Из найма – в мастера. Почему белорусы меняют офисную работу на собственное дело
В последние годы в Беларуси всё громче звучит слово «самозанятый». Кто-то уходит в ремесленничество из офиса осознанно, меняя галстук на фартук, а кто-то находит в ручном труде новую опору после закрытия дверей наёмной работы. Но за цифрами статистики стоят реальные люди: те, кто делает украшения, шьёт сумки, создаёт вещи с белорусским характером.
По данным МНС, сегодня в стране более 250 тысяч плательщиков налога на профессиональный доход, а в Минске только ремесленников зарегистрировано порядка 13 тысяч. По данным Минэкономики, число самозанятых и ремесленников за год выросло более чем на 20%.
За этими процентами — судьбы. Татьяна десять лет проработала бухгалтером, а теперь шьёт сумки из льна и кожи. Ольга делает часы из эпоксидной смолы. Елена создаёт украшения из серебра с белорусским орнаментом — для неё это способ снова почувствовать связь с корнями. Анна вяжет сумки-шоперы и признаётся: «В офисе я делала отчёты, которые никто не читал. Теперь я делаю вещи, которые носят и благодарят». Но особенно показательно, как ручная работа меняет не только занятость, но и само ощущение себя — на примере Екатерины и Егора.
Екатерина: «Для меня моё дело — это медитация»
Пять лет назад Екатерина ушла из работы в найме и полностью посвятила себя своему делу. Сегодня она — постоянная участница выставки-ярмарки «Добродел». В интервью «Минской правде» мастерица рассказала, как ремесло стало основным доходом, что для неё значит ярмарка и какие товары пользуются спросом осенью.
— Всё началось с кружка в детском центре, — вспоминает Екатерина. — Пять лет назад я ушла из работы в найме и полностью занялась только своим делом. Когда было объявление о самом первом «Доброделе», было интересно посмотреть, что за площадка, какие посетители, атмосфера. Организация и сами организаторы очень понравились, поэтому всегда участвую в «Доброделе».

Для мастерицы участие в ярмарке — это не только продажи, хотя именно они остаются основным доходом. Важно всё: общение с коллегами-мастерами и покупателями, обратная связь и возможность понять запросы посетителей.
— Для меня важно всё при участии в ярмарке: общение с коллегами-мастерами, с покупателями, продажи — так как это мой основной доход, — говорит она. — Можно получить обратную связь, какие запросы у посетителей ярмарки. По возможности я стараюсь купить что-то для себя у социальных мастерских.
Само дело Екатерина называет медитацией. По её словам, она очень любит то, чем занимается, а участие в ярмарке — это погружение на несколько дней в совсем другой мир, хотя по времени и энергии мероприятие очень затратное, особенно с учётом подготовки.
— Для меня моё дело — это медитация, я очень люблю то, чем занимаюсь, — признаётся мастерица. — Для меня участие в ярмарке — это окунуться на несколько дней в совсем другой мир, так как это и по времени, и по энергии очень затратно. Есть же и период подготовки к самому мероприятию.



Сейчас, осенью, акцент в её товарах — на тёплые вещи. Но есть позиции, которые актуальны всегда. Отдельно мастерица отмечает спрос на платки и палантины: на ярмарке они пользуются большей популярностью, чем в обычном торговом центре.
— Сейчас осень, поэтому акцент на тёплые вещи. Но есть вещи, которые всегда актуальны — митенки, варежки, — рассказывает она. — Также здесь спрос на платки и палантины выше, чем в обычном ТЦ.
История Екатерины — пример того, как любимое дело становится профессией, а ярмарка — не просто площадкой для продаж, а пространством для общения, обратной связи и встречи с покупателем.



Егор: «Я хочу, чтобы в моих работах звучал Минск»
Егор — керамист. Но так было не всегда. По образованию он керамист, однако после учёбы жизнь увела его в фотографию. А потом случился тот самый мастер-класс — случайный, почти незапланированный. И именно там он понял: керамика — это не просто ремесло, это дело, которое хочется превратить в бизнес.
— Я совмещаю вторую работу и керамику, — рассказывает Егор. — Свободы мне хватает, и это скорее осознанная поддержка для меня и близких. Я не бросаю всё в омут с головой, но и не стою на месте.



Одна из первых вещей, с которой сталкивается любой, кто уходит в ремесленничество, — необходимость всё держать под контролем. Упаковка, логистика, продажи, общение с заказчиками. Егор признаётся: он много думал про упаковку — как сделать её удобной и красивой, чтобы работа доходила до клиента в целости.
— Тут вся ответственность лежит на тебе самом. В офисе за тебя решают, а здесь ты сам себе и менеджер, и мастер, и маркетолог.
Но именно это ему и нравится. Баланс, по его мнению, ты создаёшь сам. Временные рамки из офисной жизни тоже можно внедрить в своё дело — и это работает. На первых порах, конечно, приходится работать больше, но потом усилия дают плоды.
Егор не боится общения. Наоборот — он легко находит контакт с людьми, и это помогает ему в продажах.
— Я отлично общался и находил контакт с людьми, здесь я отлично продаю, — говорит он с улыбкой. — Но при этом понимаю: маркетинг и продажа продукта — разные вещи. Реклама — это одно, а умение продать — совсем другое.
В ремесленничестве, по его словам, много чудесных мастеров, с которыми можно подружиться. Иногда Егор заходит в старое место работы — от меланхолии. Но там уже всё другое. Жизнь идёт вперёд.
Самое важное для Егора — внутренняя потребность отражать белорусское в своих работах. Это не заказ, не тренд, а желание души.
— Хочется, чтобы в моих изделиях звучала Беларусь, — признаётся он. — Что-то родное, близкое.


При этом он трезво смотрит на ремесло: смотря как этим заниматься. Тут есть подводные камни и свои сложности. Можно содержать семью, можно открыть завод, а можно и ничего не заработать. На первых порах было сложно — звонки в райисполком не утихали. Но сейчас Егор отмечает: уверенность в финансовом плане прибавилась.
На вопрос о планах Егор отвечает коротко и с юмором:
— Я бы сказал: давай пораньше, уже люди заждались.
Он не любит откладывать. И это чувствуется во всём — в подходе к работе, в общении, в отношении к городу. География его вдохновения — весь Минск и пригороды. Но есть места особенно дорогие.
— Мне нравится Лошицкий парк — там особая тишина и свет. А ещё люблю побродить по районам Чижовки. Там своя атмосфера, своя история.
Возможно, именно эти прогулки рождают те самые образы, которые потом оживают в глине. Егор не спешит. Он лепит, обжигает, продаёт — и продолжает искать баланс между ремеслом, бизнесом и любовью к родному городу.
Валерия Аксакова