Корреспондент «МП» окунулась в будни приемки урожая под Борисовом

О том, как работают зернотоки сельхозпредприятий, писали много. А вот что происходит в диспетчерской Борисовского комбината хлебопродуктов, куда в эти дни ежесуточно стекается урожай с 14 районов Минской области, — удается увидеть не каждому. Мы решили заглянуть туда в самый разгар уборочной-2026. И вот что узнали. Как принимать 10 тысяч тонн в сутки, не теряя ни минуты? И правда ли, что зерно может привести к судьбе? Обо всем этом — в нашем репортаже из самого сердца уборочной-2026.

Мы идем по территории Борисовского комбината хлебопродуктов, и кажется, будто попали в живой механизм, который дышит, гудит и перемалывает сотни тонн зерна. Сейчас здесь ровно та же горячая пора, что и в полях у комбайнеров. Только если те борются с погодой и недосыпом в кабинах, то Ольга Шкороденок и ее команда сражаются за каждую минуту на диспетчерском пункте. Без преувеличения: от их решений зависит, насколько быстро урожай страны ляжет в закрома.

— На период заготовки мы переезжаем в диспетчерскую… полностью, — говорит Ольга, начальник отдела заготовки зерна и продаж комбикормовой продукции Борисовского комбината хлебопродуктов. — На мне серьёзная ответственность. За 16 лет работы здесь, знаю каждый уголок. Когда начинается массовая уборка — тут уже не до кабинетов. Надо быть в центре событий, чтобы видеть всё своими глазами: сколько машин выехало, сколько еще придет, не случилось ли где поломки… Это как управлять оркестром, только вместо нот — машины с зерном.

Пока идем до диспетчерского пункта, я замечаю удивительную вещь: ее здесь знают буквально все. Каждый встречный водитель, каждый лаборант с весовой — все здороваются, а некоторые даже останавливаются на ходу, чтобы уточнить маршрут. И это не просто вежливость. Это — производственная необходимость.

Вдруг воздух прорезает резкий хлопок. Я вздрагиваю. Еще один. И еще. Звук очень похож на выстрел.

— Ничего, — улыбается Ольга. — Через полчаса привыкнете. Это мы так голубей пугаем, воздухом из специальных пушек. В сезон они, конечно, к нам летят. Все-таки с зерном работаем, даже если вокруг идеальная чистота, то от движения машин, от пересыпки какие-то зернышки все равно остаются. Вот они и прилетают. Но мы их отпугиваем.

Эта маленькая деталь вдруг показывает, что даже такая махина, как КХП, живет своей жизнью, полной простых человеческих забот.

«Надо прийти раньше, чтобы подготовить»

Заходим в зонально-диспетчерский пункт, который работает круглосуточно. Здесь Ольга проводит свои дни в период уборочной. И, судя по всему, некоторое ночи — тоже.

— Диспетчерская работает круглые сутки. А я прихожу каждый день. Стараюсь прийти пораньше. Вот сегодня — в 6.30 утра. Чтобы решить организационные вопросы, — рассказывает она, пока мы проходим в комнату с мониторами. — У наших водителей рабочий день начинается с 7 утра. Поэтому мне надо прийти раньше, подготовить, куда им ехать, обсудить с начальником транспортного цеха все вопросы. А потом — подготовка отчетов для руководителя, обсуждение планов на день с начальником элеватора, с заместителями директора и многое другое.

Ольга работает на комбинате 16 лет. Начинала простым специалистом по продажам, потом была ведущим специалистом по обеспечению зерном, а теперь — начальник отдела. Но самое интересное, что именно здесь, на КХП, она встретила свою судьбу.

— Моего мужа зовут Дмитрий. Он работает водителем на комбинате уже 10 лет. И нас свел… комбинат, — вдруг с теплотой говорит она. — Он работал водителем в автобусном парке, тоже на машине. И в период заготовки зерна они приезжали к нам, привозили зерно из сельхозорганизаций. Вот так и познакомились. Уже 13 лет вместе — в этом году будем отмечать.

Теперь они — одна команда. Он понимает, почему она приходит на работу в полседьмого утра и уходит за полночь. Она понимает, когда у него ночная смена или «отсыпной» после нее.

