Почему 9 Мая остается главным символом единства Беларуси и России
День Победы. Президент. Москва. Это цепь коротких, как выстрел, слов, стала ярким символом отношений между Минском и Москвой и вообще геополитической маяком. Отношение ко Дню Победы — это ответ на положение и отдельного человека, и целого государства в системе политических координат. Важен не только День Победы, но и дата. Неприрекаемая и истинная — 9 мая.
Момент истины
Представительский кабинет Кремля. Известен тем, что во время пандемии здесь состоялась встреча Путина с Макроном. Фото с этих переговоров лучше всего охарактеризовало отношение между нами и ими. За 5-метровым столом Путин был с одного края, а Макрон — с другого. Пандемия, борьба за экономическое благополучие и мировая турбулентность содрали лжедипломатические маски с партнёров. Это стало моментом истины. Мы перестали обманываться. Помните эту фразу Первого: «будем стоять спиной к спине»? Так её до сих пор помнят журналисты кремлёвского пула. Во время встречи президентов у одного из коллег нечаянно на телефоне прямо включилась эта речь Президента. Получилось символично.
День Победы тоже сначала старались не замечать, затем не отмечать. Потом уже пришло осознание. Нет, оно всё ещё приходит. Тогда ведь спасли не только белорусов от хатыньских сараев, евреев от Собибора, просвещённых европейцев от рабства, а славян от уничтожения. Тогда спасли мир для всего мира.
Это уже стало политической традицией Союзного государства: Александр Лукашенко и Владимир Путин вместе встречают День Победы. Много причин. И все экзистенциальные. Вопрос в сохранении себя в истории. И этот вопрос был поднят не только после пивного путча. Наши народы пытались раздавить разве не только катки Гудериана, всё начиналось в Барбароссы. Не плана, а императора. Пока наши полоцкие и новгородские князья строили Софии — архитектурные символы-маяки принадлежности и ассоциирования себя с Византией, а значит православием, их Барбароссы — стратегии обогащения. Лживо прикрытые Христом крестовые походы на Ближний Восток исчерпали себя, поэтому они, черпая своё богатство в реках крови, переориентировали «натиск на Восток» севернее. С этого и начиналось их богатство и рождение их Гитлера. Бывшие полицаи превратились в диверсантов, бывшие нацистские чины и умы нацистского режима ушли на службу США, Британии и стали «отцами» для многих наднациональных органов. ООН утверждали победители, альтернативные структуры управления планетой — поверженные, но не уничтоженные рафинированные нацисты. А их внуки сейчас — политики ЕС. Есть ли вопросы? Противостояние продолжается.
Праздновать 9 мая — для них это же принять поражение. Капитулировать. Этот позор они пережили и не раз. От вице-магистра ордена Андреаса фон Вельвена до Гитлера. Лошади Наполеона гадили в наших храмах, а генералы вермахта рассматривали Москву через бинокли. Но любая высокомерная кампания на Восток заканчивалась поверженным взором в текст капитуляции, нашим знаменем Победы над их рейхстагами. Так было и так будет. У них 8 мая — день толерантности к поверженным, у нас 9 мая — Торжество Величия Человеческого духа. Сила славянского оружия.
Цели извечного конфликта
Всё громче сейчас слышно о Гитлере — как инструменте в руках капиталистов по борьбе с чуждым советским укладом и славянами. Но предтеча этой экзистенциальной битвы куда глубже. Самое интересное, что эту самую красную империю создали западные мыслители, но, видимо, сталинский крен изменил историческую миссию СССР, вместо топлива для глобального пожара революции создал империю социализма. Он понимал, что конфликт не избежен. Может, поэтому и была такая индустриализация: на костях коллективизации.
Тогда хотели уничтожить открыто — физиологически. Сейчас это не позволяет философия постгуманизма или всё-таки наличие «Ярсов», «Орешника» и Северного флота. Как бы партнёры не харахорились, сдерживают их не мораль гуманизма — а банальный страх. И поэтому вместо печей крематориев, топливо для цивилизации разогревают постепенно, переходя «красные линии» морали и нормальности.
