Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

«На теле погибшего ребенка было более 100 ножевых ранений». Судебный эксперт о случаях из практики

«На теле погибшего ребенка было более 100 ножевых ранений». Судебный эксперт о случаях из практики
Фото: автора и из открытых источников

Без участия судебного эксперта на месте преступления не обойтись. Убийства, мошенничества, дорожно-транспортные происшествия, гибель людей — все это небольшая доля того, с чем приходится работать. Криминалисты по крупицам собирают улики и занимаются их исследованием, воссоздают картину произошедшего, чтобы истина восторжествовала. Как капля крови помогает раскрыть убийство спустя 10 лет и что становится причиной нечеловеческой жестокости, «Минской правде» рассказал начальник межрайонного отдела Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь Николай Бравсевич.

Николай Михайлович Бравсевич закончил Брестский государственный политехнический институт по специальности инженер-строитель. В 1995 году пришел в милицию. Работал в патрульно-постовой службе отдела ГАИ, затем — техником-криминалистом в составе группы экспертов Слуцкого РОВД. С 2000 года выполнял обязанности эксперта-криминалиста. В 2013-м—– назначен начальником Слуцкого межрайонного отдела Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь.

Отпечаток на бутылке газировки

Современные криминалисты имеют в арсенале множество технических новинок. Одна из эффективных экспертиз — дактилоскопическая. Рисунок папиллярных линий у каждого человека свой, поэтому помогает безошибочно определить причастного к преступлению.

— Дактилоскопическая экспертиза не раз помогала нам в самых запутанных случаях, — говорит Николай Бравсевич. — Как-то в Слуцком районе была совершена серия краж скота. Из сельскохозяйственных предприятий за ночь выносили по 4-5 телят. Добычу разделывали для продажи. Полноценных улик преступник на месте не оставлял. Но однажды все же допустил ошибку. После очередной кражи эксперт-криминалист осмотрел ферму, где содержались животные, и пошел по следу. Пройдя около пяти километров, добрался до леса. Там нашел место, где разделывали туши, а также пустую бутылку из-под газировки. На ней были оставлены следы. Когда мы проверили улики по базе данных, установили личность подозреваемого. Оказалось, что он причастен к аналогичным преступлениям в Гомельской, Могилевской областях. Его никак не могли поймать — слишком уж был аккуратный. Работал до этого момента чисто, но тут допустил оплошность. Эксперт этим воспользовался.

Николай Бравсевич вспоминает еще одну историю, которая произошла недавно. Для работы экспертам предоставили закладки с наркотическими веществами. Предстояло проверить их на наличие следов.

— Мы провели судебную дактилоскопическую экспертизу, работали в лабораторных условиях. Объекты были замотаны изолентой, а затем упакованы в бумажные свертки. На пакете был обнаружен отпечаток пальца руки покупателя закладки. А когда начали разматывать изоленту, нашли еще один сверток. На нем нашли отпечатки того, кто делал закладку. Вот так по цепочке и выстроили картину преступления, — говорит собеседник.

Еще один вид экспертизы, которая помогает в расследовании в том числе серийных преступлений, —  трасологическая. Ее используют для изучения следов обуви.

— Как-то вор-гастролер угнал машину в Копыльском районе, бросил ее в Старых Дорогах, там же совершил еще одну кражу, а затем уехал в Бобруйск. В этом городе его и задержали. Экспертам предстояло связать все эти преступления по имеющимся запаховым следам, следам обуви. Все получилось, — говорит Николай Бравсевич.

Чтобы уберечься от покупки машин с криминальным прошлым, к экспертам обращаются и простые автовладельцы. Купленное с рук авто может находиться в розыске или быть незаконно перевезенным через границу. В этом случае злоумышленники, чтобы провернуть сделку, меняют маркировку машины.

Специалисты же проводят экспертизу идентификационно-маркировочных обозначений, помогая покупателю выяснить, была ли похищена машина.

— В моей практике был случай: человек по дешевке купил авто, а после решил проверить его биографию. Оказалось, что машина была угнана в Москве. Мы установили ее первичный номер, — рассказывает начальник межрайонного отдела.

«Экспертизы по факту гибели детей самые тяжелые. Непросто видеть, как малыш, у которого вся жизнь впереди, гибнет на пожаре или тонет в воде».

Ребенку нанесли более 100 ударов ножом

Эксперты-криминалисты нередко имеют дело с проявлением человеческой жестокости. Как правило, на необоснованную агрессию людей толкает алкоголь. Около четырех лет назад в Слуцке было возбуждено резонансное уголовное дело. На теле погибшего ребенка тогда было обнаружено более 100 ножевых ранений.