— Мы друг друга очень поддерживаем, потому что оба знаем, что такое уборочная. В этот период мы практически живем на работе, — признается Ольга. — Дочь уже привыкла, старается помогать, чем может. Я считаю: этот месяц надо просто прожить с душой. Отдаться делу полностью, чтобы не было стыдно за результат. Чтобы потом сказать себе: я сделала всё, что могла.

Цифры, маршруты и 190 тысяч тонн хранения

Ольга показывает территорию, которая видна из окна диспетчерской. Там — схема движения машин, весы, лаборатория… Каждая машина проходит строгий контроль. Причем зерно поступает не только из структурных сельскохозяйственных подразделений самого КХП, который за последние годы значительно расширил сырьевую зону.

— Мы принимаем не только от своих сельхозпредприятий, но и по госзаказу из 14 районов области. В этом году планируем заготовить около 100 тысяч тонн зерна. Из них 82 900 — это пшеница, 16 200 — рожь и 1000 — ячмень, — перечисляет она точные цифры, не глядя в бумажку. — План по сдаче продовольственного зерна у каждого района свой. Больше всего традиционно должен отгрузить один из самых хлебных — Несвижский. Внушительное задание также предстоит выполнить Копыльскому и Солигорскому районам. Приемка нового урожая — в приоритете. Мы должны выполнить госзаказ и в любое удобное для аграриев время принять урожай, обеспечив тем самым на целый год свои перерабатывающие мощности.

Пока мы разговариваем, к весовой и лаборатории то и дело подъезжают фуры. Ольга, перехватив мой взгляд, поясняет:

— Это пока только начало. Когда начнется массовая уборка, комбинат будет принимать свыше 10 тысяч тонн в сутки — и продовольственного, и фуражного зерна.

Я спрашиваю про объемы элеваторов. Ольга называет внушительную цифру:

— Общая вместимость наших хранилищ — около 190 тысяч тонн.

И добавляет, что сезон приемки длится примерно полтора месяца, но самый насыщенный — месяц, когда работа кипит круглосуточно.

— Продовольственная пшеница идет на первый элеватор. Остальные культуры распределяются по другим точкам. И наши девочки-диспетчеры знают: каждую машину нужно направить именно туда, куда положено, — объясняет она.

Здесь же нас встречает Юлия Колдырцева — коллега Ольги, которая тоже в сезон переходит в диспетчерскую. Она работает в отделе уже 5 лет.

— Юля занимается построением маршрутов. Нужно продумать каждую деталь: где забрать в первую очередь, где выгрузиться, чтобы по дороге заехать в другое хозяйство и привезти зерно на комбинат. Точек выгрузки у нас несколько, хозяйства разные, так что это целая схема, — поясняет Ольга.

«Выстрелы», 26 машин до обеда и любимая лапша

К обеду — а мы разговариваем где-то около полудня — Ольга сверяется с данными на мониторе:

— На сегодня до 12 часов уже 26 машин приняли, — говорит она. — А машины — от 30 тонн и выше. У нас есть и автопоезда с двумя прицепами. Вот только что выгрузился Виталий — привез больше 35 тонн с полей возле деревни Мстиж. За раз. Первая его машина за день, но зато какая!

Тут же в диспетчерскую заходит Виталий. На нем рабочая одежда, чувствуется, что человек только что из кабины. Времени на разговоры у них сейчас совсем нет, но он быстро перекидывается с Ольгой парой фраз:

— Куда теперь?

— В «Большие Новоселки», забирай зерно из-под комбайна, — отвечает Ольга, уже глядя в экран.

Виталий кивает, собирается уходить, но замечает, что я стою с диктофоном. Оборачивается на пороге и, глядя на меня, говорит:

— Вы журналист? Отметьте обязательно в статье: Ольга — прекрасный специалист, знает свое дело. Я не просто так говорю, с людьми работаю много лет. Она всегда четко направит, подскажет, если что — решит вопрос. Даже когда завал, она не паникует. Таким специалистам надо памятники при жизни ставить, — смеется он и выбегает на улицу, где уже ждет машина.

