Как фельдшер из Беларуси возрождает редкие экземпляры

Вечерний чай можно приготовить, залив пакетик кипятком из чайника. А можно превратить это в ритуал: накидать в жаровню самовара шишек и нацедить кипяток из латунного краника в граненую кружку. Именно за такой культурой охотится Александр Давыдюк. Днём он фельдшер в воинской части, а в свободную минуту — реставратор и коллекционер самоваров. Как забытым самоварам возвращает вторую жизнь, мужчина рассказал журналистам Pristalica.by.

Все начинается с поиска: Александр мониторит торговые площадки и аукционы по всей Беларуси и России. Экземпляры попадаются разные: одни достают из земли, другие продают наследники. У каждого самовара есть паспорт — клейма на тулове и крышке. Чем больше клейм и медалей набито, тем солиднее его возраст и статус производителя.

Фабриканты Баташевы и гранёная мечта

В коллекции Александра есть настоящие жемчужины — несколько самоваров фабрики братьев Баташевых, поставщиков Императорского двора. Сейчас в его собрании более 20 моделей, еще столько же ждут своей очереди на реставрацию в виде «полуфабрикатов».

По формам коллекция пестрая: есть классическая «банка», «рюмка», «цыганка» с характерными вертикальными ручками, пузатая «репка» и даже редкий «фонарь».

В списке желаемого пока остаются только два лота — «ваза гранная» и форма «кастрюля»

— Основу собрания составляют дореволюционные самовары, — уточняет житель Шершунов. — Разница с советскими колоссальная. Тогда вес напрямую определял цену: чем самовар тяжелее, тем он дороже. Ценили их настолько, что владелец, уходя из дома, забирал с собой верток — ключ-кран, чтобы никто чужой без спроса не мог нацедить себе кипяточка. Это была вещь статусная.

Дома у Александра стоит ваза с никелевым покрытием и редким заварочным кольцом, компактный походный самовар и самый первый отреставрированный им экземпляр из так называемого царского золота. Практически все модели в коллекции датируются концом XIX века.

Анатомия возрождения: от лимонной кислоты до зеркального блеска

Процесс реставрации — дело кропотливое и медитативное. Начинается всё с разборки самовара: нужно проверить каждую деталь на прочность, оценить герметичность пайки.

— Дальше детали отправляются в ванну с лимонной кислотой, чтобы убрать старую патину и окислы, — объясняет мастер. — После этого начинается долгая работа руками: наждачная бумага, болгарка, коралловый круг для удаления старого пищевого олова.

Самый долгий и ювелирный этап — рихтовка (выравнивание вмятин и ямок на корпусе без нарушения геометрии тулова). После того, как корпус выровнен, внутреннюю поверхность лудят новым слоем пищевого олова, а внешнюю полируют до зеркального блеска.

Часто самовары приходят некомплектными. Александру приходится самому подбирать или изготавливать тушилки на трубу и подгонять вертки.

Круговорот латуни в природе

Александр «отпускает» самовары в люди. Продаёт один восстановленный экземпляр, чтобы приобрести новый.

— Однажды ко мне попал шикарный Шимаринский самовар. Я довел его до идеала и дополнил полным набором аксессуаров: поднос, капельник, арка для чайника. Получился полноценный комплект для чаепития, как с картинки. Его очень быстро купили и, по-моему, увезли куда-то в Европу, — вспоминает коллекционер.

Все модели, прошедшие через руки Александра, рабочие. Их можно топить древесным углем или шишками. По наблюдениям мастера, главные ценители таких аппаратов сегодня — рыбаки и охотники. Они ценят самовар за его автономность и простоту: закинул горсть сухих веток или шишек — и через несколько минут можно греть руки о горячую гранёную кружку, вдали от розеток и цивилизации.