Любовь – причина переезда. Зачем литовский риэлтор сменил страну проживания

Артурас Нарейко — риэлтор, уроженец Вильнюса, человек с белорусскими корнями. Год назад он принял решение переехать жить в Минск и получил вид на жительство. Мы поговорили о том, как рушатся стереотипы, почему любовь оказалась сильнее географии, чем Беларусь удивила литовца и где сегодня проходит граница между мифами и реальностью.

Всегда считал себя литовцем

— Артурас, ты родился в Вильнюсе, но у тебя белорусские корни. Кем ты себя ощущал в детстве и юности?

— Я всегда считал себя литовцем. Без колебаний. Мама и папа — белорусы по происхождению, но с литовскими паспортами. Мама родилась в Беларуси, папа — уже в Литве, но вся его семья тоже белорусская. А я появился на свет в Вильнюсе — и вырос как обычный литовский парень. Школа, двор, друзья, первая драка, первая любовь, первая работа — всё было связано с Литвой. Поэтому вопроса «кто я?» просто не возникало.

— Но связь с Беларусью всё же сохранялась?

— Да, через семью. Каждое лето и почти все каникулы я проводил у дедушки по маминой линии. Он до сих пор живёт в Беларуси, в небольшом посёлке недалеко от Островца — Гервяты. Это особый регион Гродненской области, там всегда было много литовцев. Кстати, с дедушкой мы всегда говорили по-литовски, хотя он живёт в Беларуси.

— Тогда Беларусь не воспринималась как «вторая родина»?

— Нет. Это была просто деревня, место отдыха. Без романтики и без ощущения, что я когда-нибудь буду здесь жить.Честно скажу, у меня было очень стереотипное представление о Беларуси — ровно такое, какое формируется у большинства европейцев: колхозы, бульба, Батька.

Минск и ломка стереотипов

— Когда эти представления начали рушиться?

— Два года назад мой лучший друг Алон, он сам пилот и путешествует очень много, предложил поехать в Минск. Я сначала даже не понял — зачем? Я был в Америке, в Дубае, во многих странах Европы, а в Минске — ни разу, хотя он совсем рядом. Сначала сомневался, но мы купили билеты, тогда они стоили около 20 евро, а сейчас уже – 80-100 евро, и поехали просто «посмотреть». Это было летом. Минск очаровал, он оказался невероятным, тут красиво, огромное количество людей. Вильнюс — не самый большой город, уютный, камерный город на полмиллиона человек, если считать с собаками и кошками. В Минске меня поразила чистота, не показная, а системная.

— Где был, что ел?

— В музеях и за городом. Ел буквально всё подряд: я любитель картошки, драников. Всё было вкусно, сытно и недорого. Мы приехали без интернета, без сим-карт, просто спрашивали дорогу у прохожих. Все были любезны, нам не просто объясняли — нас буквально вели, подсказывали, помогали. В такие моменты понимаешь, насколько искажённой бывает картинка в литовских СМИ.

Страхи, мифы и реальность

— В Литве и в Европе много мифов, связанных с Беларусью. С чем ты сталкивался?

— Самый распространённый миф — что в Беларуси диктатура. Якобы могут задержать на улице, прямо на таможне завербовать, «пропадёшь». На границе литовцы даже знак повесили: «Не езжай — не вернёшься». Это работает на уровне психики.

В реальности всё спокойно, нормально, все тут хорошо. Я порядочный человек и в Литве так же жил. Уважаю законы любой страны, где нахожусь, чту традиции. Если ты не занимаешься ерундой, не лезешь туда, куда не нужно, ни в чем не виноват — к тебе никто не лезет. Я в Беларуси не почувствовал никакого давления. Более того, мне было комфортно — как обычному человеку. Нету такого, что принудительно я тут нахожусь, никто меня не держит.

Решение о переезде и внутренняя борьба

— Когда ты понял, что готов переехать?

—Конечно, сомнения были, я раздумывал два месяца. Переезд — это всегда стресс, даже если тебя ждут. Первые месяцы были психологически тяжёлыми: всё новое, другая система, другой ритм.

— Были моменты, когда хотелось всё бросить?

— Да. Особенно в начале. Иногда просыпаешься и думаешь: «Зачем я сюда приехал?» Но потом проходит время, ты начинаешь ориентироваться в городе, понимать, как всё устроено. Сейчас у меня нет ощущения, что я в «чужой стране».

Деньги, работа и новый старт

— В Литве у тебя была устоявшаяся карьера. Не страшно было начинать с нуля?

— Это было самым сложным. Я больше 5 лет работал в недвижимости в Вильнюсе, у меня была своя клиентская база, наработанная годами, доверие, репутация. Прощаться с клиентами было тяжело, они меня знали, я понимал менталитет, как общаться, что делать. Но я не «сжёг мосты»: две мои правые руки — коллеги в Литве продолжают работать с теми людьми, с которыми я начинал. Конечно, переезд в Минск — выбор нестандартный, не популярный. Но все 99% были рады, поддерживали меня, говорили: «Молодец, правильно всё делаешь! Все хорошо! Жаль, что уезжаешь, конечно, но что поделаешь».

