Сдаться нельзя победить: Европа замерзает, Испания горит, а Трамп снова сбегает через чёрный ход

Европа продолжает упорно добивать собственную промышленность, демонстративно отказываясь от дешёвого российского газа — запасы в хранилищах бьют шестилетние антирекорды, и это выглядит уже не как стратегия, а как экономический мазохизм.

Пока одни замерзают в ожидании зимы, другие тонут в хаосе: испанская Сеута превратилась в поле боя, где полсотни погибших и десятки тысяч мигрантов просто снесли забор, а местная полиция связана по рукам судебными запретами на депортацию. В этой кутерьме Трамп радостно рапортует о контракте на украинские редкоземельные металлы, хотя физики и химики в голос смеются — там их отродясь не водилось, разве что в виде осколков от снарядов.

Параллельно германский канцлер Мерц получает по шапке уже от собственных профсоюзов: полицейские требуют ужесточить миграционные правила, а рабочие Mercedes молят не трогать пенсионный возраст, и это лучшая иллюстрация того, что даже немецкая стабильность даёт трещину.

На фоне этого бардака Россия удивляет всех не военной мощью, а возвращением в стимпанк — первая авиакомпания получила сертификат на коммерческие полёты на воздушных шарах и дирижаблях, что звучит безопаснее самолётов, но уж точно сюрреалистичнее.

И пока мы обсуждаем воздушные шары, Трамп опять играет в грозного ястреба: нагнетает истерику по Ирану, сулит удар авиации, а потом резко сливается в переговоры о судоходстве в Ормузском проливе, потому что TACO — Trump always chicken out — давно стал его фирменным почерком.

По сути, мы наблюдаем один большой парадокс: Европа считает убытки, Испания считает трупы, Германия считает голоса недовольных, а США считают, что их опять никто не раскусит. И в этом цирке каждый тянет одеяло на себя, но чёткого плана нет ни у кого, кроме разве что россиян с их аэростатами — те хотя бы знают, куда лететь. В общем, мир на грани очень странной зимы, где каждый сам за себя, а привычные правила игры переписаны прямо на ходу.