Четыре ранения, несколько контузий и орден Ленина за Минск: как сражался комбриг Георгий Походзеев

Главными героями освобождения столицы Беларуси Минска 3-го июля 1944 -го года стали танкисты 2-го гвардейского Тацинского Краснознаменного, ордена Суворова корпуса. И справедливо, что именно они были первыми из тех, кто ворвался в столицу Советской Белоруссии. Об этом свидетельствует и танк Т-34-85, стоящий на постаменте в Минске. 

Немного истории. Тридцатьчетверка у Дома офицеров появилась в 1952 году, первоначально как памятник всем танкистам, участвовавшим в Великой Отечественной войне. На его башне была красная звезда, а на постаменте слова Иосифа Сталина: «На полях сражений советские танкисты показали беспримерное мужество и с честью выполнили свой долг перед Родиной». В 1960-х годах слова Сталина убрали, их заменило изображение медали «Золотая Звезда» Героя Советского Союза. А затем, в 1970-х, монумент отреставрировали, и нанесли надпись, посвященную воинам 4-й танковой бригады 2-го гвардейского Тацинского корпуса, а также бортовой номер Л-145, как у той боевой машины, которая первой ворвалась в столицу 3 июля 1944 года.

Но, справедливости ради, надо не забывать, что  в боях за Минск 3 июля 1944-го года отличились еще два танковых корпуса.

Это: 3-й гвардейский танковый Котельниковский корпус, наступавший с севера из района Острошицкого городка, и 1-й гвардейский танковый Донской корпус, ворвавшийся в Минск с юго-востока.

Сегодняшний наш рассказ и будет посвящен танкистам 19-й гвардейской танковой бригаде 3-го гвардейского танкового корпуса и ее командиру Георгию Походзеееву.

Полковник Походзеев в боях за Минск проявил  военную хитрость, поставив во главе атакующей бригадной колонны немецкие «Пантеры», а еще и захваченный у Острошицкого Городка их «Тигр», что во многом предопределило успех боя.

Из книги воспоминаний командира 3-го танкового корпуса генерала Вовченко

Во вступлении Иван Вовченко акцентировал внимание, что:

«Все понимали, наступает время освобождения многострадальной Белоруссии, героической партизанской республики. Целых три года фашистские орды хозяйничали в Орше, Витебске, Борисове, Могилеве, Минске, Бресте и в других белорусских городах. Уже одно это побуждало наших бойцов к решительному наступлению. Но города Белоруссии имели еще и важное военно-стратегическое значение. Через Белоруссию пролегала самая кратчайшая, прямая дорога на Берлин. До Берлина надо было еще воевать и воевать, но бойцы 3-го Белорусского фронта знали, что под Оршей они стоят уже на Берлинском направлении.

Бои начались и в районе Витебска. Наши войска уже овладели Богушевском. 5-я гвардейская танковая армия вводится в прорыв. В авангарде танковой армии маршала Ротмистрова 3-й Котельниковский гвардейский корпус.

Главное направление удара — Борисов — Минск. 3-я бригада шла в центре. 19-я слева, а справа — 18-я».

А повествуя о начале стратегической наступательной операции «Багратион», Иван Антонович рассказывает о героизме танкистов именно 19-й гвардейской бригады и лично ее командира полковника Георгия Походзеева.

 ** Очень важная задача стояла перед батальонами 19-й танковой бригады полковника Походзеева. Уничтожив вражеские заслоны, танкисты должны были как можно быстрее выйти на Московское шоссе возле станции Толочин. Бригада должна была зайти в тыл оршанской группировке противника, продолжавшей оказывать упорное сопротивление войскам 3-го Белорусского фронта и не собиравшейся пока что отступать на запад.

** Когда мой танк вместе с усиленным батальоном майора Мурзина вышел на шоссе Москва — Минск, ко мне обратился по радио командующий 5-й гвардейской танковой армией маршал Ротмистров:

— У меня есть сведения, что Толочиным овладели ваши подразделения. Если это так, то передайте им мою благодарность. Подтвердите взятие Толочина…

— Толочин взяла бригада Походзеева и передовой отряд майора Сорокина. Не только Толочин. Наши бригады освободили 120 населенных пунктов.

— Еще раз спасибо. Еду туда…

В Толочине были захвачены огромные трофеи. Среди танкистов Походзеева, разведчиков майора Сорокина и мотострелков майора Мурзина, которые овладели местечком и станцией Толочин, был и специальный корреспондент нашей корпусной газеты Осип Колычев. Он написал новую главу к поэме «Повесть о Ване Самоходове, веселом танкисте», печатавшуюся в газете с продолжением после каждого значительного боя.

Ах, Толочин, ты, Толочин,
Белорусский городок!
Здесь был немец поколочен,
Растолочен в порошок!

