Спасала раненых под огнем и дважды выжила после бомбежек – история 103-летней Анны Кривоспицкой

3 июля сего года участница Великой Отечественной войны Анна Николаевна Кривоспицкая из города Чаусы Могилевской области принимала поздравления с главным праздником страны – Днем Независимости Республики Беларусь. А 31 августа ей исполнилось 103 года.

В 17 лет, после окончания школы медицинских сестер, Аня попала на фронт. Была медсестрой передвижного госпиталя, сама два раза чудом избежала смерти во время бомбежек их санитарного поезда.

Прошла, вернее все же будет – исколесила железнодорожными путями, огненные дороги Великой Отечественной войны, познав и тяжелую горечь отступления и радость побед, вперемежку с болью утрат, до самого Берлина. Ее скромный автограф был на колонне поверженного гитлеровского Рейхстага!

В мирное время Анна Николаевна полвека трудилась в Чаусской районной больнице, за это время сделала много добра, поэтому этой скромной, но со светлой душой, женщине, в награду такая долгая жизнь.

Фронтовые будни медсестры, по воспоминаниям Анны Кривоспицкой

Уже война шла, а мне 30 июня отдавали мой диплом медицинской сестры. И сразу в военкомат – становиться на учет. Там мне выдали военный билет и сказали, что меня вызовут. Понимала ли я, что меня ждет? Наверное, нет. Отправили в больницу. А там уже раненых тьма. Немцы вот-вот войдут в город. Нужно было спешно переправить раненых солдат на железнодорожную станцию, где бы их на составах эвакуировали дальше на восток. С очередной партией раненых меня и отправили на станцию. Везли на грузовой машине, я с ранеными в кузове – и вдруг над нами заходит вражеский самолет и начинает стрелять из пулемета. Трижды немец заходил над нами, но, слава Богу, остались живы. Так я получила первое свое боевое крещение.

** Так я оказалась в санитарном поезде. В вагоне везде были раненые, мне там даже места не было. А кругом – стоны и крики от боли. Хлопцы меня сразу назвали «Сестра», и все просили у меня воды.

Первый раз нас чуть не разбомбили еще под Веремейками (в 76 километрах к востоку от Могилева — Прим. Авт.), потом чудом спаслись под Рославлем (в Смоленской области России — Прим. Авт.), так под огнем добрались до Брянска.

Страшно было не только от бомбежки, но и от собственного бессилия. Раненые просят помощи, воды, а помочь им нечем: ни бинтов, ни лекарств у нас не было. Со всех сторон только и доносится: «Сестричка, помоги», с ума можно было сойти. Водой мы разжились лишь на одной из следующих станций, потом – провизией.

** Когда приехали в Брянск, для раненых определили территорию мясокомбината. Всю ночь, до самого утра, мы переносили солдат. Пережитое моральное напряжение и тяжелая физическая работа дали о себе знать, к утру я чуть стояла на ногах. Мой и без того небогатый гардероб изрядно поистрепался: обувь порвалась, ноги все были исцарапаны до крови. Утро, холодно. Благо у одной из медсестер была шинель, так она со мной поделилась, дала погреться. Уже на следующий день выдали гимнастерку, которая мне пришлась до самых колен, пилотку и фуфайку. А вместо изорванных босоножек – кирзовые сапоги 42-го размера.

** Мы там крепко работали, сформировали госпиталь под номером 2985. Это тоже были вагоны, оборудовали печками, всем возможным, чтобы раненых расположить. Полевой госпиталь курсировал за ранеными. Едем, где бой идет, загрузим поезд людьми – и в тыл с ними. Их оставляли, а сами опять в дорогу. Все понимали, какая задача перед нами стоит – спасти как можно больше людей.