А заказчики все те же властители мирового капитала. У них разные названия, и даже их богатства имеют разные формы — но цель та же. Выкачивать из народов и государств последние капли крови.
Оккупанты мира технологии ментальной войны далеко не прячут. Они по-прежнему в арсенале похода против сознания славян. Новый «Ост» ориентирует не на физическое уничтожение, но мировоззренческую оккупацию. Но куда заметнее новые «Барбаросы» проявляются традиционно. Вдоль границ Беларуси создана милитаризованная подкова. Она в заморских руках, североатлантические ветра поддувают это горнило. На линии огня — европейцы, которые оказались в заложниках их же правителей, находящихся под внешним управлением.
Об этом Президент говорил не раз. А различные мирные инициативы предлагал чаще, чем в Вашингтоне и Брюсселе звучит слово «демократия». Не слышат. Оглохли, но мы-то не ослепли. Очнитесь. А сейчас это ещё с коннотацией гендерного нацизма. Или сатанизма. Посмотрите на Евровидение. И… французскую олимпиаду.
У них падшее Евровидение и олимпиады, а у нас священная Победа. Добытая нашим человеком, но для всего мира. При современных безграничных возможностях логистики — передачи информации это сделать очень легко. Любой контент, созданный калифорнийским университетом, корпорацией Рэндалл или лабораторией западных спецслужб, мгновенно отравляет всё мировое пространство. Не спрячешься ни за Великой Китайской стеной, ни в лесной глуши Беловежья.
Один день — тысячелетняя история
Так мир ещё никогда не менялся, как за последние десятилетия. Не только про технологичность, про обворованную историческую правду и вовсе про отнятое торжество истины, про нормальность, загнанную под каблучки амбассадоров империи лжи. И причина не только в глобализации экономических и промышленных отношений: экспансии брендов, но прежде всего экспансии политической.
А чтобы удержать своё доминирование, западная коалиция, вернее даже коалиция транснациональных корпораций, занимается экспансией смыслов. К странам глобального равноправия. Это напоминает борьбу коллективного Спартака с планетарными патрициями. А ведь именно Великий Китай, после нашего Парада Победы в Африку и Азию, пришёл парад суверенитетов. С нашего Кургана Славы видны все остальные мемориалы независимости в странах глобального Юга.
Не было бы нашей Победы, до сих пор бы сановные особы Европы в бельгийских зоопарках забавлялись с африканцами как с обезьянами. А теперь Брюссель — один из филиалов высокомерия и надменности западной цивилизации. Кстати, там ведь не только элиты такие, там это тренд. Поэтому им очень удобно, чтобы мы были врагами. Но западная — не исключительная, а одна из девяти-десяти цивилизаций мира. А мы — славянская цивилизация — спасатели Света, чтобы его не объяла тьма. Это наше солнце славян.
Это одновременно дата силы и дата памяти — День Победы. Почему так трепетно? Почему поднят до высот Кургана Славы, пика штыка в Брестской крепости, до макушки Звезды на столичной Площади Победы? Один день — вобрал всю нашу тысячелетнюю историю государственности. Борьба за возможность людьми зваться. Сотни и тысячи поколений за ценой точно не стояли. В этом победном ликовании «Ура!» — три коротких, один протяжный — скрежет мечей в битве с татарами на Синих Водах — это тогда мы украинцев спасли от полного уничтожения, и звон падения рыцарского авторитета под Грюнвальдом — это была победа всего восточного славянского мира. Была. Есть и будет.
Не надо менять Ялтинское мироустройство. Весомее этой геополитической опоры для нашего земного эллипсоида не будет. Но именно эту точку опоры они и сбивают. А для этого девальвируют Победу.