— Травмы мальчику нанес его отчим — ребенок плакал и мешал ему смотреть телевизор. Морально экспертизу было проводить непросто. В связке работали судмедэксперт и криминалист. Отчим уверял, что непричастен к преступлению, но экспертиза помогла докопаться до правды. Мы установили количество ударов, нанесенных ребенку, нашли подтверждение совершенного преступления. Отпираться отчиму уже не было смысла, — говорит Николай Бравсевич.

Рассказывая о преступлениях, с которыми приходилось работать, он вспоминает свой первый выезд в качестве эксперта. Тогда бывший заключенный, уже отбывавший в прошлом срок за убийство, лишил пожилого человека жизни:

— Поступило сообщение, что в одной из деревень Слуцкого района пропал человек. На место мы отравились вместе с начальником криминальной милиции. Приехали, вскрыли дом пропавшего и увидели внутри следы борьбы — мебель была поломана, на обоях виднелась кровь… Дом находился возле леса. И мы решили осмотреть прилегающую территорию. В течение недели ходили, искали тело. И вот наконец увидели следы волочения, они и привели нас к оврагу. Там был прикопан труп.

Николай считает: чтобы добиться максимальной объективности, в работе эксперта важно уметь отключать эмоции, быть максимально сосредоточенным и хладнокровным.

— Многое приходит с опытом. Теорию можно выучить, важно научиться применять ее на практике, — говорит начальник межрайонного отдела. — Очень важно действовать, просчитывая логику преступника. Как бы он мог себя повести? Куда пойти? До чего дотронуться? Спешить не надо, лучше проявить смекалку. Иногда на первый взгляд следов, которые можно было бы приобщить к делу, не видно. Заходишь в комнату, а ничего, казалось бы, и нет. И тогда задвигаешь шторы, подсвечиваешь поверхности фонариком. И — совершенно другая картина.

К слову, сын Николая Бравсевича Станислав пошел по стопам отца — четвертый год работает экспертом-криминалистом в Любани. Николай гордится его успехами:

— Первые два года телефон не умолкал. Сын советовался со мной по рабочим вопросам. А я с радостью делился опытом.

Нашли убийцу спустя 10 лет

Некоторые злоумышленники считают, что могут скрыть следы преступления. Но Николай Бравсевич с этим не согласен.

— Преступник всегда оставляет следы. Да, он может протереть предмет или поверхность, но как быть с микрочастицами тряпочки, следами обуви? Экспертиза сейчас далеко шагнула. Мы обращаем внимание на запаховые и биологические следы, микрочастицы. Главное, чтобы эксперт профессионально осмотрел место происшествия: не спешил и знал, какой прибор надо применить. Безнаказанным преступник в этом случае не уйдет.

Иногда установить виновного случается спустя долгие годы. Например, более 10 лет назад в деревне Греск Слуцкого района была зверски убита бабушка. Несмотря на большой объем работы, выполненной оперативными сотрудниками на первоначальном этапе, преступление тогда не удалось раскрыть. Возможностей для технических исследований, которые есть сейчас, у экспертов тогда не было.

— Преступник долгое время оставался на свободе. Но потом дело об убийстве было возобновлено. После тщательного анализа собранных в свое время материалов, сыщики со следователями выдвинули версию, что преступление совершил местный житель. Кроме того, при изучении уголовного дела было установлено, что некоторые вещественные доказательства не исследовались. По предметам одежды погибшей провели комплексную биолого-генетическую экспертизу и обнаружили след крови на пуговице… Геном оказался в нашей базе. Сейчас человек привлечен к уголовной ответственности. Оказалось, что он убил пенсионерку за бутылку водки.

В качестве послесловия

Николай говорит, что работа эксперта требует внимательности, ведь от заключения эксперта зачастую зависят судьбы людей. Своему делу он посвятил значительную часть жизни. Поинтересовались, какая главная мотивация у нашего героя.

— Я, как и мои коллеги, работаю для людей. Хочу, чтобы они спали спокойно. Я не боюсь пройти по городу ночью. И это результат работы в том числе экспертов-криминалистов. Я люблю дело, которым занимаюсь. Работа эксперта не терпит равнодушия. Иначе просто нет смысла ей заниматься.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал Минская правда|MLYN.by, чтобы не пропустить самые актуальные новости!

Рекомендуем