Белорус после 13 лет в США хочет вернуться домой
Страна не для жизни, а для выживания. Такую формулировку применяют по отношению к Америке те, кто пресытился ее прелестями. Нет, денег там заработать действительно можно, но потерь будет гораздо больше. В этом на своем опыте убедился белорус Егор Карабан. В 2012 году его жена выиграла грин-карту, и тогда они вдвоем собрали чемоданы и уехали: было интересно посмотреть, что Америка может им предложить. Сегодня же семья планирует возвращение домой.
Свой отклик Егор Карабан прислал в «Минскую правду» в то время, когда редакция объявила о возможности задать вопрос Президенту. Откликнулись на эту новость, помимо жителей Беларуси, и многие живущие за границей. Люди присылали и свои истории. В частности, Егор написал: «Мы живём в США 13 лет и всегда хотели вернуться в Беларусь. Считаю себя патриотом страны и хочу активно участвовать в её судьбе. В этом году мы решили вернуться».
О причинах такого решения Егор рассказал в нашем интервью.
«Понимаю, что это никогда не закончится»
– США считается страной иммигрантов, которая открывает любые возможности для каждого нового жителя. Было ли вам легко прижиться на новом месте?
– Да, тут действительно много возможностей для людей. Это как вещевой рынок: все хотят там зарабатывать, что-то продавать, но не хотят жить под лавками. А первые 5-7 лет действительно нужно жить «под лавками». Потому что ты абсолютно не приспособлен ни к чему. Ты не знаешь языка, ты в шоке от людей, от их беспардонности. Здесь на советских мультиках люди не учились. В США очень слабая социальная составляющая. Поэтому люди просто едут сюда за каким-то успехом, за деньгами. Гармония, согласие с самим собой – это не то, что страна может предоставить.
– Америка 10 лет назад и сейчас – это две разные страны? В каких сферах жизни больше всего чувствуются изменения?
– Мы приехали еще при Обаме. Потом пришел Трамп, но для меня ничего не поменялось. Я работал сначала уборщиком, потом техником в жилом комплексе, потом на такси. Поэтому меньше всего думал о том, что происходит в социальной сфере, как делится общество. Эти первые 5-7 лет для меня как будто выпали из памяти. Я до сих пор здесь живу одним днем, ничего не планирую на долгосрочную перспективу. И я понимаю, что это никогда не закончится. Смотрю только на свой прогресс. И думаю, большинство людей живут именно так. Люди здесь не следят за государством – они предпочитают доверять ему. Они интересуются только своими проблемами.
– Наверное, одна из самых популярных тем – медицина в США. Нет страховки – нет адекватной медицинской помощи. Или всё-таки дело не только в наличии страховки, но и в дефиците квалифицированных врачей?
– Медицина в США – это не социальный, а коммерческий проект. Он отдан в руки недобросовестным бизнесменам. Но принцип в Америке такой: здесь находят несуществующие проблемы. То есть если вы приходите к врачу, он не обязан поставить вам правильный диагноз. Он обязан вас принять, потому что его фирма, его больница зарабатывает таким образом. Он не должен вам сказать ничего лишнего, за этим следят юристы. Вы потом пойдете в другую больницу – и там получите абсолютно другой ответ. И они все равно получат деньги за ваш визит. В США, думаю, есть квалифицированные врачи. Но здесь люди идут в медицину не потому, что это призвание, а потому что это деньги.
Нравственность как красивая упаковка
– США считается одной из наиболее религиозных стран в мире. Правда ли это сегодня? И как религия в Америке сочетается с защитой прав ЛГБТ? Ведь, по сути, эти вещи противоречат друг другу.
– Религия здесь на каждом шагу. Но в Америке открывают церкви как благотворительные организации, которые не зарабатывают (как будто бы) денег. Поэтому все действия церкви не облагаются налогом. Это значит, что церквей можно открывать сколько угодно. В некоторых штатах, например Техасе, Теннеси, есть целые улицы, на которых расположено около ста церквей. Зачастую они не имеют реальной христианской силы.
