук Плеходанов сражался мужественно, все время находясь в боевых порядках, разделяя с бойцами всю горечь и боль тяжелых утрат и отступления.
Алексей Плеходанов участвовал в боях под Жабинкой, на упомянутом в боевом приказе рубеже реки Ясельды, а затем и у города Борисова, где он возглавил сводную группу, оборонявшую одну из переправ через Березину.
Как это было: после того как 28 июня нашими войсками был оставлен Минск, Борисов оказался на острие немецкого удара, так как через него проходило стратегическое шоссе Минск-Москва.
Сюда и устремились ударные части группы армий «Центр», рассчитывая с ходу форсировать Березину. У русских (так немцы называли всех советских. – Прим.), по их данным, здесь не было больших сил.
Но «с ходу» у противника не получилось. Он неожиданно для себя встретил упорное, хорошо организованное сопротивление по фронту в несколько десятков километров – везде, где были переправы. Именно около них, на предмостных участках, завязывались наиболее жаркие схватки. Бойцы сводной группы старшего политрука Плеходанова, обороняя одну из переправ, бились самоотверженно, сражаясь с танками в основном гранатами и бутылками с зажигательной смесью, противотанковой артиллерии ведь не было. Особенно сильным оказался нажим немцев 30 июня, 1 и 2 июля вдоль автомагистрали в направлении мостов у Борисова и Ново-Борисова. Противник неоднократно пытался форсировать Березину, но все его атаки были отбиты, более того, Плеходанов не раз поднимал своих бойцов в контратаки.
Но силы сводной группы Плеходанова и других наших частей не могли долго противостоять немецкой армаде, Борисов был захвачен немцами – и снова горькое отступление до Смоленска и Москвы.
В тех невероятно тяжелых оборонительных боях потери советских войск были колоссальные. Немногим, прямо скажем, счастливчикам удалось выжить. Алексею Плеходанову повезло, и он затем участвовал в контрнаступлении под Москвой. Как закаленного в боях воина и проявившего сильные командирские способности офицера, его назначают в оперативный отдел 31-й общевойсковой Армии. А в 1943 году, по окончании высших офицерских курсов «Выстрел», он получает новое назначение – командир 598-го стрелкового полка. На этой должности и раскрылся его командирский талант. Так, во время Псковско-Островской наступательной операции, полк под командованием Плеходанова успешно форсировал реки Алоля и Великая и освободил ряд населенных пунктов. За умелое руководство вверенными подразделениями, личную инициативу и мужество Плеходанов был награжден орденом Кутузова III степени.

Из представления на Алексея Плеходанова к этой высокой полководческой награде:
«Противник после сильного огневого налета дважды переходил в контратаки, но, оставляя на поле боя своих солдат и офицеров и уничтоженную технику, в беспорядке отступал. Т. Плеходанов, несмотря на яростное сопротивление неприятеля, совершив обходной маневр, с ходу форсировал реку Великая и провел успешные бои по расширению плацдарма.
Т. Плеходанов, умело управляя боями, проявил личную инициативу и мужество, быстро организовал строительство переправы из подручных средств и обеспечил форсирование реки Алоля без потерь личного состава». 
Дальнейшая военная судьба и воинская слава Алексея Дмитриевича Плеходанова связана с 674-м стрелковым полком, командуя которым он участвовал в боях по освобождению Калининской и Великолукской областей, воевал в Прибалтике, наступал через северную часть Белоруссии и Польшу. Во всех характеристиках и служебных аттестациях отмечались высокие боевые качества Плеходанова, его творческий подход к принятию решений, личная храбрость.
С боями полк подполковника Плеходанова дошел до столицы Германии. Он первым в 150-й стрелковой дивизии ворвался в Берлин, овладел несколькими улицами. На одной из них захватил хранилища, которые немцы не успели вывезти. В них находилось 46 килограммов золота и более 20 тонн серебра.
В теснине каменных громад столицы Германии 674-й полк упорно продвигался вперед. Из каждого дома, подвалов и чердаков немцы огрызались плотным огнем, нередко пытаясь и контратаковать. В один из моментов уличных боев фашистам удалось блокировать здание, в котором находился Плеходанов со своим штабом. По зданию с высокой колокольни непрерывно бил крупнокалиберный пулемет, немцы применили и фауст-патроны. Обстановка сложилась критическая, но, даже будучи раненым, Плеходанов не потерял самообладания, продолжая руководить батальонами полка. А когда немцы приблизились к дому вплотную, вместе с офицерами штаба и взводом разведки он отбивал их атаки огнем автомата и гранатами. Подоспевшее подкрепление добило наседавших гитлеровцев. Под прикрытием плотного огня бойцы 674-го стрелкового полка ворвались в дом Гиммлера — это был целый квартал зданий, превращенный в крепость. Сутки беспрерывно велись бои непосредственно в доме Гиммлера. От него до рейхстага — рукой подать: из дома Гиммлера виднелось громадное здание с куполом.
Атака с ходу не удалась, с потерями отошли, началась подготовка к штурму здания. До рейхстага оставалось метров триста. Но что это были за метры!
Еще раз о штурме фашистского рейхстага 

