Почему испанский активист не считает Запад образцом свободы и благополучия

Это уже вторая наша беседа с Хосе Антонио Толедо — испанским коммунистом и политическим активистом из Андалусии. Изучал право и журналистику. Пять лет назад запустил YouTube-канал «Europa por Cuba» («Европа для Кубы») вместе с европейскими и кубинскими активистами, проживающими в Европе. 

Почему свобода на его родине оказалась иллюзией, а забастовки рабочих топились в крови? Кто на самом деле наживается на экономическом росте Испании? За что наш собеседник уважает Александра Лукашенко и почему сохранение советского наследия спасло страну от трагедии 90-х? Узнаете в нашем материале.

Право и журналистика как инструменты борьбы

— Что побудило вас изучать право и журналистику?

— В 1980-е годы я изучал право и журналистику, поскольку с детства глубоко интересовался международной политикой. Как коммунист и представитель поколения, пережившего Переходный период и политические реформы в Испании, я верил, что знания — это необходимый инструмент для понимания и трансформации общества.

То время было эпохой сильной международной напряженности: продолжалась холодная война, а Испания только определяла свой новый курс, вступая в НАТО и Европейские сообщества. Международное право привлекало меня возможностью понять правовые структуры, договоры и институты, регулирующие эти глобальные конфликты.

Журналистика же дала мне трибуну для участия в публичных дебатах. Многие годы я состоял в коммунистической партии и писал для ее газеты, анализируя события в стране и мире.

Я никогда не разделял эти две специальности. Для меня они были взаимодополняющими инструментами: право позволяло глубоко понимать устройство мира, а журналистика — транслировать эти знания и выражать свою политическую позицию. В контексте 1980-х годов умение осмыслить реальность и объяснить ее людям было для меня высшей формой гражданского долга.

Забастовки, расстрелы и «грязная война»

— Верили ли вы в свои молодые годы в существование свободы на Западе?

— Если вы спросите меня, была ли свобода на Западе и особенно в Испании в мою молодость, я отвечу «нет». Свободы в том виде, в каком её понимаем мы, рабочие, тогда не существовало, как нет и до сих пор. Мой взгляд как коммуниста сформирован опытом тех, кто боролся за базовые политические, профсоюзные и социальные права.

Я пережил Переходный период не как мирную смену диктатуры демократией, а как эпоху ожесточенной борьбы, забастовок и жестоких репрессий. Несмотря на легализацию партий и утверждение буржуазно-представительной системы, структуры франкизма сохраняли власть и жестоко подавляли левые организации. Для нас свобода была возможностью бастовать и защищать права трудящихся без страха арестов и избиений, за что тогда приходилось платить высокую цену.

Мою политическую память навсегда сформировали трагические события тех лет:

• 3 марта 1976 года в Витории: в разгар всеобщей забастовки полиция штурмовала собрание рабочих в церкви Сан-Франсиско-де-Асис; пять человек были убиты, более ста — ранены.
• Фестиваль Сан-Фермин в Памплоне (1978): жестокое вмешательство силовиков привело к гибели активиста Германа Родригеса, застреленного полицией.
• Трагедии в Андалусии: гибель 18-летнего Мануэля Гарсии Капарроса от пули полицейского на демонстрации за автономию в Малаге (4 декабря 1977 года) и убийство Гражданской гвардией 19-летнего студента Франсиско Вердехо в Альмерии (август 1976 года) за написание политического лозунга.
• «Дело Альмерии» (май 1981 года): трое ни в чем не повинных молодых людей (Хуан Маньяс, Луис Монтеро и Луис Кобо) были ошибочно приняты за членов ЭТА(леворадикальная организация, выступавшая за независимость Страны Басков), задержаны Гражданской гвардией и замучены до смерти под стражей.

Помимо государственного террора, те годы характеризовались насилием ультраправых группировок («Тройная А», «Баскский испанский батальон»), тесно связанных с госаппаратом. А позже, уже в период демократии, проявилась еще более мрачная реальность — «грязная война» против ЭТА и создание подпольных эскадронов смерти ГАЛ (GAL).

