Романтика ковровых бомбардировок: как геополитический Купидон из Вашингтона мир любить заставлял

​Долгие годы лучшие умы человечества, политологи, социологи и философы ломали головы над природой вооруженных конфликтов. Искали экономические причины, геополитические интересы, борьбу за ресурсы и сферы влияния. Как же они ошибались, как были слепы в своем циничном прагматизме! Потребовался поистине свежий, по-женски утонченный взгляд, чтобы сорвать покровы с суровой реальности.

Глава евродипломатии Кая Каллас, словно начитавшись на ночь бульварных романов в мягкой обложке, на саммите ЕС выдала сокровенное: война на Ближнем Востоке — это, оказывается, просто история любви. «В нее легко втянуться, но трудно выбраться», — томно вздохнула Кая, вероятно, поправляя невидимый локон.

​И вдруг все встало на свои места. Мир заиграл новыми, розовыми красками, сквозь которые, правда, слегка пробивается запах тротила и горящей нефти. Но это мелочи! Главное — открыта истинная мотивация Пентагона. Министерство обороны США — это никакая не военная машина, это просто крупнейшее в мире, самое агрессивное и отчаянное брачное агентство. А звездно-полосатый орел — это разжиревший Купидон, который вместо стрел мечет крылатые ракеты «Томагавк», исключительно для того, чтобы поразить строптивые сердца в разных уголках планеты.

​Получается потрясающая в своей извращенности картина: Соединенные Штаты (и их верный ближневосточный Санчо Панса) несут миру не смерть и разрушения, а всепоглощающую, удушающую, маниакальную любовь. Это страсть сталкера, который стоит под окнами объекта своего вожделения не с гитарой, а с авианосной ударной группировкой, и истерично кричит в мегафон: «Ну полюби меня! Ну возьми меня! Я принес тебе демократию! Немедленно открой дверь, пока я ее из танкового орудия не вышиб!»

​Если мы примем на вооружение эту восхитительную парадигму госпожи Каллас, то вся новейшая история предстанет перед нами как череда трагических, безответных романтических увлечений Вашингтона. Американцы, эти пылкие и непонятые Ромео глобализма, раз за разом предлагают руку, сердце и военный контингент, а в ответ получают лишь партизанскую войну и черную неблагодарность. Давайте же перелистаем этот пухлый альбом разбитых геополитических сердец.

​Вьетнамская страсть: жаркие объятия в джунглях

​О, это была ранняя, почти юношеская одержимость! Америка так сильно полюбила далекий, загадочный Вьетнам, так страстно желала спасти его от «красной угрозы» (ведь у возлюбленной не должно быть дурных компаний), что решила задушить его в своих жарких объятиях. В прямом смысле жарких. Чтобы растопить лед непонимания, влюбленные янки сбрасывали на головы объектов своей страсти миллионы тонн напалма. «Смотри, как пылает мое сердце!» — словно говорили пилоты B-52, превращая деревни в пепел. А чтобы возлюбленной было легче дышать, и чтобы никакие джунгли не скрывали ее прекрасного лица, Пентагон щедро поливал леса «Агентом Оранж» — гербицидом любви, от которого потом десятилетиями рождались (и рождаются до сих пор) дети с мутациями. Но ведь настоящая страсть требует жертв, не так ли? Увы, Вьетнам оказался холоден. После долгих лет ухаживаний, потеряв десятки тысяч своих «купидонов», Вашингтон был вынужден собрать чемоданы и, роняя слезы на палубы вертолетов, ретироваться с крыши посольства в Сайгоне. Разбитое сердце и вьетнамский синдром на долгие годы.

​Балканское танго: принуждение к браку

​Шли годы, раны заживали, и в конце девяностых Америка снова влюбилась. На этот раз объектом стала строптивая Югославия. Вашингтону категорически не нравилось, как эта сложносочиненная семья живет. Как истинный альфа-самец, уверенный, что он лучше знает, как надо, НАТО решило устроить «гуманитарную интервенцию». В переводе на язык Каллас — это был процесс агрессивного соблазнения с элементами БДСМ. Весной 1999 года на Белград посыпались валентинки в виде бомб и ракет. Мосты, заводы, телецентры — ничто не могло устоять перед напором этой демократической нежности. Использовались даже боеприпасы с обедненным ураном — видимо, чтобы любовь фонила еще долгие тысячелетия, согревая сердца будущих поколений сербов онкологическими заболеваниями. Это была любовь, разрывающая на части. В прямом смысле. Буквально.

Страну расчленили, оторвали от нее кусок (Косово) на память, как локон возлюбленной, и гордо заявили, что теперь-то здесь воцарятся мир и гармония. «Ну теперь-то вы меня любите?» — вопрошал Вашингтон, глядя на дымящиеся руины. Ответа не последовало.

