Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content

Какое будущее есть у умирающих деревень в Копыльском районе, где живут один-два человека

Какое будущее есть у умирающих деревень в Копыльском районе, где живут один-два человека

Отправляемся в экскурсию по деревням Копыльского района, в которых проживает не более двух человек. Настанет однажды такой чудесный день, когда все городские жители, собрав свои пожитки, покинут каменные многоэтажные пещеры и переедут обратно в деревню. Но это случится чуть позже. Пока же тенденция такова: молодежь стремится навстречу светлому городскому будущему, а пожилые постепенно уходят. Корреспондент «МП» отправилась в Копыльский район, чтобы на месте разобраться, какова сейчас ситуация с заброшенными и полупустыми деревнями.

Копыль выглядит свежим и обновленным. Способствуют этому в том числе проводимые здесь праздники, такие как фестиваль «Вытокі» и День белорусской письменности. В этом году реконструировали лыжероллерную трассу.

В Копыле вообще есть все условия для жизни: две школы, одна гимназия, колледж, ФОК с двумя бассейнами, музыкальная школа, Дом творчества для детей… Неудивительно, что многие деревенские жители стараются перебраться сюда. Многодетные семьи строятся в городе по льготным кредитам.

А что же в деревнях? Отправимся в Потейковский сельсовет, где есть и полностью захороненные деревни, и те, где осталось один-два жителя.

Всего в Копыльском районе 208 населенных пунктов, в 13 из них никто не живет.

Похоронить дом не значит уничтожить память

Две трети населения Потейковского сельсовета проживают в двух населенных пунктах — агрогородке Потейки и деревне Душево. В первом — около 400 человек, во втором — примерно 390. Всего же в сельсовете шестнадцать деревень, в двух из которых — Красной Горке и Мыслях — никто не живет. Конечно, стареет местное население, тем не менее в этом году родилось пятеро детей, а в прошлом — трое, играются свадьбы, многие дома выкупают дачники.

Старые дома — это изумительная древесина. Даже сейчас в ней невозможно прокрутить отверстие

В Потейковском сельисполкоме мы встретились с председателем Сергеем Цвирко, который рассказал нам:

— В начале двухтысячных, когда пожилой человек умирал, родственники, дети разбирали его дом и из этих материалов строили на дачах сараи и бани. Это же изумительная древесина. Даже сейчас в ней невозможно отверстие прокрутить.

Начиная с 2010 года в Потейковском сельсовете ежегодно проводят захоронение семи-восьми бесхозяйных домовладений. Четыре-пять из них — за счет средств бюджета, с оставшимися двумя-тремя помогает хозяйство. Процедура непростая, ведь если нет отказа наследников от имущества, для захоронения дома требуется решение суда. Родственников ищут вплоть до четвертого колена. Да и не все проявляют сознательность — некоторые просто подписывают отказ от домовладения и перекладывают ответственность на государство.

Этот дом в деревне Новоселки выкупила дочка Анны Алисимчик как дачу, чтобы быть поближе к маме. Совсем скоро он заиграет новыми красками

Один из ярких примеров — деревня Пнивода. Вернее, деревней она была лет тридцать назад. Теперь же на ее месте — засеянные поля и одинокое кладбище, о котором, правда, заботятся — и хозяйство, и жители ближайших населенных пунктов, и родственники усопших.

На сегодняшний день в Потейковском сельсовете — 99 пустующих домовладений, 71 из них — это всего лишь фундамент, без крыши и с остатками стен

— С 2014 по 2017 год мы целенаправленно работали по деревне Пнивода. Тогда там уже никто не жил. Последний житель — бабушка выехала отсюда в 2005 году, а в 2008-м она умерла. Порядка 38 фундаментов было захоронено, — рассказывает Сергей Цвирко, пока мы идем по деревне-призраку к старому кладбищу. — Она была упразднена 24 февраля 2017 года решением Копыльского районного Совета депутатов. К моменту упразднения уже полностью снесли все домовладения. По 12 домам были судебные решения, находили родственников даже на Севере. А вообще после войны в деревне было 52 дома.

Старое кладбище — единственное, что осталось от деревни Пнивода, последний житель которой умер в 2008 году. Но земля не простаивает, используется для сельскохозяйственных нужд

Превратить родную деревню в рентабельное хозяйство

Галина Карпович родилась в деревне Мысли в 1966 году, она единственная из молодых жителей, кто остался. Теперь она живет в Копыле только с сыном Ильей. Год назад их семью настигла трагедия: в один день умерли муж и мама Галины. На территории деревни сейчас располагается крестьянское фермерское хозяйство «Мысли». Карповичи владеют двумя оставшимися там домами: один, родительский, используют как офис, другой переоборудован под овощехранилище.