Широко известны кадры кинохроники и фотографии фронтовых корреспондентов газет «Правда» и «Красная Звезда» группы советских бойцов с красным знаменем, сначала на площади перед центральным входом в рейхстаг, затем – на его крыше.
На этих исторических кадрах запечатлены бойцы взвода разведки 674-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии, под командованием лейтенанта С. Сорокина. (По просьбе корреспондентов они повторили для хроники свой путь к рейхстагу, пройденный с боями 30-го апреля. – Прим.).
Мы знаем, что первыми к рейхстагу подошли части 674-го стрелкового полка под командованием Алексея Плеходанова и 756-го стрелкового полка под командованием Федора Зинченко. Оба полка входили в состав 150-й стрелковой дивизии. Однако к концу дня 29-го апреля после переправы через Шпрее по мосту Мольтке и ожесточенных боев по захвату «дома Гиммлера» 756-й полк понес большие потери.
Из приведенных в начале рассказа воспоминаний Плеходанова знаем, что поздним вечером 29-го апреля его вызвал на свой НП (наблюдательный пункт) командир дивизии генерал-майор В. Шатилов и объяснил, что в связи с такой ситуацией основная задача по штурму рейхстага ложится на 674-й сп. Именно в тот момент, вернувшись от командира дивизии, Плеходанов приказал лейтенанту Сорокину, командиру взвода полковой разведки, отобрать группу бойцов, которые пойдут в передовой цепи атакующих, чтобы водрузить красное знамя над рейхстагом. Поскольку официальное Знамя Военного Совета оставалось в штабе 756-го полка, было решено изготовить самодельное знамя. Красное полотнище нашлось в подвалах «дома Гиммлера». Флаг сделали из кусков немецкой перины.
Для выполнения поставленной задачи командир взвода полковой разведки Сергей Сорокин отобрал 9 человек. Назовем их поименно: старший сержант Виктор Правоторов, старший сержант Иван Лысенко, рядовые Григорий Булатов, Степан Орешко, Павел Брюховецкий, Михаил Пачковский, Михаил Габидуллин, Николай Санкин и Петр Долгих.
Первая попытка штурма, предпринятая ранним утром 30-го апреля, не увенчалась успехом. После артподготовки поднялась вторая атака. «Дом Гиммлера» отделяли от рейхстага всего 300-400 метров, но это было открытое пространство площади, немцы вели по нему многослойный огонь. При пересечении площади был тяжело ранен Санкин и убит Долгих.
Оставшиеся 8 разведчиков прорвались в здание рейхстага одними из первых. Расчищая путь гранатами и автоматными очередями, Булатов, несший знамя, и Правоторов поднялись на второй этаж по центральной лестнице. Там, в выходящем на Кенигсплац (Королевскую площадь) окне, Булатов закрепил знамя. Флаг заметили бойцы, залегшие на площади. Это придало им новых сил к наступлению. В здание проникли бойцы роты лейтенанта Греченкова, они перекрыли выходы из подвалов, где засели остатки немецкого гарнизона рейхстага.
Воспользовавшись этим, разведчики перенесли знамя на крышу и закрепили его на одной из скульптурных групп. Это было в 14:25, как подтверждают архивные данные, наградные документы, а также воспоминания очевидцев.
Сразу после штурма бойцы группы лейтенанта Сорокина были представлены к званиям Героев Советского Союза, но наградили их лишь орденами Красного Знамени – за взятие рейхстага.
Также к званию Героя Советского Союза был представлен и командир 674-го стрелкового полка Алексей Дмитриевич Плеходанов:
«Т. Плеходанов, командир 674-го стрелкового полка, показал себя смелым и решительным.
Особо отличился т. Плеходанов в боях за Берлин. 674-й сп первым ворвался в столицу фашистской Германии и успешно вел уличные бои. Личный состав полка проявил подлинное воинское мастерство при форсировании двух каналов. В уличных боях полк овладел несколькими улицами Берлина, а также захватил ряд немецких заводов оборонного значения и сейфы с запасом золота и серебра.
30.04.1945 года, после двухдневных ожесточенных боев полк Плеходанова овладел рейхстагом.
Достоин присвоения звания Герой Советского Союза».
Представление 4 мая 1945 года подписал командир 150-й стрелковой дивизии генерал-майор Василий Шатилов. Своей подписью его поддержал командир 79-го стрелкового корпуса генерал-майор Семен Переверткин.
Однако, как и в случае с разведчиками 674-го стрелкового полка, его командир подполковник Алексей Дмитриевич Плеходанов было награжден лишь орденом Красного Знамени.
Причиной этому, по логике вещей, явилось то, что официальное Знамя Победы было водружено воинами полка полковника Федора Зинченко…
В послевоенные годы полковник в отставке Алексей Дмитриевич Плеходанов жил в Бресте, оставив о себе добрую память. Умер в 1973 году, похоронен в Бресте на гарнизонном кладбище. В мемориальном музее «Брестская крепость» находятся личные вещи, фронтовые документы и награды А.Д. Плеходанова.

