Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Помогать своим — норма или медвежья услуга? Расскажем, зачем государству убыточные предприятия

Помогать своим — норма или медвежья услуга? Расскажем, зачем государству убыточные предприятия

В начале января появилось постановление Совмина от 3.01.2022 г. №1 «Об уплате процентов за пользование банковскими кредитами», из которого следовало: в нынешнем году проценты по кредитам цементных заводов («Красносельскстройматериалы», «Белорусский цементный завод», «Кричевцементошифер»), которые ранее прошли модернизацию, будут выплачиваться из бюджета страны. Владимир Орехов и Мариам Шлапунова поговорили о том, насколько целесообразно оказывать госпомощь таким предприятиям…

Шлапунова: Не нужно быть экспертом в экономике, чтобы понять: белорусское правительство инвестирует огромные суммы в госпредприятия. Это не раз отмечал Глава государства, об этом говорили рабочие заводов, такую информацию найдешь в интернете. Если загуглить «экономика Беларуси», каждая вторая ссылка приведет к публикации, из которой становится ясно, что «помогать своим» — фишка нашего правительства, начиная с 1992 года. Это — факт. Насколько целесообразно, Владимир, предоставлять предприятиям финподдержку из госказны? Не оказывает ли государство таким образом им медвежью услугу?

Орехов: В твоем вопросе, Мариам, есть ссылка на ответ. «Фишка нашего правительства — помогать своим». Помогать своим — это нормально. Ненормально, когда помогаешь «чужим», а своих гнобишь и уничтожаешь. Но почему ты считаешь, что помощь «своим» предприятиям — медвежья услуга?

Шлапунова: Считаю, что в моих словах не скрытый ответ, а лишь возможность для тебя привнести в спор некие «братские» понятия. Перечислять из года в год миллионы рублей/долларов одним и тем же заводам — это, как мне кажется, не помощь. Начиная с 2015 года, с самого что ни есть финала реконструкции цементных производств по китайским лекалам, эти заводы, вместо того чтобы приносить доход в бюджет, лишь банально высасывают из него средства. Подобно трем ласковым телятам. А рядом с цементными предприятиями еще и гродненский стекольный завод. Только с 2015 по 2018 годы Минфин, как гарант, по китайским кредитам заплатил за них более 500 млн долларов. По каждому из трех цементных заводов — непокрытые убытки от 150 до 360 млн белорусских рублей. Убытки некоторых из них превышают сумму средств их уставного фонда! Как тебе такие показатели?

Орехов: Ты сейчас говоришь как махровая коллаборационистка. Это любимая тема всех либералов-рыночников и таких же либеральных экономических обозревателей. Ни те, ни другие за свою жизнь не держали в руках ничего тяжелее ложки, но зато знают, как управлять заводами. Методички у них просты: заводы — закрыть, людей — уволить, рынок — отдать другим (чужим) производителям.

Белорусский цементный завод в Костюковичском районе — это порядка 2,5 тыс. работников, которые кормят себя и свои семьи (совокупно от 5 до 10 тыс. человек). «Красносельскстройматериалы» в Волковысском районе — там такая же картина. «Кричевцементошифер» в Кричевском районе — более 2 тыс. человек работающих. И если тебя послушать, надо более 7 тысяч человек превратить в безработных. Аналогично — по «Гродненскому стеклозаводу», имеющему более чем вековую историю.

Шлапунова: Не вешай на меня ярлык коллаборационистки, давай объективно. Я ни слова не сказала про «уволить», а ты уже целое обвинение сформулировал. Сохранить рабочие места — единственный аргумент, благодаря которому все эти тысячи рабочих встанут на твою сторону. Но и только. У кого государство берет деньги на помощь «отстающим»? Доколе эти «отстающие» будут брать астрономические суммы из госбюджета (его ведь формируем в том числе и мы с тобой как налогоплательщики), чтобы вбросить их, словно в черный Тартар, в некую бездну, откуда они больше никогда не вернутся? Не лучше ли поддержать на эти деньги частный бизнес, малое предпринимательство? Может, из-за такой вот помощи жилье для нас, как застройщиков, обходится по 1200-1400 евро за м2, а не по 400-500 долларов… Крупные госпредприятия, которые не могут самостоятельно прожить, следует не закрывать, а продавать (или даже бесплатно отдавать) тем, кто сможет их реанимировать. Но не за наш с тобой и других белорусов счет.