Неудобные вопросы ненависти к Победе
Пичкают ненавистью к Победе. Ну, сейчас скажут — снова победа. Представляете, даже термин такой придумали — победобесие. А что, до Победы истории не было? Была. История. И победы были. На Синих Водах, на Чудском озере, под Грюнвальдом. Цивилизационные Победы. История была и до 9 мая 45-го. Многовековая. Но продолжалась бы наша история, если бы не было 9 мая 45-го!?
Уничтожили каждого третьего. Остальных не успели — операция «Багратион» началась. А так выбор был по-европейски демократичным — погибнуть в топках крематория Майданека, умереть от тифа в Озаричах, быть обесчещённым и застреленным у своего дома либо закопанным во рвах Тростенца. Европейский освободитель с рунами на петличке — белорусов уничтожал рвами.
Скажи, как ты относишься ко Дню Победы — я скажу, кто ты. У тех, кому 9 мая — не праздник, у них нет будущего. Они же проиграли. Это же на поверхности. Те, кому 9 мая — не праздник, в 41-м пекли пироги для встречи коллективного Гитлера и румянили свои щёчки для офицеров в плащах из человеческой кожи.
Те, кому 9 мая — не праздник, разрушили Союз. Вывезли на Запад — золото, заработанное глубинным народом, в США — новейшие разработки учёных, а в Израиль — картотеку КГБ. Те, кому 9 мая не праздник, и сейчас безразлично позёвывая слушают поручения Первого. Те, кому 9 мая — не праздник, выдавали евреев и на полусогнутых подносили пылающие факелы под хатыньские сараи, а ещё под штыки СС подталкивали детей партизан и подпольщиков. А ещё раньше те, кому 9 мая — не праздник, ликовали Брестской унии, потом втаптывали Рейтана, шведам и французам показывали кратчайший путь в тылы наших войск. При любой власти, любых государственных границах — те, кому 9 мая — не праздник, были против Родины, против своего народа. Те, кому 9 мая — не праздник, в 90-е енчили по поводу того, а чего это нас нацисты не оккупировали. Они и сейчас стараются европеизироваться ради баварского пива.
Те, кому 9 мая — не праздник, радуются санкциям, негодуют Парадам победителям, штурмовали Верхний Ларс и посольства гитлеровской коалиции в поисках виз. Какой Шенген? Не позорьте память наших дедов и прадедов — тех, кто в 45-м безвизовое пространство устроил по всем фронтам.
Те, кому 9 мая — не праздник, восхищаются союзами ЕС и НАТО, но их перекашивает от встреч лидеров евразийской интеграции на Красной площади. Они не замечают десятки стран, смятых НАТО, но постоянно поливают СВО.
В условиях потеплений с американцами одну часть экспертного сообщества питают надежды: США поставят на место неолиберальную Европу. Мол, в Вашингтоне осознали силу российско-белорусской коалиции, признали нашу силу и право на место под геополитическим солнцем. Хотя в своей радости из-за потепления отношений складывается ощущение, что ведём себя не как победители, а как послушные парни.
У другой части аналитиков — опасения: западные улыбки служат для усыпления бдительности и контрмобилизации экономических и гуманитарных сфер. Следующий удар будет не открытым, но в спину. Конспирология? Может быть. Но от воспитания наших людей через мягкую силу там не отказались. Через религию, кино, моду — через смыслы. Умных малых из США волнует, что белорусам милы «айфоны» и «Тесла», но вот память о Победе сильнее всего сплачивает наши народы. А ведь против наших мозгов и сердец работали и работают лучшие умы лабораторий психофизического — ментального воздействия. И сейчас тоже.
Словно доктор Менгеле над нашими предками, западные эксперты устроили опыты над разумом наших детей. Но те, кто помнит своих дедушек Иванов, не допустят, чтобы под обломками истории осталась память защитников крепости Бреста, Ржева и Сталинграда. Мы не выпустим из рук красное знамя Победы. Оно теперь не только в руках Егорова и Кантарии. Оно в руках десятков миллионов. Теперь красное знамя — не просто символ глобализационного проекта мировой революции Ленина и Троцкого. Теперь это символ светской Пасхи — победы добра над злом, жизни над смертью. Но теперь пепел детей Хатыни хотят развеять по полю новых ценностей и чужих смыслов. Не выйдет.