Поэтому я категорически не принимаю идеализированный, бесконфликтный взгляд на Переходный период. Демократические свободы не были дарованы сверху — их вырвали снизу ценой увольнений, арестов и человеческих жизней. Буржуазная демократия стала продуктом социальной и политической борьбы, в которой рабочее движение и левые силы сыграли решающую роль. Замалчивать эту цену недопустимо.

Экономика Испании растет, но не для всех

—  Какова текущая экономическая ситуация в Испании?

— На мой взгляд, экономический рост в Испании не отражает реального положения большинства граждан. Страна не переживает глубокого кризиса: экономика растет, а занятость улучшается, однако эти цифры скрывают несправедливое распределение благ.

В Испании сохраняется глубокое социальное неравенство. Высокая стоимость жизни, низкие зарплаты и нестабильная занятость привели к острому жилищному кризису, из-за которого даже работающие люди, особенно молодежь, не могут позволить себе жилье.

Считаю, что необходимо пересмотреть отношения между капиталом и трудом. Богатство создается миллионами трудящихся, поэтому они имеют право на его справедливую долю: достойные зарплаты, эффективные коллективные переговоры, качественные госуслуги, защищенные пенсии и прогрессивный налог. При этом стратегические сектора — энергетика, жилье и ключевые социальные услуги не должны подчиняться логике частной прибыли. Государство обязано вмешиваться, когда речь идет о базовых потребностях населения.

Сейчас экономика производит богатство, но рабочий класс по-прежнему обделен. Вкупе с циклическими кризисами капитализма, интеграция Испании в глобальный рынок, ЕС и структуры НАТО могут спровоцировать резкий экономический спад в ближайшем будущем.

— Вы являетесь одним из вдохновителей проекта «Международный координатор народной коммуникации». Как и почему возникла эта альтернативная медиаплатформа?

— Интернационалистский координационный комитет по народной коммуникации возник из конкретной проблемы: мировые СМИ замалчивают или искажают социальные конфликты. Информация не бывает нейтральной — сегодня пресса обслуживает интересы империализма и крупных корпораций.

Нашей целью было создание платформы, которая вернет голос рабочим движениям и общинам в этой информационной войне. Идея держится на двух понятиях: на интернационализме и народной коммуникации, поскольку защита прав трудящихся и освобождение народов выходят за рамки государственных границ. Участники протестов и движений сами становятся авторами новостей, напрямую заявляя о своих требованиях.

Мы объединяем независимых журналистов и активистов из разных стран, чтобы связать разрозненные очаги сопротивления и выстроить солидарность. Суть проста: если у угнетенных нет собственных медиа, их историю всегда будут рассказывать те, кто их грабит и угнетает.

«Я глубоко восхищаюсь историческим путем Беларуси»

— Беларусь сохраняет систему, унаследованную от СССР, благодаря политике Александра Лукашенко. Как вы относитесь к нашему Президенту и выбранному им курсу?

— Моё мнение об Александре Лукашенко исключительно позитивное. Я глубоко восхищаюсь историческим путем, который прошла Беларусь, и решением руководства страны сохранить значительную часть экономических и социальных структур, унаследованных от Советского Союза.

Чтобы понять мою позицию, необходимо рассмотреть исторический контекст, в котором Александр Лукашенко пришёл к власти. Начало 1990-х годов ознаменовалось распадом Советского Союза и, как следствие, демонтажем большей части политической, экономической и социальной системы, существовавшей десятилетиями. Во многих странах, входивших в состав СССР, произошел стремительный переход к капитализму, сопровождавшийся тотальной приватизацией и глубоким потрясением для всего общества.

С моей точки зрения, эта трансформация стала огромной исторической трагедией. Перестройка, которая первоначально преподносилась как процесс социалистического обновления, в конечном итоге привела к гибели Советского Союза и ликвидации большей части социального прогресса, накопленного за десятилетия.

