История Алексея, который 10 лет оценивает безбарьерную среду из коляски

С проблемами доступной среды я столкнулся лично прошлой зимой: после перелома пришлось привыкать перемещаться на костыле, и обычный бордюр высотой в десять сантиметров становился почти непреодолимой преградой. А что говорить о тех, для кого ограничение в движении — не временная мера, а постоянный спутник жизни? Алексей из Слуцка уже десять лет передвигается на инвалидной коляске после тяжёлой травмы шеи в 2016 году. В этом интервью он честно рассказывает, почему оценивает доступность родного города на четвёрку, какие барьеры встречаются каждый день и что можно изменить в первую очередь.

Десять лет назад Алексей Герасимов неудачно купался и сломал шею. С тех пор его мир ограничен инвалидной коляской. Если попросить его оценить безбарьерную среду Слуцка по десятибалльной шкале, он ставит четвёрку — и сразу уточняет, что оценка эта, пожалуй, даже завышена.

В старом городе, по его словам, передвигаться довольно проблематично. Чтобы попасть, например, в городской парк, приходится трижды пересекать дорогу туда и обратно. Новые районы выглядят чуть лучше: там более-менее реально двигаться самостоятельно. Но в целом по городу без посторонней помощи не обойтись. Большинство кафе и магазинов остаётся недоступным — либо двери слишком узкие, либо нет пандусов.

— Безбарьерная среда, я считаю, должна начинаться прямо из подъезда. Из подъезда вышел и пошёл гулять самостоятельно. Я этого сделать не могу.

Что такое настоящая безбарьерная среда?

Алексей убеждён: комфортная среда должна начинаться прямо с порога подъезда. Вышел из дома — и пошёл гулять самостоятельно. Пока это только мечта. В его подъезде, помимо него, живут ещё три человека в колясках. И наличие подъёмника в подъезде значительно упростило бы возможность выходить без посторонней помощи на улицу. Сам Алексей — человек крупного телосложения, и даже его с трудом поднимают по этой импровизированной конструкции.

Безусловно, одним из вариантов можно было бы рассмотреть размен на квартиру на первом этаже, чтобы там смонтировать безбарьерный вход. Но менять жильё одновременно четырём семьям с колясочниками — задача почти невозможная.

Барьеры: когда пандус опаснее лестницы

В городе есть пандусы, которыми невозможно пользоваться. Алексей вспоминает один из мостиков: уклон там настолько крутой, что при подъёме он едва не перевернулся. Хорошо, рядом оказался человек, который успел подхватить. Самостоятельно заехать на такой пандус нельзя — кувыркнёшься.

Абсурдные ситуации случаются и в заведениях. Однажды с ребятами захотели зайти в одно из кафе города. Стали открывать вторую створку двери — женщина, работник кафе, отрицательно отреагировала на эти действия: «Куда вы мне двери ломаете? Нельзя сюда!» Уже потом объяснила, что она не сможет сдать заведение на сигнализацию — там какие-то неполадки. Другой наглядный пример: ещё в одном кафе города первую дверь открыли, а во второй тамбур оказался слишком узким. Позже там сделали террасу с пандусом, но Алексей после того случая туда больше не заглядывал.

— Возьмём, к примеру, спортзалы и бассейны. Казалось бы, для здоровья и реабилитации они особенно важны. Но даже там не всегда всё продумано до конца. В некоторых фитнес-центрах заявляют о доступной среде, однако на входе может оказаться небольшой порожек, который без посторонней помощи не преодолеть.

В бассейнах порой нет специального подъёмника, или бортики выше, что в свою очередь затрудняет пересадку из коляски.

— Бывает, что тренажёры расставлены слишком плотно, а в душевых и раздевалках узкие проходы. Такие детали часто упускают из виду — и вместо помощи получается неожиданное препятствие.

Рассказывая о съёмном жилье, Алексей вспоминает случай: «В прошлом году ребята собирались приехать ко мне в гости. Обзвонили несколько вариантов — к сожалению, ни одного по-настоящему удобного для колясочников не нашли. В одном месте не хватает ширины дверных проёмов, в другом санузел не приспособлен, в третьем честно предупредили: «У нас второй этаж, лифта нет». Снять квартиру посуточно — вариант, но для обычной поездки это выходит довольно дорого. Хотя здесь как раз к месту была бы возможность переночевать в гостинице в оборудованном номере».

В итоге встречу пришлось отложить. И таких ситуаций, к сожалению, много. Получается, что даже просто найти место для ночлега в чужом городе — задача не из лёгких, хотя хотелось бы, чтобы это было проще.

