Как реституция оставила центр Риги с сотней разрушающихся исторических зданий

По данным Департамента развития Риги, в городе находятся 127 аварийных объектов, которые по мнению департамента, да и жильцов, могут быть опасны из-за угрозы разрушения. В стране победившего Евросоюза, в её столице, прямо в центре, стоят прекрасные дома 19-го века постройки, которые все 35 лет незалежности никто не может привести в порядок. Почему?

35 лет назад в Латвии объявили так называемую «реституцию». Что это такое? Реституция, она же денационализация — процесс возвращения национализированной в Латвийской ССР недвижимой собственности бывшим владельцам и их признанным законным наследникам, осуществлённый в восстановившей независимость Латвийской Республике.

Две экспроприации за один век

После Второй мировой, когда Латвия окончательно вступила в СССР, Государство национализировало собственность крупных домо- и землевладельцев. Хутора и частные семейные дома вместе с их земельными участками большевики не тронули. А вот буржуям не свезло…

Впрочем, этим делом занимались не только большевики. Когда после Первой мировой из Латвии погнали немцев, имущество владельцев очень жирной недвижимости латыши экспроприировали и поделили по своему разумению.

Замечу, мой латышский дед Густав тоже получил свой кусочек земли в 22 гектара в дальнем углу страны на границе с Эстонией, как ветеран, воевавший с немцами за Российского царя-батюшку. До того эта земля принадлежала какому то немецкому барону. Хутор там отстроил, мою мамку родил. Ну что ж, заслужил…

В 1946-м большевики забрали его 22 гектара в колхоз. А в 1991-м эту землю вернули из колхоза моей матери, я стал сыном землевладелицы. Наследникам немецких баронов, исконных владельцев, эту землю решили не возвращать. Имущество возвращали только владельцам периода 1919-1991.

Вопрос собственности в период Первой Латвийской республики — сложен и замысловат. Сами хозяева давно находятся в Лучшем мире, их наследники (уже внуки) разбежались по миру, они и забыли, а то и не слышали от своих дедов-прадедов, что у тех была недвижка в Латвии…

Поиск наследных принцев

Так вот, в Латвии организовался отдельный бизнес, когда адвокатские конторы копались в пыльных архивах и с помощью частных детективных агентств разыскивали наследников по всему миру, удивляя их неожиданным сообщением: нашлось законное имущество вашего предка в Риге, оно теперь ваше!

Наследники, как правило не знавшие ни слова по-латышки, озадаченно спрашивали: и что мне с ним, моим имуществом, делать? Адвокаты делали им предложение, от которого нельзя отказаться. Мы можем его продать, вы получите на халяву сотню другую тысяч долларов, покупателя мы найдём сами. Наши услуги, понятно, стоят не дёшево. И уходили ништяки, которые стоили миллионы, а то и десятки, в 10-20 раз дешевле в эту «чёрную дыру». Ох, поднялись тогда адвокатские конторы, работавшие с «реституцией» в Латвии…

Не всё, правда, было просто. Когда у лакомого кусочка собственности находились один-пара владельцев, дела решались быстро. Но когда по документам наследников-собственников было много с разными долями, дело буксовало. Где не всех нашли, где не все наследники подписывались под договором «продать и поделить»… Возникла такая беда: 9 собственников согласны, а один упёрся…

И всё бы ладно, ну не получилось обтяпать сделку, замутим другую. Беда возникла для города Риги. До сих пор, после 35 лет незалежности в столице страны стоят более сотни домов, которые «зависли». Иные из них — в самом вкусном и жирном центре города.