Эти здания церквей строят за огромные деньги, взятые в кредит. В каждой церкви идет проповедь в два, три потока для того, чтобы выплатить этот кредит. Поэтому они борются за каждого прихожанина и, естественно, адаптируют свои нужды и возможности под каждый штат. Если это республиканский штат, там ЛГБТ будут не рады. Если это демократический штат, будут принимать туда кого угодно. Поэтому здесь ЛГБТ-сообщества – это изощренные люди, которые манипулируют своими правами.
«В Америке при экстренной ситуации вас спасут, если у вас в водительском удостоверении нет сердечка «донор». Но если вы донор, вас легко могут разобрать на части. Врачи не будут просто стараться, потому что больнице есть куда пристроить ваши донорские органы»
– Говорят, в Америке можно весьма много зарабатывать, если посвящать всего себя работе. Правда ли это? Насколько дорогая жизнь в Америке?
– Да, в США можно зарабатывать деньги, но это все, что здесь можно сделать. Потому что уровень стресса не позволяет наслаждаться всеми теми вещами, которые доступны для людей, родившихся здесь. Мигрантам недоступно ощущение дома, земли, места силы. Для нас это всегда агрессивная среда. Пытаясь интегрироваться в нее, ты потеряешь годы и поймешь, что все осталось чужим. Траты здесь соизмеримы с заработками, деньги стоят очень мало. Здесь нужно бороться за налоги. Есть 5-7 видов налогов, их нужно считать ежемесячно, ежеквартально. Желательно это делать самому. Все стоит денег, даже пойти к бухгалтеру и посчитать налоги.
– Насколько актуальна проблема с наркотической зависимостью в США?
– Да, в США это огромная проблема. Очень мало человек несет ответственность за свою жизнь, так как никто не преминет воспользоваться возможностью заработать. В моем штате легко продается марихуана, на каждом углу. Абсолютно без проблем можно зайти и купить где угодно. Можно попросить у врача. Из-за этой проблемы люди становятся бездомными. Потому что страна это допустила. Нравственность в Америке может быть как красивая упаковка, но за ней одна цель – заработать денег любыми способами. Это касается и отвратительной еды, полной химикатов. Дети травятся, получают в раннем возрасте диабет, инфаркты случаются у 20-летних. Здесь есть зависимость более страшная, чем наркотическая, – от некачественной еды. Людей подсадили на эту индустрию. Наркоману нечем платить, а человек, зависимый от плохой еды, всегда будет приносить деньги.
Дочь в семье Карабан появилась на свет в Америке, но лучшее будущее для нее родители видят в Беларуси.
На чьей стороне истина
– Протесты в США – дело привычное. Действительно ли американцы так вовлечены в политические процессы, происходящие в их стране?
– Здесь протесты – это часть жизни, потому что людям иногда просто нечем заняться. Но американцы не вовлечены так глубоко в политические процессы, чтобы являть из себя единство и относиться к какому-то лагерю. Глубокие политические процессы – это для славянских людей, сомневающихся, осмотрительных, размышляющих, философствующих. В отличие от американцев у нас есть слова «истина». А в Америке есть только слово «правда» – truth. У них нет такого понятия, они не заняты поиском истины. Наш человек будет долго пытаться понять одно, второго, пятого, десятого человека, а потом сложить для себя образ, который будет считать своей собственной истиной. В Америке такого просто нет. Здесь очень много подлости, но мало благородства и интеллекта.
– Почему после стольких лет в Америке планируете вернуться в Беларусь? Чем наша страна привлекательнее США?
Уже сейчас Егор с супругой присматриваются к школьному образованию в Беларуси. Их дочь учится в четвертом классе в Америке, но, по наблюдениям родителей, не тянет программу второго класса белорусской образовательной программы. При этом она одна из лучших в классе. И в этом суть американского образования.
– Понимаю, что не могу здесь больше терять времени. Я хочу домой, хочу обратно. У меня есть дом в Молодечно, который я со своим отцом не достроил. Когда я примерно в 2018-2019 обходил его, сел в машину и не мог уехать. Родина – это место силы. Здесь вопрос не в привлекательности, мы не ищем выгоды. Я вижу красоту нашей страны из США гораздо лучше, чем когда-либо. Вот эта форма пребывания здесь для меня сродни выживанию. Мы не умираем с голода, не нуждаемся ни в чем. Но пустоту не заполнить ничем. И вот этот вопрос самый острый.
Рекомендуем
