История как поле боя: почему имя Калиновского — знамя для мятежников и вызов для государства

И вновь продолжается бой. Бой на поле истории. И, да простит меня исторический совет, но я не считаю эту дисциплину академической наукой, где есть абсолютно доказуемые формулы, нормы, догмы. История — это поле битвы. Это схватка образов. Это сражение исторических мифов.

Те, кому сейчас 50, прожили уже в трёх версиях, в трёх учебниках истории — советском, националистическом и нашем, белорусскоцентричном. Каждый персонаж прошлых лет ценен не тем, что он сделал тогда, а тем, что он делает сегодня. Они все живы. Тени забытых предков встают. Отец Гамлета приходит к нему. И потому история наполнена эмоциями, криками «ура», там идут гренадёры в атаку, партизаны собираются на дерзкую вылазку, а враг крутит злобную интригу. Это всё происходит сегодня.

Вся нечисть, все враги народа, все беглые, все злодеи болотные, все нетопыри и кикиморы сегодня камлают. Они отмечают начало восстания 1863 года. Польского восстания.

За фактами, за анализом, за подробнейшим рассказом о тех событиях я отправляю к программе «Так показывает история». Мы с блистательным Вадимом Францевичем Гигиным начали большой цикл, посвящённый этим событиям. Первая часть — о том, как формировался заговор, о том, как зрели крамольные злобные мысли, о вечной европейской интриге и польском вопросе в 19 веке. В эту субботу подробно разберём сам ход восстания. Но и на этом не завершим. В деталях, в характерах, до самой сути разберём личности и Кастуся Калиновского, и Михаила Муравьёва. Здесь же хочу поговорить о современности.

Кастусь, хоть и повешен, но встаёт из могилы. Винцент Константы, бешеный революционер, жив. Его именем называют террористические банды на Украине, которые мечтали войти в Беларусь на танках иностранных армий. С его флагом встают новые мятежники — в 2006 году нашу площадь независимости на пару дней объявили площадью Калиновского. Там замышлялся майдан, там замышлялось злодейство. В 2010-м громить Дом правительства шли его мятежники, его косинеры, его повстанцы.

Давно документально доказано, что он не был борцом за Независимую Беларусь. Уж тем более не был он никаким борцом за социальную справедливость. Его провинциальный комитет, руководивший восстанием на наших землях, целиком и полностью подчинялся полякам, Варшаве, действовал исключительно в польских интересах. И достают его из могилы, ворочают кости, хоронят обратно только с одной целью. Чтобы он произнёс свой символ веры, свою сакраментальную фразу — «Только тогда, народ, заживёшь ты счастливо, когда москаля над тобой не будзе».

Калиновский — это террор. Не должна рука остановиться даже над колыбелью ребёнка — орал с кровавых страниц его перекошенный от ненависти рот. У него были специальные отряды вешателей и кинжальщиков. Поимённо установлено более 400 жертв этих убийц. Крестьяне, православные священники, шляхтичи и дворяне, что не поддерживали бунт. И когда в 2020 году мятежники века нынешнего шли отрезать языки, сжигать дом депутата, когда Автухович поджигал машины и собирал сотни килограмм тротила по гаражам — он был верным калиновцем.

Совместим ли Калиновский хоть в каком-то виде с современным белорусским государством? Убеждён, что нет. Это наш Бандера. Русорез. Он знаменует собой ту историческую линию, которую избрали на Украине, — войну з москалями. Вот и пришли к реальной, большой, чудовищно кровавой войне. Исторические призраки не спят в могилах, не зовите их. Заигрывать с «нашым Кастусём», придумывать какой-то дикий бред про то, что его можно подверстать под социальную повестку, — это лишь лукавая тактика, фиговый листок. Те, кто хотят поднять его из-под земли, — хотят свергнуть нашу власть и сделать из Беларуси вторую «антироссию». Посмотрите же на соседку нашу — нужен ли нам такой финал нашей истории.

Но бунт подавлен. Могущественный опальный Муравьёв поднимает крестьянство на борьбу с озверелой шляхтой. Зачинщики казнены. И край наш тихо и мирно живёт созиданием, и на бесчисленных церквях-муравьёвках отражается солнечный свет.

Автор: Григорий Азарёнок