12-й имам защищает Иран: политолог об иранских политтехнологиях и уроках для Беларуси

Новый лидер Ирана не выступает по радио и ТВ, поэтому западные службы распространяют информацию о его смерти. Однако то, что кажется странным для Запада, абсолютно нормально для Ирана. Помимо соображений безопасности (Моджтабу Хаменеи публично обещали взорвать, как и его отца), есть гораздо более глубокие соображения не показывать лидера.

Иран — это шиитская теократия, где государством исторически руководили имамы. Шииты считают, что их было 12, и последний, 12-й имам, правил через своих представителей, не являясь на публику. Этот период называется «малым сокрытием», когда территория примерно 70 лет управлялась без прямого участия лидера. Затем наступило «большое сокрытие»: считается, что 12-й имам ушел из этого мира, но вернется на решающую битву со злом. До этого момента Великий Аятолла выполняет роль его наместника.

Примерно по такой же модели «сокрытия» сейчас функционирует военное управление Ирана. Есть несколько публичных фигур (Пезешкиан, Лариджани, Галибаф, Вахиди — президент и руководители парламента, Совбеза, КСИР), который воспринимаются как «наибы» (заместители  имама), в то время как Мотджтаба Хаменеи передает свои обращения и приказы через письменные документы. В этом есть глубокий смысл — главное для Ирана не личность, а идеология, и иранцы много раз это подчеркивали. «Сокрытие» Моджтабы этому полностью отвечает.

Кроме того, старший Хаменеи был ранен во время покушения в 1981 году, у него практически не работала рука. Его сын, вероятно, был ранен в ногу при бомбардировке, источники говорят о возможной ампутации, но это не воспринимается шиитами просто как минно-взрывная травма. Это некий знак, символ передачи власти, отметка Аллаха — такая же, как у отца.

Поэтому не нужно удивляться огромным митингам, которые проходили во время бомбардировок. Для иранцев смена власти оказалось глубоко символичной: прошлого руководителя мученически убили, а новым лидером стал его сын, который теперь «сокрыт», а параллельно началась битва со слугами Баала — «коалицией Эпштейна», как их именуют иранские СМИ после массового убийства детей в школе в Минабе.

В каком-то смысле передача власти в Иране — это блестящая политтехнология, но уникальная и неприменимая ни в какой другой стране. Поэтому транзит в Иране произошел по худшему для Запада сценарию из возможных: теократия максимально укрепилась.

3 условия окончания войны

В первом своем письме Моджтаба назвал рамки, в которых ведется войны. Если кратко, то Иран будет бить ракетами до тех пор, пока не получит компенсацию за нанесенный ущерб, либо пока не заберет себе активы на такую же сумму, либо пока не уничтожит вражескую инфраструктуру в таком же объеме.

При этом американцев до сих пор интересует несколько стратегических объектов в Иране: это глубоководный порт в Бендер-Аббасе, Кенгамский газоперерабатывающий завод и нефтяной терминал на острове Харк. Все это они не будут уничтожать бомбардировками, потому что сами хотят использовать ценнейшие активы. Это ключ к нефтегазовым доходам Ирана, а в случае Бендер-Аббаса — еще и контроль коридора «Север-Юг», который соединяется мировую торговлю между континентами по такому же принципу, как Суэцкий канал.

Есть мнение, США могут организовать морские десанты, чтобы создать буферную зону вдоль Ормузского пролива и захватить остров Харк. Однако потери в этом случае будут огромными; даже если операцию профинансируют саудиты, она сильно ударит по американскому престижу. Кроме того, для подготовки такой операции нужно минимум несколько месяцев, и вряд ли Трамп рискнет проводить ее под парламентские выборы. Война для него опасна тем, что любая неудача США перечеркнет всю агитацию Республиканской партии.

Демократы (и, кстати, некоторые бывшие сторонники Трампа, типа Такера Карлсона) уже прямо говорят о том, что Трамп является агентом влияния Израиля, и что Белым домом управляет его зять Джаред Кушнер. Это активно использует пропаганда демократов, а по мере того, как война с Ираном будет затягиваться, картина станет еще хуже.