** Овладев городом Бобр, подразделения нашего корпуса пошли на Крупки, находившиеся недалеко от притока Днепра — Березины. 3-я бригада натолкнулась на упорное сопротивление немецких подразделений, не успевших отойти за Березину.

Оказалось, что Крупки лобовой атакой не взять без больших потерь, поэтому я решил 3-ю бригаду послать в обход с севера, а силами 2-й гвардейской мотострелковой бригады и 18-й танковой атаковать врага с фронта. Вскоре мотострелки и танкисты 18-й смяли заслон гитлеровцев, уничтожили при этом три «тигра», десяток орудий и до роты пехоты. Утром Крупки были в наших руках, и танки 3-й бригады двинулись на Борисов.

По данным разведки и показаниям пленных, противник придавал исключительно важное значение направлению, на котором вел наступление 3-й гвардейский Котельниковский корпус. В район Борисова враг срочно перебросил 5-ю танковую дивизию. Перед ней была поставлена задача остановить наше продвижение вдоль шоссе Москва — Минск до подхода оршанской группировки, а потом удерживать рубеж по реке Березине.

Следующий промежуточный рубеж обороны врага проходил по западному берегу реки Лужанки. Как и в бою под Крупками, мы применили обходный маневр с севера, и до 16.00 29 июня основные силы 3-й бригады оседлали автомобильную магистраль Москва — Минск возле Лошницы, отрезав пути отступления противнику, закрепившемуся на высоте. Но не прошло и часа, как нашим танкам переградили дорогу пять «тигров», расставленных по обе стороны дороги в лесу. Мы снова обошли противника и принудили его отступить на запад. Рота мотобатальона под командованием младшего лейтенанта Бирюкова при поддержке танкового взвода Панкова ворвалась в село. А в это время на юг от Борисова по дорогам и полям мчались танки 19-й гвардейской бригады. Передовой отряд из девяти средних танков, восьми самоходно-артиллерийских установок и трех полевых орудий возглавлял полковник Походзеев.

Танки Походзеева вклинились в расположение врага на несколько десятков километров. Комбриг приказал не обращать внимания на артиллерийский огонь гитлеровцев и не сбавлять темп наступления. Главное — выйти к Березине, сковать там бронетанковые части противника и этим облегчить 3-й бригаде маневр на главном наступлении в районе города Борисова.

Хотя фашисты и заметили наши танки и самоходки, но без боя пропустили их в «мешок». Стремясь взять реванш за Толочин, они рассчитывали прижать танки Походзеева к реке и уничтожить их в железной петле. Но нашему комбригу не привыкать сражаться в самой пасти врага.

Миновав село Великие Ухолоды, отряд свернул в лесок и там остановился. Полковник Походзеев приказал занять круговую оборону и вести непрерывное наблюдение по всем направлениям. Три танка под командованием лейтенанта Лугового он послал в засаду к реке. Вскоре противник начал активные действия. Со стороны Малых Ухолодов вышли шесть танков и направились к роще, где заняли оборону танкисты Походзеева. Немцам удалось поджечь один наш танк и самоходку, но сами они потеряли четыре танка. Атака была отбита.

Солнце стояло в зените. Танкистам и самоходчикам казалось, что время остановилось: такой напряженной была каждая минута. Вокруг рощи грохотали моторы вражеских машин.

После полудня над рощей появились три «Ила». Они обстреливали и бомбили скопление вражеских танков и машин. Досталось и танкистам Походзеева, потому что летчики и подумать не могли, что так далеко продвинулись наши танки. Но налет штурмовиков наши танкисты приветствовали радостными возгласами.

С запада на танкистов двинулись три «тигра». Танки, самоходки и полевые орудия открыли по ним огонь. Со стороны реки ударили танки лейтенанта Лугового, стоявшие в засаде. Через четверть часа три «тигра» уже горели на зеленой лужайке.

Вечерело. Экипажи не успели поесть, как со стороны Малых Ухолодов послышался шум моторов. Шла танковая колонна. Но чья?.. Полковник Походзеев выслал двух бойцов в разведку. Шум приближался.

— Без команды не стрелять! — приказал комбриг.

— Я с двумя машинами пойду наперерез танковой колонне, товарищ полковник! — обратился к Походзееву командир подразделения СУ капитан Кудинов.

Но дойти до дороги капитан Кудинов так и не успел. Двадцать машин врага шли напролом, несмотря на интенсивный огонь с нашей стороны.

— Ишь какие упорные! — говорил Походзеев. — Не хотят сворачивать. Прорываются через лесок на дорогу, в потом на Борисов! Хотят преградить путь нашей 3-й бригаде. Поддать огня! Поддать! — кричал комбриг по телефону и по радио из своего танка.

