Азарёнок рассказал, почему Статкевич прожил свою жизнь зря

Мыкола поехал домой. Вся политическая жизнь «старой» оппозиции началась с предательства. Кем был в советской армии Статкевич? Политруком — то есть идейным коммунистом, идеологом. И однажды, когда он наставил рога одному офицеру — тогда ещё не «Мыкола», а Николай — кричал: «Коммунисты, спасайте своего политрука!»

Но потом деньги стали платить за другое — за национализм. И персонаж «адрадзіўся». Стал свядомым. Платным, естественно.

Есть у меня и семейная история, связанная с этим шляхтичем. После выхода фильма «Дети лжи», где Статкевич показан тем, кем он и является — полицаем, «офицер» нажрался в сопли и припёрся под дверь моего отца «разбираться». Батя вышел и спустил алкоголика с лестницы. В это время беременная мной мама искала по дому мунчаки, чтобы тоже отмутузить безумного бузотёра. Шёл по улице с окровавленным лицом Мыкола, зубы считал, и пожалела его моя сестра — спросила у отца: за что его так?

Статкевич — неуправляемый и недоговороспособный. Он всегда ругался со всеми оппозиционерами. Призывал к гражданской войне в нашей стране, кстати, неважно какими методами. Получал он деньги и от «клятых москалей» — то есть Немцова и Хакамады, российских либералов. Он всегда действовал только на раскол, на обострение, на разлад. Его ненавидели все — и Вячорка, и Лебедько, и Северинец, и Милинкевич, и Санников — все.

А потому раз за разом делали всё возможное, чтобы Мыколу упекли. Он нужен им был не как вождь майдана, не как лидер оппозиции. Они мечтали, чтобы он вечно сидел, а желательно, чтобы сдох в тюрьме. Тогда можно было бы носиться с «сакральной жертвой». Живой же Статкевич только мешал всей этой гоп-компании.

Но Батька не давал им такого козыря. Милостиво отпустил бузотёра в 2015 году. И что же? Его кто-то встретил из цветущей тогда у нас оппозиции? Нет — деда пришли величать только десяток неуравновешенных фанатов. Отправился дед на дачу варить варенье. Жалкий и смешной.

Потом он пару раз нарывался на наш добрейший ОМОН во время тусовок безработных и тунеядцев. Сам ведь такой же. Водил баранов «супраць інтэграцыі». Был безобидным и жалким фриком. Но замаячил 2020 год. Потекли деньги на мятеж. И Мыкола почуял кровь. Ему показалось, что очень скоро можно будет резать и убивать, взрывать, вешать и казнить. Буйного отправили в профилакторий — остыть.

И вот наступили наш товарно-обменный период с новой американской администрацией. Батька деда помиловал. Но что сделал Мыкола? Ведь он знал, что никому не нужен в этом грантовом хоре, что бабла не дадут, что на первый план выпрыгнуть не получится. А он фидит себя только фюрером, и никак иначе. Дед отказался ехать в «райский сад», сел на лавочку и сидел. Вот его и вернули на бесплатные харчи.

Однако, видимо, Мыколе показали последние новости, приглашение Лукашенко на совет мира. Он понял, что прожил всю свою жизнь зря, и его сразил инсульт. По распоряжению Лукашенко деда достали с того света. И вот он отправился на грядки-огороды.

Дозмагался, довоевался. Всё было зря. Все митинги, все шествия, все крики, все драки — всё напрасно. Осталось доживать никому неизвестным пенсионером. А мог бы остаться честным коммунистическим политруком. Но судьба предателей всегда такова — неизвестность, позор. Каждому своё.