В Эстонии завод Estonian Cell остановлен из-за высоких цен на электричество

Орехов: Производство цемента — стратегическое, влияющее на всю строительную отрасль. Можно, разумеется, признать, что при планировании модернизации цементных заводов были допущены просчеты. Вложив в три завода в 2012-2013 годах более 1,2 млрд евро, были введены три производственные линии общей мощностью 5,4 млн т цемента в год. Совокупные мощности цементной отрасли достигли 9 млн т в год. Но производство цемента увеличилось совсем незначительно, наибольший объем был достигнут в 2014 году — всего 5,6 млн т. А дальше стало только хуже. Так, в 2015 году производственный показатель — 4,638 млн тонн, в 2016-м — 4,503, в 2017-м — 4,490, в 2018-м — 4,519. За 11 месяцев 2019-го — 4,500 млн тонн. Такая же картина и по итогам прошлого года. То есть загрузка соответствует лишь половине мощности. Надежду на экспорт в Россию не удалось реализовать. Главное конкурентное преимущество РФ — наличие природного газа, благодаря которому и цемент, произведенный там, является самым конкурентным. Никто в мире — не только мы — не сделает цемент дешевле, чем наша восточная соседка. В связи с чем и продать предприятия так называемым стратегическим инвесторам — нереально. Европейские инвесторы не будут отнимать у собственных цементных заводов рынок. А в России наш цемент не востребован. Падающая экономика Украины не позволит ей вернуться к импорту белорусского цемента даже на уровне 200-300 тыс. т в год. При этом объемы цемента, которые мы сами можем «переварить» внутри страны, не превышают 4,5-5 млн т. Так что, пока мы не рассчитаемся по кредитам с китайцами, выйти на более-менее рентабельную и безубыточную работу заводы вряд ли смогут.

Шлапунова: Наш цемент дороже даже европейского. Я не хочу быть категоричной в выражениях: продать, закрыть, уволить… Не считаю себя столь компетентной, но! Картина говорит сама за себя: часть белорусской промышленности — натуральная черная дыра. Необходимо провести оценку их эффективности, проанализировать, кто может работать самостоятельно, кого стоит переобучить; какое производство следует перепрофилировать, закрыть или продать. Не думаю, что белорусская казна будет в накладе, если условно какая-нибудь Ikea откроет у нас завод, даст людям рабочие места и будет покупать стекло, например, у предприятия «Гомельстекло», заказывать дерево у ОАО «Мостовдрев». Глядишь — а там и меньше стало бы убыточных компаний… У многих ведь есть потенциал, чтобы выбраться из кризиса и приносить доход стране. Может, пора прекратить поддерживать тех, кто на протяжении многих лет увеличил не эффективность, а долги?

Химический концерн BASF (штаб-квартира в Германии), один из лидеров мирового рынка, вынужден закрывать ряд своих производств из-за убыточности: электричество обходится ему слишком дорого

Орехов: К сожалению, очереди из инвесторов в наших отраслевых министерствах не стоят. Но я, в отличие от тебя, настроен оптимистично. Особенно в последнее время, когда стоимость газа и, как следствие, электроэнергии в Европе неприлично выросла. Энергозатратные европейские предприятия становятся нерентабельными. Там снижается объем производства, они закрываются. Это — факт. Крупнейший производитель алюминия в ЕС, компания Avlance из французского города Дюнкерк, сократила производство на 10% из-за перебоев в работе АЭС, которые привели к росту цен на электроэнергию во Франции. Цинковые производства компании Nyrstar, выплавляющие 150 тыс. т металла в год, с января законсервированы во Франции, Бельгии и Нидерландах. Прекратилось функционирование ряда предприятий химического концерна BASF (штаб-квартира в Германии) из-за вдруг появившейся убыточности, т. е. по причине дорогого электричества. Практически повсеместно начали останавливать свою работу заводы по производству удобрений. Ты думаешь, просто так объявлены санкции против «Белкалия»? Они объявлены с той целью, чтобы не дать ему возможность занять чью-то нишу! Сокращение поставок удобрений однозначно повлечет за собой снижение производства сельхозпродукции и увеличение ее стоимости. Тепличные огурцы в старой Европе всего за три месяца выросли в цене до 4-5 евро за кг. В Эстонии закрылся завод Estonian Cell по производству древесной массы. Он выпускал химико-термомеханическую древесную массу из осины, бумагу для печати, картон, бумажные салфетки, а также бумагу спецназначения. Продукция тянула на 80 млн евро в год, она шла на экспорт в Европу и Азию… Этот перечень можно продолжать. Десятки предприятий в ЕС закрываются каждую неделю. Будем надеяться, что медным тазом накроется и их цементная промышленность… Прибалты и поляки, в том числе их рынок, должны быть наши! А Европа пусть проваливается в черный, как ты говоришь, Тартар. Нам еще туда рано...

Рекомендуем