Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

«Приехали — в доме ни крошки, печка ледяная». Как на Минщине пожилых спасают от одиночества

«Приехали — в доме ни крошки, печка ледяная». Как на Минщине пожилых спасают от одиночества
Фото: Светлана Курейчик

Старость может быть разной: активной или усталой, в кругу родных или в полном одиночестве. Последнее самое страшное. А если еще и здоровье подводит, остается одно — социальная койка. Лет 15 назад единственным решением в такой ситуации действительно были казенные стены, но сегодня данный вариант из разряда «на крайний случай».

Одиноких пенсионеров берут в патронатные, гостевые, приемные, замещающие семьи. Их даже усыновляют. При этом заботу о бабушках и дедушках проявляют не родственники, а совершенно посторонние люди…

Уже свой родной человек

Деревня Сутин Пуховичского района. 57-летняя Тамара Захаревич суетится у плиты: сегодня у нее выходной, значит, можно приготовить для домочадцев что-то вкусненькое. Судя по ароматам, сегодня у Захаревичей на обед борщ и картошка с котлетами.

— А себя чем побалуете? — интересуюсь у хозяйки.

— Я в еде непривередливая, что есть в холодильнике — то и приготовлю. Муж Петя может попросить что-нибудь этакое. Миша, бывает, покапризничает: мол, борщ уже вторую неделю не варила! — смеется Тамара. — Стараюсь быстро исправиться и готовлю ему любимый супчик.

Сам 74-летний Михаил Черный на такие слова реагирует смущенно: ведь в этой семье он, по сути, чужой человек. Но роднее Тамары Захаревич и ее супруга Пети у него никого нет.

— Родом я из небольшой деревушки на Могилевщине. От нас до Сутина всего семь километров: считай, рукой подать, — тяжело вздыхая, начинает рассказ дед Миша. — Мать с отцом в хозяйстве работали, нас с сестрой на ноги старались поставить. Я окончив 9 классов, пошел учиться на токаря. А потом махнул в Россию: наверное, тесно стало на родине, решил поискать счастья подальше от дома.

Если за «счастье» принимать материальный достаток, то Михаил его нашел. Устроился на военный завод, где получал приличные деньги. А вот личное счастье так и не обрел: говорит, в житейской суете не сумел разглядеть свою половинку. Теперь жалеет.

— Время шло, а я все один как перст. Мама в письмах просила, чтобы домой вернулся, да меня и самого, если честно, уже тянуло на родину. Приехал в Минск, устроился на военный завод. Через несколько лет квартиру дали. Только к чему она мне? Ни семьи, ни детей… Все бросил и уехал к маме на Могилевщину, — вспоминает Михаил Черный.

В народе говорят: пока живы наши родители, мы остаемся детьми. Так и Михаил — пока жил с мамой, ни в чем не нуждался. Держали большое хозяйство, с огорода обеспечивали себя овощами…

— Сестра к тому моменту уже умерла, папа еще раньше ушел. А скоро и маму похоронил, — чуть слышно говорит Михаил. — Думал, справлюсь сам, буду работать, вести хозяйство, пусть и небольшое. Но что-то не заладилось…

Когда поинтересовалась, почему именно не заладилось, дед Миша только и сказал: «Если бы не Тамара, меня бы уже, наверное, не было…»

— Когда Миша остался один, к нему начали ходить друзья. Хотя разве можно назвать друзьями тех, кто пытается споить человека? Мы знали, что Миша живет один: деревни все-таки рядом, слухи очень быстро разносятся. Изредка видели его, но тесно никогда не общались. А тут муж вдруг предложил съездить к Мише, проведать его: человек ведь совсем один, может, наша помощь нужна, — продолжает Тамара Захаревич. — Приехали, а у него в доме ни крошки хлеба, печка ледяная. Наверное, неделями ее не протапливал. Спрашиваю, что кушал. Миша в ответ только пожимает плечами: мол, ничего. Денег в доме тоже ни копейки. Все друзья вытащили… Тогда и решили взять Мишу к себе. Петя предложил: «Поехали жить к нам. Не понравится — вернешься домой. Но сейчас тебе здесь оставаться нельзя».

Срок оказания социальных услуг замещающей семьей должен быть не менее 6 месяцев.

Так в 2006 году Тамара и Петр Захаревичи стали первой в Пуховичском районе приемной семьей. Позже этот статус сменился на замещающую. Хотя Тамара Викторовна такие уточнения не признает. Говорит, они просто одна семья. И точка.

— Я не могу назвать Мишу чужим: он свой родной человек. Уже когда забрали его, через несколько недель повезли в поликлинику на обследование. А там целый букет болезней, и давление, и сахарный диабет... Четыре года назад у него начались проблемы с левой ногой: покрылась волдырями, потом начала чернеть. Что только ни делали, какие лекарства ни покупали — спасти ногу не удалось. Когда Мишу забрали на операцию, мы с Петей дежурили у палаты. Страшно переживали: не опустит ли руки после ампутации? О возможных трудностях даже не думали — справимся! Мы ведь семья.

