Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Просто о самом главном. Что думают о жизни те, кому выпало военное детство

Просто о самом главном. Что думают о жизни те, кому выпало военное детство
Фото: Анна Галковская, архив собеседницы

Ларису Константиновну Леоненко, жительницу деревни Прилепская Усяжка, мы встретили во дворе за любимым летним занятием –  прополкой. В огороде ни травинки, а по двору здесь и там со вкусом и знанием дела рассажены самые разные цветы: ландыши, «анютины глазки», пионы, «разбитое сердце» и многие другие.

Проходим в дом, и сразу на себя обращают внимание развешанные на стенах вышивки. Посмотреть на эти ювелирные работы, которые женщина в свои 84 года вышивает гладью и крестиком, мы и приехали.

Впрочем, здесь не только картины. Дом Ларисы Константиновны украшают также вышитые салфетки-«дорожки» и декоративные подушки. Но, как признается хозяйка, – это лишь малая часть ее работ. В основном вышитые изделия она дарит близким и дорогим людям.

Красиво и модно

Интересно, чтомастерица вышивает не традиционные узоры, которые часто характеризуют определенную местность и передаются по наследству. Среди работ Ларисы Константиновны встретишь и классические сюжеты, и модные домашние аксессуары. Она вышивает по современным схемам, которые берет из журналов. Лариса Константиновна большую часть жизни прожила в Минске, где работала диспетчером транспортного цеха на заводе «Горизонт». В конце 90-х взяла дачу в Прилепской Усяжке, и как вышла на пенсию, поселилась здесь постоянно.

В теплое время года трудится на грядках, а когда работы на земле заканчиваются, посвящает свое время любимому вышиванию.

– Я начала вышивать и вязать, когда еще в школу ходила. Много вещей тогда было у меня связанных: костюмы, кофточки. Раньше придешь в ГУМ, а там в уголке для рукоделия, рядом с лестницей, были выставлены образцы вязаных и вышитых изделий. Вот понравится, присмотришься, загоришься – и свяжешь или вышьешь что-то. Я почти всю жизнь вышиваю. Помню, дети были маленькие – возле них сяду и занимаюсь любимым делом. Однажды сидела над какой-то картиной, а 11-месячная дочка играла с моими нитками. И вдруг она встала и пошла. Так и научилась ходить.

До недавнего времени мастерица делала свои ювелирные работы без очков, но сейчас они уже необходимость: «Боюсь ошибиться. Стала хуже видеть, сливаются крестики».

Лариса Константиновна, в каком настроении садитесь вышивать?

– В плохом, как по мне, так нельзя. Но, с другой стороны, вышивание успокаивает нервы. Ведь когда садишься за работу, нет-нет что-то и вспомнится, переосмыслится, что-то приятное словно вернется. Так что всем рекомендую. Да и ведь это просто. Гладью немного тяжелее, а крестиком совсем легко.

Просто о жизни

У Ларисы Константиновны красивый, поставленный голос. Наша собеседница призналась, что в молодости, помимо рукоделия, очень любила петь.

– Одно время мы каждую субботу выезжали коллективом в лес. Туда ехали рано утром и весь автобус практически спал, а назад уже всю дорогу пели.

Лариса Леоненко еще в молодости похоронила мужа. Сейчас у неё двое детей, трое внуков и двое правнуков. Все очень любят, уважают и ценят бабушку. Когда мы были у нее, покосить траву приехал из Минска внук.

Лариса Константиновна, у вас такие идеальные грядки, чистота дома. Есть те, кто с радостью готов помочь, но вы все стараетесь делаете сами. Почему? Вы же давно заслужили свой отдых.

–Мне и дочка с невесткой постоянно говорят: «Ляг, полежи, отдохни». А я не могу. И вот спать ложусь – не усну, пока не спланирую, что и на какой грядке завтра сделаю. А если двигаться не будешь, то сляжешь и будешь лежать как камень. Надо двигаться хоть понемножку. Даже если что-то болит.

Что для Вас самое главное в жизни?

–  Самое главное, чтобы было здоровье, и у детей было все хорошо. Когда у них все нормально, тогда и сам себя хорошо чувствуешь.

«Папа ушел на фронт и не вернулся»

У Ларисы Константиновны большая библиотека.  Любит она и русскую классику, и белорусских писателей.

– Жаль только, что молодежь сейчас так не читает… Я обязательно прочитываю газеты от корки до корки. Телевизор смотреть некогда, но вечерний выпуск новостей не пропускаю. Надо же быть в курсе событий. Время, конечно, беспокойное, и на душе тревожно. Я войну помню, поэтому переживаю очень. Не дай Бог, чтобы дети и внуки с этим столкнулись.

Сколько вам было лет, когда началась война?

– 2 года и 8 месяцев, а брату – всего 4 месяца. До войны мы жили в Могилеве. Оттуда папа ушел на фронт и уже не вернулся. Мама осталась с нами одна. Вот, посмотрите, мой папа на фотографии.

Ему исполнилось 30 лет, когда он уходил… А мама умерла в 87 (вот ее портрет, рядом). В начале войны мы были эвакуированы в глухую деревню Милеевка в Могилевской области. Там было много таких семей. Мы с мамой и братом, тетей и двоюродной сестрой жили у одного пожилого человека, которого называли дедом. Воспоминания у меня очень отрывочные, конечно, маленькая еще была. Помню хорошо, как смотрю в окно и вижу, что по припорошенному снегом полю идет немец в фуражке и серой шинели. Он заходил в дома и выгонял женщин на работу – копать оборонительные сооружения. Женщин, у которых было трое и больше детей, не забирал. А если один или двое, надо было оставлять их одних и идти. Помню, когда он заходил в нашу хату, мама нас подтолкнула к тетке и показала, что у той трое. Так тетя с нами оставалась, а мама уже шла на работу.  И еще помню освобождение. Проснулась я, а дома никого нет. Оказывается, немцы, как отступали, взорвали мост. Все жители деревни вышли на перекресток, и уже там встречали освободителей.

Потом мы жили в дорожном доме из тех, что строились, как говорят, еще при Екатерине. Рядом с нами жили и пленные немцы. Они строили дорогу, а мы бегали рядом – дети.

О самом главном

– Послевоенное время было сложное, –  вспоминает собеседница. – Голодное, холодное. Помню, как ходила в  школу за пять  километров. Зимы снежные были, а мы в легких ботиночках… Было очень тяжело. Пока дойдешь, так сильно есть захочется…  Маме нашей одной с двумя детьми очень тяжело приходилось. В пятидесятом году мама вышла замуж во второй раз за хорошего человека, мы его звали отцом. Стало намного легче. Так и росли, потом строили свои семьи.

В 1978 году, в 44 года, умер мой муж, и мы остались с детьми. Было не просто. Но я хочу сказать: все можно пережить. Главное, чтобы были здоровье, покой в семье и мир. А больше ничего и не хочется.

Ларису Константиновну в деревне любят и уважают: и пожилые, и молодые. Кто-то приходит обменяться цветами, кто-то за советом. Мы поговорили – и хозяйка снова отправилась на грядки. Взяв на прощанье букетик ландышей, шли и думали, ведь, как прост рецепт нормальной жизни: здоровье твое и близких, любовь и понимание в семье, и мир…

Подписывайтесь на наш Telegram-канал Минская правда|MLYN.by, чтобы не пропустить самые актуальные новости!

Рекомендуем