С родителями я, живя здесь, намного чаще общаюсь. Кстати, в четверг папа приезжает к нам. Очень понравился ему горнолыжный комплекс «Силичи» поедем туда, покатаемся, в СПА сходим, отдохнём.

— Белорусский рынок недвижимости сильно отличается?

— Очень. Первые месяцы у меня буквально «не сходились цифры в голове». Я всё пересчитывал в евро, сравнивал с Литвой. Но со временем адаптируешься. Прошёл год — и я снова чувствую себя уверенно. Доходы сопоставимые, просто путь к ним здесь другой.

— А как твои одноклассники, однокурсники, как их жизнь сложилась, они тоже уехали из Литвы?

— Когда я в школе учился, это 15 лет назад было, уже тогда много кто в классе, знакомые, друзья думали, как они переедут в Англию, в Норвегию, в Германию и еще куда-то. С тех пор кого-то посадили, очень многие уехали, кто-то клубнику собирает или курицам головы рубит за границей. Кто-то обратно вернулся в Литву. Много с кем не общаюсь.

Повседневная жизнь: что удивило больше всего

— Что в Беларуси оказалось неожиданно удобным?

— Коммунальные услуги реально доступные. Питание — можно вкусно есть каждый день и не считать каждую копейку. Я полюбил столовые — в Минске они отличные, с нормальной едой, а не «перекусом».

— А медицина?

— Очень порадовала. Стоматология, обследования — всё можно сделать быстро. У меня искривлённая носовая перегородка и я уже сходил на консультацию по этому поводу. В Литве иногда нужно ждать месяц, здесь — день-два. Мама сейчас заболела у меня в Литве — плохо себя чувствует, температура. Но пока она дождется своей записи, она уже вылечится. Опять же, если ты работаешь, то за тебя медстраховку оплачивает государство, а если ты безработный в Литве, тебе ежемесячно нужно оплачивать где-то 80 евро за страховку, тогда ты уже можешь посещать всех врачей.

Любовь как фактор

— Фактором твоего решения переехать в Беларусь всё-таки стал человек, а не страна? То есть ты переехал сюда ради жены?

— Безусловно, ради жены. Если бы речь шла о далёкой стране с другим языком и культурой, я бы десять раз подумал. Но Беларусь рядом, язык я понимаю. Продажи, недвижимость — в любой сфере могу проявить себя. Мы всё честно обсудили и решили, что мне как мужчине будет проще адаптироваться здесь, чем ей — в Литве, без знания языка.

— Как вы познакомились?

— Через Tinder, в Минске. Это был второй мой приезд и последний день уже перед отъездом в Вильнюс. Завтракал в «Васильках», было лето, воскресенье. Я ей написал и мы договорились о встрече, она приехала за мной на машине. Мы погуляли в парке, пили кофе. Ирония в том, что сначала мы друг другу не понравились. Даже был момент, когда она сказала: «Ничего не получится». И именно тогда я понял, что не хочу её терять. Через год мы поженились.

О границах

— В соседней Латвии сейчас запрещают выезд на автобусах, то есть он возможен только на личных авто. Какой смысл в таких решениях властей?

— Показать, что все-таки Европа имеет свое мнение. Я не знаю зачем это делается. Страдают обычные люди: семьи, родственники, бизнес. Они тупо не могут приехать из-за причин политических. Это, конечно, очень обидно, потому что политика политикой, но все делается против человека. Беларусь, Литва, Латвия — соседями всегда были. И хочется верить, что здравый смысл рано или поздно возьмёт верх.

— Еще одна интересная инициатива касается Литвы. Никак я не могу для себя понять в чем ее смысл, что в Беларусь можно ввозить только 60 евро наличными и до $10 тысяч? Это для чего сделано?

— Чтобы было нам хуже от этого. Опять же, эти санкции, даже с теми же самыми фурами, которые застряли. Это как бы не смешно, там люди сидят, водители наши без толку, а им надо кормить своих детей. И перевозчики ничего не могут сделать. Беларусь, я насколько знаю, она готова всегда общаться. Но как-то Литва не хочет, потому что политические вопросы есть.

Теперь это мой дом

— Когда ты окончательно понял, что Беларусь — это не временно?

— Примерно через полгода. Когда исчезло ощущение «чемоданов». Когда появилась рутина, планы, быт.

— То есть ты не оставил дверь в Литву для себя приоткрытой?

— В будущем, конечно, кто знает, что будет, и, может быть, мы с женой еще куда-то переедем. Но пока тут бизнес строим и у нас много планов с женой. И я не пожалел о своём решениипереехать сюда ни разу. Я благодарен Литве — она дала мне старт, образование, профессию. Но Беларусь дала мне спокойствие и ощущение, что я на своём месте.

— Что бы ты сказал тем, кто судит о Беларуси издалека?

— Не верьте заголовкам, поговорите с людьми. Приезжайте и посмотрите сами. Мне напишите в чате, я с радостью поделюсь информацией. Реальность почти всегда сложнее и интереснее любых мифов.