Водители автобусов и маршрутки за 300 рублей

Общественный транспорт — отдельный разговор. Водители могут прижаться поближе к бордюру, чтобы колясочник как-то сам въехал, но выходить и откидывать пандус никто не спешит. Алексей даже оставлял комментарий в соцсетях, когда в автопарк поступили новые автобусы: предложил обучать водителей, как правильно помогать людям с инвалидностью. В ответ некоторые читатели возмутились: «Я на работу не успею», «У меня дети».

С поездами проще: нужно заранее заказывать специальный вагон, подходящий для инвалидов, — и тогда можно быть уверенным, что проблем не возникнет. А вот маршрутки почти все не приспособлены. Одна частная фирма возила колясочников, но цена кусалась: когда Алексею нужно было ездить на реабилитацию в Минск, дорога туда и обратно обходилась примерно в 300 рублей — сумма для него неподъёмная.

Парковки, туалеты и человеческий фактор

С парковками для инвалидов ситуация понемногу улучшается. Алексей знает, что теперь можно сфотографировать машину, занявшую чужое место, отправить снимок в специальную базу ГАИ — и нарушителем займутся. Правда, есть нюанс: если водитель стоит меньше пяти минут, это считается погрузкой-выгрузкой, и формально он прав.

Кафе — это двойная проблема. Даже если удалось заехать внутрь, туалет почти наверняка окажется недоступным: двери там шириной 60–70 сантиметров. У самого Алексея активная коляска шириной 72 сантиметра.

— Мало того, что туда с пандусом проблема, не попасть. А если попадаешь, то туалеты не обустроены для инвалидов. Двери по ширине 60–70 см. Уже всё — не залазит коляска.

А вот кнопка вызова у входа — вещь действительно полезная. Подъехал к кафе, нажал — вышел сотрудник, принял заказ. Никого не надо ждать и ни у кого просить. Такие кнопки уже есть в некоторых заведениях, и Алексей считает, что их стоило бы установить повсеместно.

— Должна быть кнопка вызова. Захотел кофе — подъехал, кнопочку нажал, вышел к тебе официант. Не надо никого просить, никого ждать.

Что касается человеческой помощи, у Алексея простое правило: помогать нужно только тогда, когда он сам попросит. Навязываться не стоит.

Музеи, подъёмники и архитектурные ограничения

Алексей вспоминает случай, когда он пытался попасть в одно из городских зданий во время ежегодной культурной акции. Там есть подъёмник, но он рассчитан только на специальную узкую коляску. Пересаживаться с обычной — непросто, да и не всегда это осуществимо. Само здание является архитектурным памятником, поэтому оборудовать пандус снаружи, к сожалению, невозможно.

В своём подъезде Алексей давно хотел бы установить подъёмник. Соседи не против — в подъезде живут ещё трое колясочников, и люди во дворе стараются помогать. Однако каждый раз возникают технические или нормативные ограничения: то газовая труба мешает, то канализационная, то требования пожарной безопасности не позволяют. В других городах, например в Гомельской области, у знакомых Алексея такие подъёмники установить удалось. Есть такой опыт и в самом Слуцке — знакомый Алексея пользуется подъёмником и всем доволен.

Если бы дали бюджет на один проект

На вопрос, что бы Алексей изменил в первую очередь, если бы получил бюджет на один проект по доступности, он отвечает без раздумий: нужно делать нормальные пандусы — под 45 градусов, а не под 90, чтобы по ним можно было реально заехать, а не рисковать жизнью.

Его просьба к архитекторам и градостроителям простая: планировать не только новые районы, но и не забывать о старой застройке. Сейчас, чтобы попасть из одного микрорайона в другой, приходится делать огромные крюки. А ещё машины часто паркуются прямо на понижениях у подъездов: ни выйти, ни зайти невозможно.

— Выходишь из подъезда — и на понижении паркуются машины так, что в подъезд невозможно попасть, ни выйти, ни зайти.

Проблема доступной среды не исчерпывается пандусами у магазинов — она начинается с порога подъезда и заканчивается отношением окружающих. За десять лет в коляске Алексей научился не ждать мгновенных чудес, но и не молчать о том, что мешает жить. Его четвёрка для Слуцка — это не злая критика, а честный срез реальности. И в этой реальности есть место и маленьким победам, и большим системным проблемам. Хорошая новость в том, что почти у каждой из этих проблем есть решение — было бы желание его услышать.