Ольга отмечает, что на КХП в общей сложности работает в сезон заготовки зерна около 80 человек. Часть работников направляется сюда с других участков производства, отделов предприятия, а также по трудовому договору нанимаются сезонные работники. Среди них есть и пенсионеры, и студенты, и те, кто специально на сезон жатвы берет отпуск, чтобы подзаработать.

Анатолий один из них — его наняли на сезон. Он зашел через несколько минут после Виталия. Привез зерно из Березинского района. Мужчина выходит из кабины, подходит к Ольге, чтобы уточнить следующий маршрут.

— Петровна, куда мне сейчас?

— Снова Березинский район. Будешь забирать там рожь, — отвечает она. — Потом зайдешь ко мне, я дам еще заявки. Не теряй времени.

Анатолий кивает, коротко прощается и уезжает.

Я пользуюсь паузой:

— А что волнует больше всего? Что держит в тонусе?

Ольга задумывается на секунду:

— Главное — бесперебойная работа, — честно признается она. — Чтобы транспорт не ломался. Машина есть машина: у кого подушка выстрелит, у кого колесо, у кого еще что-то. И когда ты отправляешь, а случаются сбои — надо оперативно решать вопрос. Искать другую машину, перенаправлять кого-то. Это самое напряженное. Потому что времени на раскачку нет. Остановка — потеря урожая.

И тут снова слышится тот самый хлопок — голуби опять получили сигнал. Ольга машет рукой в сторону звука и с улыбкой подмечает: — Я же говорила, привыкнете.

Мы говорим о качестве зерна в этом году. Ольга признается: по ее опыту, ячмень идет продовольственный очень хорошего качества — по наполняемости и по цвету зерна. Но точный вердикт выносит лаборатория, которая находится рядом с диспетчерской.

— Прежде чем попасть в элеватор, зерно проходит серьезный отбор. Критериев много: содержание сорной примеси, влажность и прочие. По пшенице определяется класс, который зависит от содержания в ней клейковины. В зависимости от результатов исследования будет решено, для каких целей зерно будет использоваться. За этим и следят сотрудники производственно-технологической лаборатории, которые работают в две смены по 12 часов, — вводит в курс дела Ольга.

От зерна до вкусной грудинки и макарон: замкнутый круг семьи Шкороденок

На прощание мы говорим о том, что их работа не заканчивается на элеваторе.

— В структуре КХП 20 предприятий! Представляете? И это не только хлебозаводы и сельхозпредприятия. У нас еще и свинокомплексы, мясокомбинат, даже производство макарон. То есть мы сами вырастили зерно, переработали, произвели комбикорм, накормили животных, потом мясо пошло на мясокомбинат. И макароны — из муки, которую производит наш комбинат. Это замкнутое звено, от поля до прилавка, — с гордостью объясняет Ольга.

Я спрашиваю, покупает ли она продукты в магазине или отдает предпочтение своему.

— Покупаю только продукцию нашего предприятия, — твердо отвечает она. — Потому что уверена в качестве. И это касается всего: муки, круп, макарон, хлеба, мясной и колбасной продукции. Вот макароны группы «А» — в нашей семье едят только такие. Особенно любим лапшу волнистую в зеленой пачке. А колбасы у нас на мясокомбинате все вкусные. Я люблю «Гостинец от шефа». Муж же — фанат копченой грудинки. Она у него любимая: утром, бывает, яичницу с ней поджарит, и с удовольствием ест.

Мы стоим на территории КХП, позади возвышаются элеваторы, а рядом снуют грузовики с урожаем-2026. И глядя на Ольгу, которая здесь уже 16 лет, которая вышла замуж за водителя с этого же комбината, которая покупает только свою лапшу и грудинку, я понимаю: это не просто работа. Это жизнь. Каждодневная, тяжелая, ответственная — и бесконечно родная.

— Я горжусь, что работаю в такой масштабной махине. Как бы громко это ни звучало, но от нас зависит продовольственная безопасность страны, — сказала она в самом начале нашей встречи. Тогда это прозвучало как красивая цитата. Но после нескольких часов в диспетчерской, после разговоров с водителями, которые просили написать о ней хорошо, после подсчета машин и тонн — я понимаю: за каждым её словом стоит труд. 16 лет. Тысячи тонн зерна. И огромная ответственность перед страной. Это не громкие слова. Это факт и каждодневная большая работа.