При этом иранцы прозрачно намекают (если внимательно прочитать письмо Хаменеи), что они готовы прекратить войну только в случае материальной компенсации, то есть переговоры могут быть только об этом. Вместе с тем, Иран формирует для себя запасной выход из войны — например, через расширение своего влияния в Ираке либо через бомбардировки американских баз, когда ущерб США сочтут достаточными и объявят о победе.

Нетаньяху: жив или мертв?

Весьма интересно, что на публике не показывается премьер Израиля Нетаньяху. Ходят слухи, что он убит или ранен, тем не менее, в военной системе Израиля отдаются приказы, а военная агрессия продолжается. Реальность такова, что ни в случае Ирана, ни в случае Израиля убийство первых лиц не означает остановку конфликта. Вместе с тем, иранцы намекают, что только одна страна в мире могла давать Ирану столь точные данные спутниковой разведки, чтобы ювелирно попадать по секретным объектам в Израиле.

И у «Минской правды» есть версия, что спутниковую информацию дают не Китай и Россия, которых публично обвиняли в этом, а сами американские структуры.

Неспроста Аббаса Аракчи, главу МИД Ирана, показывают в американский прайм-тайм на ТВ у демократов; вполне возможно, что как медийно, так и руками иранских военных демократы хотят ударить по связке Трамп-Нетаньяху. Тут надо сказать, что Израиль уж слишком открыто влез в американскую политику, сделав 100% ставку на Трампа. Такое им не простят, поэтому теоретически есть вариант, что на бункеры и явочные квартиры Нетаньяху наводят ракеты сами американцы.

Все хорошо помнят, что еще недавно американским государством руководил Джо Байден, который еле передвигал ноги. Кто-то гораздо более сильный стоял за его спиной, очевидно, это были структуры Демпартии. А еще кто-то стрелял в Трампа на выборах (напомним, 19-летнего стрелка убили на месте, и о нем нет никакой новой информации до сих пор), зато ФБР-овцы отчитались об «иранском следе» в покушении.

Как вчерашний школьник был связан с иранцами, нам не объяснили. Тогда это выглядело безумием или попыткой настроить Трампа против Ирана, мол, смотри, они подослали к тебе убийцу. Теперь же, если сложить покушение на Трампа с убийством Чарли Кирка, близкого сторонника Трампа (слишком много ли снайперских выстрелов за 2 года!) все становится на свои места — Трампа несколько лет готовили к войне против Ирана, ломая его психологически.

Другое дело, что действия США в Иране все равно не имеют внятной цели. Ни одна операция не ведется по принципу «бомбим, сколько сможем», а потом «что-нибудь еще придумаем». До этого  Израиль и США хотел подтолкнуть транзит власти от клириков к светским лицам внутри иранской системы. Но все получилось все ровно наоборот.

Так что Западу нужен какой-то запасной план, тем более, что Иран сейчас контролирует мировой рынок нефти, то пропуская, то обстреливая суда в Ормузском проливе. Трамп угрожал прислать туда военные корабли, но потом сдал назад и теперь просит нейтральные страны вмешаться вместо США. Тем временем стоимость страховок такая высокая, что танкеры все равно не пойдут в пролив, даже если Трамп 10 раз скажет о его открытии по ТВ. Ему просто не поверят.

Какой во всем этом урок для белорусов?

Никакие переговоры не гарантируют, что на лидера вашей страны не совершат покушение — если посчитают, что система ослаблена и что транзит власти пойдет так, как нужно Западу. До Ирана лидеров стран никогда не убивали в ходе военного нападения, но небо, увы, не упало на землю: ни Совбез ООН, ни ЕС, ни БРИКС не имели прямого влияния на ситуацию.

Второй момент — это помощь союзников. Иран изначально готовился к тотальной войне, а не к СВО, и поэтому не рассчитывал на помощь ведущих государств мира.

Потому что все ведущие страны мира так или иначе имеют интересы в ОАЭ, Саудовской Аравии, Катаре, Израиле или США и хотят стабильного транзита нефти через Ормузский пролив. Так и в отношении Беларуси в любой крупной системе найдутся голоса тех, кто предпочел бы быструю передачу власти сомнительным людям, чем затяжную войну к общему ущербу и разорению.

Поэтому в первые сутки и недели конфликта нужно рассчитывать только на себя. А до этого прозрачно намекнуть руководству соседних стран: если они вынашивают военные планы против нас, то мы уйдем из этого мира все вместе, и никакой быстрой победы не будет.