О малоизвестном, но значимом факте
В числе знаменосцев был и белорус Михаил Пачковский. 
На фронтовом фото, где запечатлены бойцы-разведчики группы лейтенанта С. Сорокина на ступенях поверженного фашистского рейхстага слева направо на переднем плане: В.Н. Правоторов, С.Е. Сорокин, Г.П. Булатов, С.Г. Орешко, М.А. Пачковский, П.Д. Брюховецкий и М.С. Габидуллин (И.Н. Лысенко отсутствует).
Так вот: Михаил Антонович Пачковский на этом фото –белорус, 1924 года рождения, уроженец деревни Балашевка Речицкого района Гомельской области.
О боевых эпизодах с участием нашего земляка-героя рассказывается в книге Максима Сбойчакова «Они брали рейхстаг». А в 2016 году на Поклонной горе в Москве была открыта трехмерная панорама «Битва за Берлин. Подвиг знаменосцев», где установлены скульптуры и воинов-разведчиков 674 стрелкового полка подполковника А.Д. Плеходанова. Скульптуру Михаила Пачковского создавали с фигуры его внука.
Заключение
До сих пор идет дискуссия о том, кто же первым водрузил Знамя Победы над фашистским рейхстагом.
Выскажу личное суждение: Михаил Егоров и Мелитон Кантария, по официальной версии, были одними из тех, кто водружал Знамя Победы, ибо над поверженным рейхстагом было не менее 40 флагов и флажков различного размера!
Вопрос лишь в справедливости награждения всех знаменосцев, в том числе и павших перед и в самом рейхстаге в последние часы Великой Отечественной войны. А кто стал первым – так ли это важно?
Самое главное и важное, что через несколько дней после взятия нашими солдатами последней цитадели гитлеровцев – рейхстага наступил такой долгожданный и выстраданный всем советским народом мир!

Рекомендуем

Информационное агентство «Минская правда»
ул. Б. Хмельницкого, д. 10А Минск Республика Беларусь 220013
Phone: +375 (44) 551-02-59 Phone: +375 (17) 311-16-59