Отнять Победу — нить, связывающую наши союзные народы, — призвана вся оппозиция. Белорусская, российская — вся она западная. А 20-м это был «диалог» победителей и полицаев. Полицаи всегда убегают с обозами оккупантов. Если находятся места. Это родовое проклятие коллаборации коллаборационистов.
Победа объединила людей. Правда, не всех. Некоторые из-за страха, а некоторые из-за обид начали сводить счёты со своими же соседями под нацистскими знамёнами врагов и оккупантов. Кстати. Чтобы была возможность задрапировать свою мстительную личину, коллаборационистам предложили типо идею независимости и бчб-полотнище.
А в нашем государственном флаге — победная философия. Красный цвет — цвет торжества и радости. Даже говорят: красная Пасха. Зелёный — это цвет жизни. Расцвета. И даже в главном государственном символе есть сочетание бело-красного. Нашего сакрального орнамента. Фрагмента народного костюма. Вдумайтесь, значит, флаг подчёркивает нашу аутентичность.
А вот бчб-ткань, беларусы, запомните раз и навсегда: государственным символом становилась только во время немецкой оккупации. И в 1918-м, и 1941-м. Ах, да, был ещё 94-й. И я не удивлюсь, если и тогда многое было сделано под диктовку советников коллективного Запада. Тогда Соросские ястребы действительно кружили по Беларуси, как мессеры летом 41-го. Беспрепятственно. Отворот-поворот дал избранный Президент Лукашенко. За это он и стал диктатором номер один. Если бы он согласился на приватизацию заводов и недр Беларуси, а ещё на размещении натовских баз, то всё — был самым лучшим другом Европы. Надо было просто отказаться от Победы.
А представьте, если бы мы, разинув рот, поверили в европейскую демократию? Другой бы была Беларусь. И была ли Беларусь в таких границах? Что за 90-е западные партнёры сделали даже с богатейшей и самой большой страной в мире — Россией? Страна — сырьевой придаток, пьющая нация и криминальные авторитеты — малиновые пиджаки, заменившие на гардероб олигархов. До сих пор последствия чувствуются. И мы, кстати, не до конца вырвали сорняки, посеянные условным Соросом. Извне инвестировать в создание консолидированного общества и сильной экономики никто не будет. Зачем это им? Им нужно гражданское общество. Не помнящее своих Побед. До сих пор Запад передёргивает от 9 мая. Как так — мы их спасли? Да, машины они могут делать, но вот у нас, восточных славян, что ли более глубинная миссия.
Беларусь дышит Днём Победы
Во все кола — Беларусь за сохранение памяти о Дне Победы. Мы — выстояли. Мы — победили. Есть люди, а есть людишки. Если в целом — люди идут — в атаку, боятся, но идут. А людишки — людишки забиваются, похихикивают, стебутся. А ещё любят сеять интриги, разделять людей и потирать руки. Ну так они живут. Если говорить о наших реалиях, то люди 9 мая — празднуют Великую Победу. Для людишек — это чёрный день календаря. День скорби для нас — 22 июня. А 9 мая — земная Пасха.
Белорусы — не нация жертв, белорусы — нация победителей. Более тысячи отрядов — это самый верный и народный ответ на вопрос: «какие мы — белорусы?» Мирные, но не «рахмянные», дружелюбные, но не трусливые. Назовите мне ещё один народ, в основном-то пожилые мужчины, женщины и подростки смогли превратиться в единый народный фронт. Нет, не убежать в лес, слиться с нашей природой — с каждым кустом у мостов, с пригорком у железной дороги. Покорители Европы на земле «второсортных» славян не чувствовали себя в безопасности. Холодок по спинам отборных насильников и грабителей всей просвещённой Европы бегал не только в крещенские дни в районе Суражиских ворот, но и в «тихие» купальские ночи под Пинском и Мозырем. Превратить белорусские хаты в хатыньские погосты, утопить в колодцах расстрелянные свадьбы, вытянуть с белорусских детей всю кровь, распять белорусских девушек пытались, но не удалось.