— Я тут родилась, это мой дом, моя малая родина. Дом мамин остался. Она растила меня одна, дедушка и бабушка тогда были живы. В 1984 году они умерли, а я маме помогала. И вот осталась с ней. Пошла продавцом в магазин — и встретила своего Виктора Витольдовича, — с теплотой вспоминает женщина.

Галина Карпович с сыном Ильей живут в Копыле, а в деревне Мысли у них оформлено крестьянское фермерское хозяйство «Мысли»

Когда-то в Мыслях было 12-14 домов. Пусть деревня небольшая, но в каждом доме звучал детский смех, ко всем приезжали внуки. Вот, например, в семье мамы Галины Карпович было пятеро детей. Жизнь в деревне Мысли стала угасать с конца 1980-х — начала 1990-х.

— Самый первый дом вывезли в Копыль сами хозяева, построились там. Второй — внуки забрали в Минск. Потом один снесли, один — на Выню вывезли. И фактически все так, один только сгорел. Раньше, мама рассказывала, было еще два дома, до моего рождения, — продолжает Галина. — Все молодые уезжали — оставались только пожилые.

Начинала семья с ЛПХ (личное подсобное хозяйство). Первым делом забрали соседские огороды, платили налог за пользование. Но, согласно законодательству, без оформления фермерского хозяйства земли можно брать только в черте населенного пункта. Поэтому в 2011 году, когда в деревне уже никто не жил, Карповичи наконец-то оформились, появилась возможность расшириться.

— На сегодняшний день у нас 80 гектаров. Техники достаточно — земли уже маловато. Так что присмотрели новый участок, планируем расширяться, — по-хозяйски говорит сын Илья. — Выращиваем картофель, огурцы, клубнику, зелень. От моркови и свеклы отказались — нерентабельно. Продажи идут, с торговыми сетями сотрудничаем. В этом году весной был высокий спрос на картофель и зелень.

А на дворе кипит работа, гудит сельскохозяйственная техника — сортирует урожай на продажу. Деревня продолжает жить.

Где родился, там и старость встречу

Деревня Новоселки могла бы кануть в Лету, если бы двое коренных жителей, прожив немало лет в городе, не решили вернуться в родные места. Анна Алисимчик прописана в Минске, а здесь у нее временная регистрация. Родилась она в Новоселках, потом уехала учиться в столицу, осталась там работать. И вот на пенсии вернулась на малую родину, проживает здесь уже десять лет. Правда, не в доме детства, что в самом конце деревни, — дети купили ей другой как дачу. Кстати, детей у Анны Алисимчик шестеро: старшая дочка замужем в Грузии, остальные живут в Минске, приезжают каждые выходные, привозят детей на лето.

— В город обратно не хочу, мне там некомфортно. Тут козочек держу, кур, кроликов. Одной здесь вообще не страшно, — признается женщина. — Во-первых, через каждые пять дней дети всегда приезжают. Во-вторых, свет на улице есть, автолавка приходит два раза в неделю, телефон сельсовета есть. Всего тут хватает. Я особо не скучаю — с самого утра занята по хозяйству.

Раньше в Новоселках было более тридцати дворов. У каждого — своя корова, у некоторых даже по две. Сейчас же тут около 20 пустующих домов, остальных уже нет и вовсе.

Изначально Анна Алисимчик планировала провести эту зиму в одинокой деревне. Но потом мы узнали, что остается тут еще один местный житель, бывший милиционер, также родом из Новоселок. Рано вышел на пенсию, вернулся в родную деревню, где работал потом в хозяйстве. Раньше он жил тут с женой, которая совсем недавно умерла.

— Одна женщина тоже уехала. Как-то звонила, говорит, давление поднялось, пространства, воздуха не хватает. Вернулась бы, но тут печка слабая, зимой не поможет, — рассказывает Анна Алисимчик. — Одна дочка моя дом тут купила, под дачу уже переделала. Вторая купила, тоже будет перестраивать. Получается, я посерединке, а дети по бокам.

Монумент на месте сожженной деревни Жаулки, где 5 февраля 1942 года немецкие карательные отряды уничтожили 512 человек

Вымирает ли сегодня деревня? Нет, она просто меняется. Теперь это уголок, где можно отвлечься от городского шума и отдохнуть душой, заглянуть внутрь себя. А разве существует для этого что-то лучше домика в деревне?

Подписывайтесь на наш Telegram-канал Минская правда|MLYN.by, чтобы не пропустить самые актуальные новости!

Рекомендуем

Информационное агентство «Минская правда»
ул. Б. Хмельницкого, д. 10А Минск Республика Беларусь 220013
Phone: +375 (44) 551-02-59 Phone: +375 (17) 311-16-59