Окончательный запрет российского газа: удар по России или Европе

26 января Совет ЕС проголосовал 24 голосами за план полного отказа от импортируемого из России газа, который поступал сюда более полувека. Против выступили Венгрия и Словакия, которые сильнее всех зависят от российских энергоресурсов, Болгария воздержалась.

Решение не было сиюминутным: цель отказа от российских углеводородов к 2027 году была поставлена ещё в 2022-м в качестве санкции против России, которая была основным поставщиком, обеспечивающим более половины топливного импорта ЕС. Отказ стал сравним с катастрофой для населения и экономики, но от избранной стратегии в Брюсселе не отказались.

Сказалась ли потеря европейского рынка на России

По европейским подсчетам, Россия понесла убытки: в 2021 году европейские потребители заплатили «Газпрому» 23 млрд евро, через год — 47 (это вызвано ростом цен в связи с напряженной геополитической обстановкой), в 2023-м — 16 млрд, в последующие два года — менее 15.

Потери были частично компенсированы диверсификацией поставок сжиженного природного газа на другие рынки, в основном, азиатские, которые пока окончательно не развернуты. Между Россией и Китаем подписано соглашение о строительстве газопровода «Сила Сибири-2», но реализация проекта займёт не один год.

Можно не сомневаться, что российские энергоресурсы найдут потребителей на растущих азиатских рынках, а без европейского рынка можно успешно обойтись.

Проблема у Европы

Отказ от российского газа, согласно одобренному плану, произойдет постепенно. На поставки СПГ запрет начнет действовать с конца апреля этого года, а для природного газа — ещё позже, — с середины июня 2026 года. Долгосрочные контракты на поставки СПГ прекратят действие с 1 января 2027 года, на поставки природного — с 30 сентября того же года, но есть оговорка: поставки могут разрешить до 1 ноября 2027 года в случае проблем с заполнением газохранилищ.  Получается, что отопительный сезон 2027/2028 Европа проведет еще с российским газом. Что будет потом, ни в Брюсселе, ни в других европейских столицах ответа не дают.

Наращивание собственной добычи или поставки из Норвегии, Алжира, Ливии или Азербайджана — тоже так себе вариант, поскольку там добыча сокращается. Норвежский газ через терминалы в Северном и Балтийском морях поступает в Германию уже сейчас, но его может хватить только для отопления не более 6 млн домохозяйств.

Австрия начала получать азербайджанский газ по Трансадриатическому газопроводу. Планируется, что объём поставок составит не более миллиарда кубометров в год, а в ЕС в целом может превысить 12,5. Дальнейшее увеличение поставок потребует инвестиций в расширение пропускной способности трубопроводной инфраструктуры, а деньги на это придется брать из государственных заимствований, размеры которых необходимо утвердить.

Зная, насколько в ЕС забюрократизировано принятие решений, можно предположить, что бюрократия способна оставить свои государства без энергоносителей.

В итоге выпавшие российские объёмы придется замещать поставками СПГ из США или Катара. Но при этом останется открытым вопрос цены, как и обеспечение топливом из других источников.

С государствами ЕС, не имеющими выхода к морям, ситуация ещё более непонятная. Для них единственный путь из вероятного топливного кризиса — покупка СПГ через транзитные страны или у государств Центральной Азии, которые вряд ли смогут закрыть все потребности.

Поэтому к чему реально приведет отказ от российских энергоносителей, можно будет увидеть по итогам отопительного сезона 2027/2028.