Враги в лобовой атаке потеряли две машины, хотя темнота и мешала нашим танкистам вести прицельный огонь. Бой затягивался…

Но теперь вся 19-я бригада сосредоточилась в роще, где в течение суток мужественно удерживал оборону танковый отряд во главе с комбригом Георгием Походзеевым. Бригада выполнила задание — левый берег Березины освобожден. 

Бригада Походзеева в боях за слолицу 3-го июля 1944-го года

2 июля 1944 -го года 3‑й гвардейский корпус, во главе которого шла передовым отрядом бригада полковника Походзеева, достиг Жодино. Южнее, из района Смолевичей, стремительно продвигались к столице БССР и танкисты 4‑й гвардейской танковой бригады 2‑го гвардейского Тацинского корпуса. В 12 часов дня 2 июля бригада Походзеева и остальные танковые соединения армии Ротмистрова получили неожиданный приказ повернуть на север и наступать на Жодино — Лютка — Мгле — Подонки (Знаменка) — Гаище, а в районе хутора Ризино (западнее нынешнего комплекса «Силичи», прим.) выйти на Логойское шоссе и по нему продолжить движение на Острошицкий Городок. Тем самым была значительно облегчена задача 2-му гвардейскому танковому корпусу генерала Бурдейного ворваться в Минск. И танкисты Ротмистрова, в том числе и бригада Ивана Походзееева, свою задачу блестяще выполнили. Читаем в итоговом донесении оперативного управления штаба 3‑го Белорусского фронта:

«К исходу 2 июля 1944 года армия Ротмистрова, выполняя задачу дня, с боями достигла: Острошицкий Городок, Пильница. Передовые отряды вели бои на подступах к городу Минску с севера. Выход частей 5‑й гвардейской ТА непосредственно на подступы к городу Минску с севера способствовал овладению городом частями 31‑й армии и 2‑м гвардейским танковым корпусом».

19-я же танковая бригада полковника Походзеева сумела освободить железнодорожную станцию Смолевичи. А затем, одной из первых из бригад танковой армии Ротмистрова, ворвалась в Минск, за что и была Приказом Верховного Главнокомандующего удостоена почетного наименования «Минская».

А сам комбриг Георгий Антонович Походзеев был награжден орденом Ленина.

О личности комбрига Георгия Походзеева              

В найденных воспоминаниях фронтовика Николая Шишкина, в то время командира батареи тяжелых самоходных установок СУ-152, есть и строки о танковом комбриге Георгии Походзееве:

«В июне нас перебросили в Белоруссию. Полк наш действовал в составе 3-го гвардейского Котельниковского корпуса. Моя батарея практически всегда действовала с 19-й гвардейской танковой бригадой полковника Походзеева. Командир корпуса генерал Вовченко И.А. и командир бригады Походзеев были искусные командиры, у которых я многому научился. Это была лучшая бригада корпуса, да и сам командир был орел. Требовательный, немногословный. Приходишь к нему на совещание, чтобы перед боем указания получить. Он спрашивает: „Так, артиллерист, задачу знаешь? — Знаю. — Понял, как надо действовать? — Понял. — Свободен“.

Воюя с самого начала Великой Отечественной войны, Георгий Походзееев неоднократно горел в танке, получил четыре ранения и несколько контузий. Он — кавалер двух орденов Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени и Красной Звезды. Наиболее дорогой наградой, как считал сам Георгий Походзеев, был именно орден Красной Звезды, этой награды он удостоился в 1941-м году. Из наградного листа на капитана Георгия Походзеева:

«Капитан Походзеев — командир, умеющий мобилизовать бойцов на борьбу с врагом. 

В бою 9.12.41-го капитан Походзееев энергичными бросками вперед вышел к центру села,в результате чего группа Походзееева уничтожила до 70 человек, 2 огневые точки. Потери группы Походзеева — 1 человек ранен».

Герой освобождения Беларуси полковник Георгий Антонович Походзеев пал смертью храбрых в жестоком бою 28 июля 1944 года, похоронен в городе Минске.

У поэта Бориса Ширшова, опаленного Великой Отечественной войной, есть стихи, посвященные погибшим танкистам:

На высоте он с танком был оставлен,
Чтоб поддержать атаку. Но огнем
Четыре дня был батальон придавлен
К земле. И мы не думали о нем.

У рации, сменяясь, два связиста
И днем и ночью ждали позывных,
Но услыхать ни слова от танкиста
Не удалось ни одному из них.

На пятый день, когда, врага откинув,
На высоту взойти нам удалось,
Увидели мы черную машину,
Пробитую снарядами насквозь.

Танкист сидел в песке, откинув тело
На сорванный с разбитой башни люк.
И тускло фотография блестела
В распухших пальцах обожженных рук.

А на открытке радостно сияли
Два озорных мальчишеских лица,
Как будто, встретив поезд на вокзале,
Ребята вновь увидели отца.