** Кругом взрывы, бомбежка, а мы собираем раненых. О себе не думали, главное было спасти как можно больше наших солдат. Их увозили в тыл, по дороге лечили. В 1942 году в Мичуринске Тамбовской области наш поезд разбомбили. Это был ад: от взрывов в воздух взлетали цистерны с топливом, в огне смешались земля и небо. Какой-то солдат приказал мне ложиться и ползти к нему: «Я тебя прикрою». Это последние слова, которые я услышала, перед тем как потерять сознание. Очнувшись, обнаружила, что солдат лежит на мне, весь изрешеченный пулями. Сбросив меня в окоп и прикрыв собой, он спас мне жизнь… Я не знаю имени погибшего героя, но до сих пор молюсь за него.

** У украинского села Белокоровичи второй раз едва не погибла. Заметив, что над нами кружит вражеский самолет, мы с девочками – медсестрами поняли, что больше можем не свидеться, обнялись на прощание. И началось: первую бомбу немцы скинули на голову поезда, вторую на хвост, третью посередине, где я находилась. Крышу вагона срезало, уцелевшие люди кинулись бежать. А некуда: с одной стороны болото, с другой – высокая насыпь. По живым мишеням фашисты строчили из пулеметов… Уцелело всего 13 человек, включая главврача. Мне осколком ремень сумки с медикаментами перебило на спине, да контузило так, что несколько месяцев ничего не слышала.

День Победы: счастье и гибель подруги

О Дне Победы Анна Николаевна говорит так, вытирая слезу:

«Такое ликование было, словами не передать. Кругом радость, смех, песни поют, музыка играет. Я с подружкой Зоечкой пошла к Бранденбургским воротам. Со всей накопившейся за годы войны злобой выцарапала на стенах Бранденбургских ворот свою фамилию. Но радость была недолгой. Только успела услышать «вжик», как в одну секунду подружка, стоявшая рядом со мной, упала наземь сраженная снайперской пулей. Вот так в день Победы и погибла моя Зоечка. Здесь уж, как в песне, «радость со слезами на глазах». То ли Победе радоваться, то ли подругу оплакивать… И сейчас, спустя годы, 9 мая для меня это не только День Победы, но и очередная годовщина гибели подруги».

О любви и семейном счастье, обретя его на войне

В санитарном же поезде Анна познакомилась со своим будущим мужем, когда Александр Кривоспицкий поступил в их госпиталь с тяжелыми ранениями в плечо и бедро, были задеты и легкие.

Из личных воспоминаний Анны Кривоспицкой:

«Мы ведь друг друга приметили еще в середине войны. Когда его, тяжелораненого (пули прошили легкое, плечо, ногу), доставили в наш полевой госпиталь. Романа между нами тогда не случилось: он остался в госпитале, наш же санпоезд отправился дальше. Но мы друг друга запомнили. И узнали, снова встретившись в 1944-м, в Белгороде. Александр, хоть и был на костылях, пригласил меня на танцы. Впервые поцеловал. Тогда мы и договорились: если останемся живы, будем вместе навсегда».

И в апреле 1946 года Анна и Александр Кривоспицкие, демобилизовавшись, приехали в Чаусы. Здесь они и дом построили, и детей вырастили.

В заключение

31 августа 2026 года на сайте Чаусского районного исполнительного комитета появилось сообщение о поздравлении руководством района Анны Николаевны Кривоспицкой с ее 103-м годом рождения.

В ответ на теплые слова поздравления она сказала:

«На мою молодость выпали такие тяжелые испытания. Война – это страшно. Я два раза была на волосок от смерти, спаслась буквально чудом. Но мне даровано столько лет жизни, наверное, за спасение многих наших бойцов. Сестра милосердия в военном передвижном госпитале – большая помощь врачам. Меня многие благодарили за уход и заботу, за внимательное отношение к раненым. Говорю, а слезы наворачиваются, всё вспоминается, как будто было недавно, а прошло уже более 85 лет. Пусть над нашей Беларусью всегда будет только мирное небо, а люди живут счастливо».