​Афганский брак по расчету: 20 лет семейной психотерапии

​Но самым долгим, самым мучительным романом стал Афганистан. Целых двадцать лет! Это был даже не конфетный период, это была попытка построить полноценную семью с партнером, который вообще не собирался жениться на западных ценностях. Америка пришла туда с кольцом (в виде марионеточного правительства) и твердым намерением стащить с невесты паранджу и натянуть на нее радужные шорты. Чего только не делали! И дороги строили (чтобы талибам было удобнее ездить), и базы возводили, и триллионы долларов вбухали в этот проект семейного счастья. Вашингтон был тем самым абьюзивным мужем-миллиардером, который думает, что если закидать партнера деньгами и иногда бить беспилотниками по площадям, то стерпится и слюбится.

​Но Афганистан лишь угрюмо молчал, копил оружие и прятался по пещерам. Нехочуха.

Финал этой лав-стори поражал масштабом унижения. Август 2021 года, аэропорт Кабула. Брошенный «муж» спешно пакует вещи, а за шасси улетающих американских самолетов цепляются те немногие, кто поверил в эту токсичную сказку. Развод состоялся, оставив после себя страну, вернувшуюся в средневековье, и горы брошенного оружия — как свадебный сервиз, который жалко выкинуть, но и забрать невозможно.

​Иракская страсть: роман, начавшийся со лжи

​Ах, Ирак! Классическая история обольщения обманом. Помните, как на Совбезе ООН Колин Пауэлл тряс пробиркой с белым порошком? Это был фальшивый бриллиант, дешевая бижутерия, с помощью которой Америка пыталась оправдать свое вторжение в личное пространство суверенного государства. «У него есть оружие массового поражения! Он опасен, я должна его спасти от самого себя!» — кричала Вашингтонская Джульетта. И началась операция с поэтичным названием «Шок и трепет». Какая женщина не мечтает, чтобы кавалер вызвал у нее шок и трепет?

​В Багдад вошли танки, сея налево и направо демократию. Прежнего «парня» Ирака, Саддама, повесили (исключительно из ревности, чтобы никто больше не смел смотреть на эту нефтяную скважину… простите, на эту прекрасную страну). Итог этой романтической авантюры известен: сотни тысяч погибших гражданских (издержки страсти, щепки летят, когда лес рубят), разрушенная инфраструктура, разграбленные музеи с тысячелетней историей (кому нужно старье, когда начинается новая жизнь?) и появление ИГИЛ (запрещенная организация) — эдакого трудного подростка, родившегося от этой насильственной связи. А Ирак до сих пор просит Америку уйти, выселить свои базы, но Вашингтон, как навязчивый бывший, упорно сидит на диване и говорит: «Нет, детка, нам же так хорошо вместе, я тебя защищаю!»

​Сирийский флирт и ливийский развод

​А ведь был еще флирт в Сирии. Там Америка решила поиграть в полиаморию, заигрывая с так называемой «умеренной оппозицией». Подмигивала террористам, посылала воздушные поцелуи в виде партий оружия. Хотела свергнуть Асада, но вмешался другой, более серьезный кавалер. Который из Москвы, и американская лав-стори забуксовала. Пришлось ограничиться тем, что «отжать» нефтяные вышки. Хоть какая-то компенсация за потраченные на ухаживания нервы.

​Или Ливия! Блестящий блиц-роман! Каддафи не хотел дружить, и его просто разорвали на части руками возмущенной толпы при воздушной поддержке НАТО. «Пришли, увидели, он умер», — радостно хохотала Хиллари Клинтон, демонстрируя уровень эмпатии серийного маньяка-романтика. Теперь в Ливии нет государства, есть только племена, торгующие рабами, но зато там царит дух свободы и американской любви.

​И вот теперь Ближний Восток, Ормузский пролив. Красное море кипит. Йеменские хуситы в сланцах, жуя кат, с недоумением смотрят, как к их берегам стягиваются американские эсминцы. Вашингтон снова в поиске приключений. Ему снова нужно, чтобы его полюбили. Он шлет ракеты на Сану в надежде на взаимность.

​Но в этот раз Европа в лице Каи Каллас решила постоять в сторонке. Оказывается, европейцам не очень хочется держать свечку на этом сомнительном свидании. «В нее легко втянуться, но трудно выбраться», — резюмировала Кая, глядя на то, как заокеанский старший брат в очередной раз наступает на те же самые романтические грабли. ЕС не готов поддерживать кампанию США, потому что понимает: когда Америка начинает играть в любовь, счет за разбитую посуду, разрушенные города и миллионы беженцев почему-то всегда оплачивает Европа.

​Так что спасибо вам, госпожа Каллас, за откровенность. Хорошая метафора! Теперь мы точно знаем: если к вашим берегам плывет авианосец с демократией на борту, а политики в Вашингтоне начинают говорить о гуманитарных ценностях и свободе — надо бежать в бомбоубежища. Купидон вышел на тропу войны, и он не успокоится, пока не залюбит вас до смерти.

Все ради вашего же блага.

Ну полюбите же их, наконец!

Им так не хватает тепла…