Оказывать социальные услуги в замещающей семье может дееспособный гражданин от 18 до 65 лет, постоянно проживающий в Беларуси. Не могут ими быть родители, дети, супруг или супруга нуждающегося в уходе человека, которые обязаны содержать его по закону.

Вместе они действительно справились. Да, первое время было сложно: пока притерлись друг к другу, узнали привычки один одного…

— Миша супы обожает: борщ, как вы уже поняли, его любимый. Но я стараюсь готовить разнообразные блюда, чтобы не приедалось. У него низкий сахар, покупаю много сладостей. Конфеты, мармелад, зефир, шоколад — всего хватает. Если ему нужно переодеться, побриться — зовет нас. Муж или я помогаем ему с гигиеническими процедурами. Поначалу стеснялся, но потом привык.

У деда Миши, кстати, своя отдельная комната: помимо кровати, дивана и шкафа с одеждой, есть большой телевизор. Рядом, на столике, солидная стопочка газет.

— Когда ампутировали ногу, Миша стал меньше двигаться: еле уговорили его встать на костыли. Летом выезжает на улицу на коляске. Уже середина апреля, с каждым днем будет теплеть, постараемся чаще бывать на улице. Свежий воздух всем нужен, да и замыкаться в четырех стенах неправильно. Иногда Миша начинает хандрить: вот, мол, как жизнь сложилась. Семьи не нажил, дома своего нет... Его родительского дома уже действительно нет: стены еще стоят, а вот окна и двери бывшие «друзья» вынесли. Понимаю, как ему обидно, но все равно ругаю: «Ладно дом, но почему семьи нет? А мы?» Уже 15 лет Миша с нами. Хорошо помню день, когда привезли его. Он только переступил порог, как я сразу почувствовала: наш! Пусть по документам чужой, но сердцем и душой — свой, родной.

Институт замещающих семей для пожилых граждан введен в нашей стране в 2017 году.

Кстати, дети и внуки Тамары и Петра Захаревичей тоже считают Михаила Черного родным. Особенно сдружился с ним младшенький внучок Антон. Больше всего мальчишка любит играть с дедом Мишей в шашки. В тот день к  Захаревичам как раз должны были приехать дети с внуками. Казалось, дед Миша этой встречи ждал больше всех. Даже заранее достал с полочки доску и шахматы. И приготовил горсточку любимых Антошкиных конфет…

Вторая семья для бабы Оли

А вот 68-летнюю Ольгу Ковалеву из агрогородка Блужа взяли на патронатное воспитание. Это еще одна форма социальной помощи, которая не предполагает переезд пожилого человека из своего дома. При этом абсолютно чужие люди навещают его, помогают по хозяйству. Разумеется, безвозмездно.

— Скоро 10 лет будет, как живу одна: дети в городе, приезжают по возможности. Летом бывают чаще, зимой реже. Я и сама, бывает, отговариваю: мол, чего лишний раз ко мне ехать, когда дороги замело? Сидите в своем городе, я как-нибудь сама…

Но после выхода на пенсию баба Оля поняла: сама не сможет. Дали ей социального работника — Марию Юхновец. Женщина раз в неделю навещает подопечную: привозит лекарства, продукты, делает кое-какую работу по дому. А три года назад решила взять бабушку в патронатную семью.

— Она хоть и виду не подает, старается не жаловаться на здоровье, но возраст сказывается. Вон сколько сердечных лекарств на столике… Помню, пришла как-то навестить бабу Олю, а перед домом куча дров. Заказать-то заказала, а дальше? Пока дожди не начались, распилить и поколоть надо бы. Только кого попросить? Я к мужу: мол, давай подключайся! Надо бабе Оле помочь. Сыновья тоже вызвались, — рассказывает Мария Юхновец. — В другой раз смотрю — изгородь накренилась. Опять мужа на подмогу вызываю. Или в огороде что сделать надо… Нам не тяжело, а бабушке уже полегче будет.

Но патронатная семья — это не только физическая помощь.

— Машенька у меня замечательная! Бывает, встану утром — ноги будто каменные, а в магазин сходить надо. Она как чувствует: позвонит, поинтересуется здоровьем, спросит, что купить надо. Вечером после работы обязательно заглянет. И продукты принесет, и лекарства. Знает уже, какие у меня болячки. Напоминает, чтобы не забыла вовремя таблетки принять, измерить давление. А если праздник какой или дата важная — всегда поздравит. Столько открыток надарила, что ставить некуда! — смеется бабушка Оля. — Хотя, конечно, приятно. Разве думала когда-нибудь, что у меня на старости лет появится еще одна семья? Не каждый ребенок так заботится о своих родителях, как Маша обо мне, чужом человеке.

— Баба Оля, ну какая вы чужая? Вы давно нам с мужем как мама, а детям — бабушка. Да вы, наверное, и сами это чувствуете.

Ольга Федоровна возражать не стала: благодаря Марии Юхновец и ее супругу, детям она действительно обрела вторую семью, которая окружила ее заботой и вниманием. А ведь большего пожилому человеку и не надо.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал Минская правда|MLYN.by, чтобы не пропустить самые актуальные новости!