Именно поэтому я особенно ценю решение Беларуси пойти иным путем. Александру Лукашенко удалось защитить ключевые экономические и социальные институты, унаследованные от советской системы, избежав полного и разрушительного разрыва с прежней моделью. Были сохранены стратегические секторы государственной собственности, обеспечено весомое присутствие государства в экономике, а также удержаны определенные социальные программы, которые, с моей идеологической точки зрения, являются крайне важными.

Что меня восхищает в Лукашенко, так это его твердое решение не мириться с догмой о том, что единственным возможным сценарием после распада СССР является немедленный переход к капиталистической модели. В чрезвычайно сложный исторический момент он выбрал сохранение тех структур, которые считал полезными и жизнеспособными для белорусского народа.

Таким образом, Беларусь представляет собой уникальный и крайне интересный опыт: это страна, которая после геополитической катастрофы не пошла по пути слепого копирования западных реформ, как другие бывшие советские республики, а сберегла важные элементы своей экономической и социальной традиции.

Моё уважение к Александру Лукашенко проистекает прежде всего из этой последовательной защиты национального суверенитета и экономической модели, в которой государство сохраняет за собой ключевую роль. Я убежден, что экономика должна служить реальным нуждам населения, а не только поклоняться погоне за частной прибылью.

Поэтому моё отношение к Лукашенко имеет прежде всего глубокое политическое и историческое значение. Я вижу в нём лидера, который в эпоху тектонических сдвигов отказался полностью порвать с советским опытом и встал на защиту уклада, позволившего сберечь ценные экономические и социальные завоевания трудящихся.

Что испанец советует белорусской молодежи

— Что бы вы сказали той части белорусской молодежи, которая не ценит, что имеет, и стремится убежать на Запад?

— Молодым белорусам, которые считают, что жизнь на Западе обязательно лучше, я бы прежде всего посоветовал не поддаваться иллюзиям. Красивая картинка в соцсетях часто не имеет ничего общего с повседневной реальностью миллионов европейцев.

Я не утверждаю, что на Западе всё плохо, а в Беларуси всё идеально. Но я прошу задать себе простой вопрос: «Лучше для кого и в чём?» Официальные медиа представляют западный мир как зону сплошного процветания, скрывая глубокие проблемы молодежи: недоступность жилья, безработицу, нестабильную занятость и колоссальную нагрузку на государственные службы.

Жилье — самый наглядный пример. В Испании из-за высоких цен молодые люди вынуждены жить с родителями в среднем до 30 лет — это один из самых высоких показателей в Евросоюзе. Чтобы просто накопить на покупку скромного жилья, требуется более 20 лет, а доля социального фонда составляет ничтожные 3%.

Вторая острая проблема — занятость. Несмотря на реформы, уровень безработицы в Испании остается критическим и превышает 10%, что более чем вдвое выше среднего показателя по развитым странам.

Важно не путать потребление с реальным благополучием. Доступ к гаджетам, брендам и путешествиям не гарантирует уверенности в завтрашнем дне. Для человека гораздо важнее иметь крышу над головой, стабильную работу, доступное образование и медицину. На Западе же эти системы далеко не бесплатны и работают со сбоями — например, качеством медицинской помощи в той же Испании удовлетворены чуть более 60% граждан.

Не сравнивайте живую реальность своей родины с идеализированным образом других стран. Беларусь сохранила важнейшие социальные завоевания: мощный госсектор экономики и восприятие базовых потребностей человека как неотъемлемых прав, а не коммерческого товара. Подлинный прогресс — это не изобилие на полках магазинов. Это уверенность в том, что ваше будущее не зависит исключительно от количества денег в кармане.

Поэтому я считаю, что молодые белорусы должны ценить то, что имеют, ясно видеть свои проблемы и стремиться к их решению, но не поддаваться иллюзии, будто лучшая жизнь автоматически ждет их по ту сторону границы.