Рождается Христос, спаситель мира! Размышления Азарёнка о вере и судьбе народа

Проникновеннейшие слова в послании сказал наш Владыка, молитвенник белорусской земли — Митрополит Вениамин — Вражда и злоба врачуется любовью, гордость — кротостью. И ведь действительно так. Всегда так было.

Народ Израилев ждал Мессию. Но такого, который прекратит их страдания и притеснения, который возвысит их в славе земной. А явился некто иной. Тот, кто говорил о кротости и милосердии. Тот, кто возвещал любовь выше силы, выше славы, выше могущества мира сего.

И почуял злобный Ирод, что пошатнулся его трон, что подлинный владыка пришёл в мир. И отправил пролить кровь. Убить всех младенцев, но найти того самого, изничтожить. Сила была за ним, могущество было в его руках, ножи и мечи были с ним. А что было у юной девушки, которая не смогла даже пристанище себе найти, и пришествие в мир спасителя состоялось в хлеву с животными? Она была слабейшей из всех на земле. Но с ней была подлинная власть — власть любви.

Как же верно писал о всей нашей жизни Фёдор Иванович Тютчев:
Эти бедные селенья,
Эта скудная природа –
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!
Да, никогда мы не знали того рая для туловища, который строил Запад. Но крепли мы всегда духом, подвигом нашим вечным, нашей силой было долготерпение.

Как могуч был Бонапарт! Какая слава земная стелила ему столицы европейские, как девок в борделе. Ну что могла против такой силищи убогая, жалкая, крепостная наша Родина? А вот уже пьют казаки водочку в Париже, а гордец и страх всего мира сидит на камне на одиноком острове.

Не поймет и не заметит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.

Надо признать раз и навсегда — никогда мы не будем жить так, как на Западе. Мы будем жить достойно, но самое главное — счастливо. Не «комфортно», не для утробы своей, мы не станем никогда существами для переработки бургеров, которые с радостью смотрят на перевозку человека под конвоем. Но мы будем жить правильно, праведно, радостно. И в нашей наготе, и в смирении нашем — великая праведность и глубинная правда.

Ведь мог бы Христос явиться не младенцем, мог же Сын Божий прийти в славе и торжестве. И не посмел бы никто над ним глумиться, все пали бы ниц и признали бы в нём Царя. Но лишь из страха. А Богу такое не надо. Богу нужна любовь. Искренняя, светлая, выстраданная, вымоленная.

Удрученный ношей крестной,
Всю тебя, земля родная,
В рабском виде Царь небесный
Исходил, благословляя.

И ныне те, кто провозгласил торжество силы над правдой — проиграют. Сокрушится их храм мамоны. Сгорят все доллары и все биткоины. Рухнет их мир наживы и торгашества. Медный бык на Манхеттене расплавится. Там будет памятник Уго Чавесу.
С Рождеством, братья и сестры!