Почему Евросоюз не может договориться по России и Израилю – проблема права вето

В Евросоюзе насчитывается 27 государств, но одно может заблокировать решение всех остальных, что снижает скорость принятия решений, особенно, внешнеполитических. Пока все остальные различными путями всё же продавят внешнеполитическое решение, оно уже может потерять актуальность. Поэтому в Брюсселе и Страсбурге уже не один год ищут более приемлемый механизм принятия общих решений, нежели консенсус с правом вето, который должен быть эффективным и функциональным. Вопрос механизма принятия решений достиг наивысшей остроты, поскольку многие государства ЕС расходятся по ключевым внешнеполитическим вопросам.

О чем спорили в ЕС в последнее время

Совсем недавно при подготовке последнего пакета санкций против России несколько стран потребовали учесть неприемлемые для них пункты. Италия, Франция и Греция не хотели введения против россиян жестких визовых ограничений; Польша, Германия и Португалия требовали послабления для отдельных категорий российского импорта; Австрия и Греция – против ограничений, связанных с сжиженным природным газом.

Разногласия в ЕС имеют место не только по вопросам взаимоотношений с Россией. Например, касаемо Ближнего Востока, Еврокомиссия хотела ограничить торговые преференций для Израиля и ввести персональные санкции против израильских политиков и поселенцев, но Германия, Италия, Австрия и Венгрия настояли на смягчении позиции, в то время, когда остальные 23 государства требовали ее ужесточения.

А 26 августа Словения заблокировала утверждение коллективного заявления ЕС, осуждающего планы Израиля строить новые еврейские поселения на западном берегу реки Иордан, поскольку в словацком МИДе посчитали, что это «не принесёт дополнительной пользы».

Такая неспособность выработать единую позицию возникает регулярно.

Что предлагают для скорейшего принятия решений

Главным инициатором выработки нового механизма принятия решений выступила Германия, к которой присоединились ещё десяток стран: Бельгия, Дания, Австрия, Финляндия, Румыния, Люксембург, Нидерланды, Франция, Испания и Швеция.

Сторонники инициативы предложили пять принципов, которые способны упростить принятие решений. Один из основных принципов – более широкое использование так называемого «коллективное воздержания», когда какое-либо государство может не поддерживать инициативу, но не пользоваться своим правом вето.

Второй важный принцип – «не увязывать внешнеполитические решения с вопросами, которые по существу с ними не связаны», т. е. не использовать право вето как инструмента торга при принятии решений.

Этим больше всего, как утверждают разработчики новых принципов, «грешил» экс-премьер Венгрии Виктор Орбан.

Но самое главное, — предлагается переход от единогласного принятия решения к голосованию квалифицированным большинством в рамках договоров Евросоюза. Это значит, что для принятия решения будет необходима поддержка минимум 15 стран Евросоюза, если в них проживает 65% его жителей. Эта возможность уже предусмотрена европейскими соглашениями, но инициатива должна быть поддержана единогласно всеми 27 государствами ЕС.

Что мешает реализации инициатив по принятию решений

Согласно Лиссабонскому договору, по вопросам внешней политики и безопасности в Евросоюзе необходим консенсус, т.е. решения по этим направлениям должны приниматься единогласно. Чтобы изменить или отменить Лиссабонский договор, потребуется согласие всех членов ЕС, а затем непростая процедура ратификации отмены или изменений на национальном уровне. Все эти процессы настолько в их процедурной части забюрократизированы, что потребуется немало времени, чтобы утвердить все изменения.

К тому же, не все государства согласятся с предложенными изменениями.

Также препятствием на пути отхода от единогласия становится право вето, которое введено для того, чтобы любая страна Евросоюза смогла защитить свои интересы. А защита каждым своих интересов – это базовый принцип ЕС, на котором построено объединение.