Цена участия — квартира. Как акции за границей могут ударить по белорусам

Когда классик писал строчки “Ад родных ніў, ад роднай хаты”, он, конечно, не имел в виду специальное производство. Между тем, с 2022 года в УПК РБ есть новация, которая позволяет освободить человека от квартиры, если тот принимал участие в нехороших акциях – даже в том случае, если он находится заграницей.

Объясним нюансы «освобождения»

Спецпроизводство охватывает более 40 уголовных составов – от терроризма и измены государству до создания экстремистских формирований, дискредитации Республики Беларусь и призывов к санкциям. На практике проще всего доказать те составы, которые предполагают уличные акции. Например, если человек выходит с БКБ-флагом к белорусскому посольству и кричит, что власть незаконна, скорее всего, речь пойдет о статье 389-1 (дискредитация). Год назад также имело место групповое дело «народных посольств» – тут уже речь идет о создании экстремистского формирования (ст. 361-1).

Как минимум, участник получит статус подозреваемого. Если по делу есть хорошие перспективы, например, точно установлена личность и есть имущество в Беларуси, в том числе переписанное на маму, брата или проданное по фиктивной сделке другу, – такое имущество может быть конфисковано. На практике квартира, дача или гараж «замораживаются» (с ними нельзя заключать никакие сделки, пока идет уголовный процесс), и такие дела могут висеть над человеком годами. Разумеется, перспектива въезда в Беларусь (например, для смены паспорта) также будет невозможна.

Откуда берутся большие суммы ущерба для спецпроизводства? Если речь о призывах к санкциям, то любая организация, которая пострадала – от крупного предприятия до спортивной федерации – может подать в рамках уголовного процесса гражданский иск о возмещении ущерба. Понятно, что если завод понес миллионные убытки, то всей вашей квартиры не хватит, чтобы их покрыть.

В 2026 году организаторы «дня волі ад хаты» пообещали раздавать участникам очки и маски. Что также выглядит достаточно глупо, потому что видеофиксация, конечно, важная, но не основная часть оперативных мероприятий. Как правило, самую ценную и точную информацию об участниках сливают сами активисты оппозиционных структур.

Основная причина – личная неприязнь к группе Вечерко-Тихановская. Сегодня контроль ресурсов практически полностью замыкается на них, соответственно, те, кто не присягнул Вечерко, создали своего рода оппозицию внутри протестного движения. Минск внимательно отслеживает такие расколы и играет на противоречиях, поэтому раздача кепок и масок выглядит детским садом.

Понятно, что где-то акции могут проходить спонтанно, но в Вильнюсе, Варшаве, Кракове, Белостоке, Щецине были заранее заявлены точки сбора и программа акций, причем их разнесли по времени и датам. Соответственно, нашим службам упростили работу – участников будут документировать с перерывами на кофе, сон и отдых.

Почему Минск предупредил о специальном производстве?

Это мера, чтобы обезопасить белорусов Вильнюса и Варшавы, которые могли бы оказаться на протестах случайно или из любопытства. В центре столиц соседних государств в выходной день могут быть и туристы, и трудовые мигранты, и те, кто заключал брак и имеет вид на жительство другой страны. Справедливо, что ответственность за акции должны брать на себя организаторы, а не случайные люди, приглашенные на русскоязычный концерт или в бар, где затем объявляются политические требования.

При этом важно, что от американцев также есть пожелание не провоцировать Минск, поэтому в последние два года при Трампе «дни воли» проходят очень беззубо, как некие внутренние мероприятия диаспоры, а не как ультиматум белорусской власти. Как правило, акции маскируют под конференции и встречи в помещениях.

Собственно, это и есть магистральное направление праздника. Надеть очки, маску, сесть в темном углу и рассказывать о личной свободе, боясь за квартиру в Минске – интересно, чтобы бы об этом сказал Кант? Наверно, что моральный императив может быть внутренним, а вот квартира внутренней быть не может – придется жить в машине.