Это был не услужливый Париж, не разбегающаяся от страха Варшава, — это была Беларусь. Изрешётённая Брестская крепость, руины Минска, Днепровский рубеж. Это Беларусь! Пожалуй, единственная страна, на территории которой фронт был прорван на 40 километров, прорван не регулярными дивизиями, а мирными людьми. Вчерашними бригадирами, учителями и даже школьниками. Есть такая почти народная партизанская песня про туманы. Так вот через наши полесские туманы и пущанские дебри уже просматривался поверженный Рейхстаг и Красное Знамя Победы. Мы купаемся в лучах солнца Победы.
Но тепла и света нашего солнца Победы хватит и евреям, и арабам. Жителям Африки и Азии. Даже готовы поделиться со всеми. Страны и народы начинают объединяться. Чтобы вернуть правду. Одной из точек бифуркации была и наша современная победа 20-го года. Ох, это пропаганда апеллирует к 9 мая. Конечно же! Потому что всё ясно. Лукашенко — это и есть 9 мая.
Победная цивилизация. Именно такое понятие должно появиться в наших книгах, энциклопедиях, учебных программах, на устах политиков, экспертов, лидеров мнений. Именно этого требуют наши сердца. Победа — это о прошлом, о настоящем и о будущем. Победа объединяет: людей и страны. Победа — лучше рентгена для внутреннего «Я» и зеркало внешней позиции.
Это элемент нашей национальной идеи. Сначала надо было выжить, а затем победить в войне не для укрепления своего национального высокомерия, а для того, чтобы могли возделывать сады. Какой бы грозовой фронт ни предвиделся, ему не затмить солнце Победы. А несмотря на мировое похолодание — яблоневый цвет на фоне Обелиска Победы всё так же прекрасен.
Слышите, заносчивые жители Варшавы, вечно праздные обитатели Праги, утончённые французы? А расчётливым до ужасов Тростенца и Красного Берега немцам — привычное положение рта — закрытое. Это наши предки освободили вас, вырвали из лап Майданека и Освенцима. За это европейские дикари разрушают памятники и оскверняют могилы. Ведь так всегда — те, кто любит мир, лучше всего воюют. Потому что этот экзистенциальный вечный бой мы ведём не ради смерти, ради жизни на земле. Чтобы строить и пахать. Чтобы дети улыбались, а пожилые люди были в почёте, молодёжь — была на марше в будущее. Это и есть атмосфера Победы.
На крыльях аистов, с небесным сонмом предков — только те, кому 9 мая — день Священной Победы. Именно эта дата вобрала в себя всю мощь, веру, любовь нашего народа. А новые хозяева хотят вырвать с нашей памяти как листок календаря. Украсть Победу — значит выбить почву из-под ног белорусов. «Да что мы с ней носимся», «история была и до Победы» — да была, но без Победы не было бы будущего. Разрушить памятники и память — это и есть современный геноцид против нас.
Без Дня Победы легче будет склонить голову белорусов перед Западом. Именно так поступили с соседями и слева, и справа. Так поступили и с частью нашего общества. Все, кто участвовал в конфликте против страны, все, кто недоволен нынешней Беларусью, — всем довольно задать простой вопрос: «Что для тебя Победа!». И это и есть пароль. К нашему будущему. Если вместо Дня Победы выбираешь лакшери по-западному — теряешь всё. И себя, и будущее, и Победу!
Но Победа — это не только право на жизнь, жить пресмыкаясь выбирали предатели. Победа — это право умереть ради Родины и других людей, это жертва. Победа — это аккумулированная и спрессованная точка силы нашей цивилизации. А теперь проигравшие пытаются поставить запятую. Но — нет, на этом месте стоит восклицательный знак.