Стоят прекрасные дома архитектуры 19-го века, которым требуется капитальный ремонт. Но нельзя! Ни городу, ни государству они не принадлежат, а жильцы оттуда давно уже съехали. Водопровод, канализация там давно пришли в негодность, проблемы с фундаментом, перекрытиями, кровлей. Для ремонта нужны многие миллионы денег. А новые (старые хозяева) между собой договариваться не спешат, да и денег у них нет…

Как это решается в Европе

В самом центре Риги разрушаются дома, обнесённые ограждениями с козырьками, чтобы штукатурка на головы прохожих не падала. А то и целые балконы валятся. Нет, братья белорусы, можете ли вы представить, что на проспекте Независимсти в Минске стоят дома, обнесённые забором, с которых валится штукатурка уже треть века? Где давно уже никто не живёт…

В своей жизни много кем побывал. В период 2005-2009 был даже депутатом Рижской думы, а попутно — главредом известной ежедневной газеты. Выбрал несколько заметных домов, с которых падает штукатурка, а окна забиты фанерой, и послал с десяток «депутатских» запросов в Департамент недвижимости, спрашивая, в чём причина такого бардака?

Получил довольно стандартные ответы — вот то, что я вам выше изложил: с собственностью не решено. А что мы можем делать? Я, дотошный, решил выяснить, как тема деградирующей недвижки решается в европах, в её исторических городах?

Оказалось, там — жесть. На хозяев таких домов накладываются та-а-акие штрафы, что через пару-тройку лет дома у них отнимают по суду и продают с аукциона, поскольку сумма штрафов начинает превышать оценочную стоимость их имущества. Не забалуешь! А в богоспасаемой Латвии балуй — не хочу.

Лёд таки тронулся?

В 2023-м владельцам аварийных Риги зданий повысили налог, чтобы «стимулировать их к ремонту или сносу». Повысили не сильно, типа, чтобы просто напомнить о том, что существует такая структура, как Муниципалитет города Риги. Пока не сработало…

Про «снос» ещё забавнее. Во многих «вкусных» местах города стоят 3-этажные здания деревянной постройки, начала 19-го века. Их ещё в начале 1990-х назначили «исторической ценностью». Двести лет этой «ценности», там всё уже обветшало до последнего предела.

Я знаю один такой дом, на 9 квартир. Там по три квартиры на лестничной клетке, а, теперь внимание: сортир на три квартиры — один, он на той же клетке. И не ватерклозет с унитазом, как мы привыкли, а просто стульчак с дырой в полу. А ванна-душ? О чём вы?

Да! В начале 19-го века латыши унитазов ещё не изобрели, ходили в сельский нужник-скворечник. Так вот, желающих снести эту гнилую развалюху и построить там что-то приличное, нашлось бы много, но нельзя! Историческая постройка! Только — реставрация! А реставрация подобного строения будет стоить как крыло от Боинга-747.

Маленький, но свой

В чём беда, товарищи? Как латыш по маме, как внук героического латышского стрелка Первой мировой, объясню, как на духу. Кто ездил по маленьким латвийским посёлкам-городкам с 10-15 тысячами населения, наверняка обратил внимание, насколько они чисты и ухожены. Хоть снимай на рождественские открытки.

И Рига — большой грязный, расхристанный, перекопанный, измазанный говно-граффити город. Притом, что бюджет Риги, латвийского мегаполиса, где обитает пол страны, где крутятся три четверти денег, и соответственно, налогов… И почему так? Причина — в менталитете латышей.

У немцев есть девиз, которые они писали на фасадах своих сельских домиков: «klein aber mein» — это выражение, переводится, как «маленький, но свой». Вот когда «маленький и свой» — там латыши умеют обиходить, а когда «большой и общий» — тут они ничего не понимают.

Когда им в 1991-м бесплатно досталась от СССР потрясающая передовая промышленность, транспорт, инфраструктура, о которой разные малые страны могли только мечтать, что они сделали? Почесав головушку, решили: а распродадим по частям, попилим на металлолом и на эти деньги организуем себе «малые бизнесы» типа сапожных мастерских и парикмахерских. И ка-а-ак начнём процветать на своих хуторах…

Это первая часть про «реституцию» в Латвии, только про недвижимость. Про реституцию земли я расскажу в следующей статье. Будет ещё веселее.