Мечта о хлебе, пахнущем солнцем: как сириец планирует открыть пекарню в тихом Копыле
Разговаривать, когда между вами стена языкового барьера — это особый квест. Мой собеседник, Мухаммад Найеф, говорит только на арабском. Наша беседа превратилась в ритмичный танец: фраза в онлайн-переводчик — ожидание — машинный перевод — понимающий кивок — ответ в том же порядке. Это весьма затрудняло процесс общения, гаджеты порой путали падежи и смыслы, но всё же мы смогли. Потому что для искреннего разговора о главном язык — не преграда.
Перед нами история человека, который оставил разрушенное войной прошлое и приехал в белорусскую глубинку, чтобы построить будущее для своей семьи.
Ожидание и реальность: «Меня пугали холодом»
Мухаммад — строитель, и к выбору нового места жительства он подошел основательно, начав с теории.
— Я ранее много читал о Беларуси. В интернете, в новостях, в статьях. Везде писали одно: это спокойная, стабильная страна. Для человека, который ищет безопасности, это самые важные слова на свете. Когда я принял решение ехать, друзья в Сирии округляли глаза и говорили, что там ужасно холодно, что я замерзну. Но меня это не остановило. Холод можно победить теплой курткой и хорошим отоплением. А вот отсутствие безопасности не победить ничем.
О причинах своего переезда Мухаммад говорит неохотно, его взгляд на секунду тяжелеет.
— Думаю, о причинах моего переезда много говорить не стоит, вы и сами прекрасно знаете политическую ситуацию в Сирии. Война забирает всё. Наш отец пропал четыре года назад, мы до сих пор абсолютно ничего о нем не знаем… Это незаживающая рана. В Сирии у меня остались жена, дети, мама и братья, вместе с ними мы много лет работали в сфере строительства. И там же сейчас ждут меня самые главные люди.
О белорусском гостеприимстве и шашлыке от соседа
Приехав в незнакомую страну без знания языка, Мухаммад больше всего опасался одиночества и отчуждения. Но реальность превзошла все ожидания: Копыль встретил его невероятной теплотой. Доброта и гостеприимство белорусов стали для него главным открытием.
— Я поражен тем, какие здесь открытые и душевные люди. Мои соседи — это просто невероятная поддержка. Они постоянно, регулярно заглядывают ко мне, интересуются через тот же переводчик, все ли у меня в порядке, не голоден ли я, не нужна ли какая-то помощь по дому. В такой атмосфере чувствуешь себя не чужаком, а частью большой семьи. А недавно сосед и вовсе пригласил в гости и угостил шашлыком из свинины. В Сирии мы такое мясо практически не едим, но здесь я решил попробовать. Это было очень вкусно и, главное, приготовлено от чистого сердца!
Копыльское уединение и сирийские традиции
Пока Мухаммад приехал в Беларусь один. Его главная задача сейчас — свить надежное гнездо. Для этого он выбрал не шумный Минск, а небольшой райцентр на Минщине.
— Я купил дом в Копыле. Знаете, это удивительное место. Копыль — такой тихий, спокойный городок, здесь люди никуда не спешат, улыбаются, вокруг много зелени. Я чувствую себя здесь защищенным. Сейчас я ремонтирую дом один, своими руками — я же строитель, для меня это не проблема, а удовольствие. Когда я полностью приведу жилье в порядок, сделаю его уютным и теплым, я перевезу сюда свою семью: жену, сына Эйла и дочь Хайдару. Они у меня большие молодцы, оба отлично учатся. Эйл очень любит спорт, серьезно увлекается баскетболом, а Хайдара — творческая натура, замечательно рисует. Думаю, им здесь очень понравится, в Копыле есть все условия для их развития. Но главное — в Беларуси мирно и спокойно. Это идеальное место для того, чтобы дети росли без страха.
Обустроившись, Мухаммад планирует не просто жить, но и работать на благо своей новой родины. Профессиональный опыт подсказывает два пути: либо открыть в Копыле собственную строительную фирму, либо заняться тем, к чему лежит душа каждого восточного человека — выпечкой хлеба.
— Если получится, я бы очень хотел открыть здесь пекарню и выпекать хлеб по традиционным сирийским рецептам. Наш хлеб — это искусство. Это тонкие, воздушные лепешки, которые выпекаются в очень горячей печи. Они пахнут солнцем, кунжутом и домашним уютом. Когда такая лепешка только из печи, она раздувается как шар, а внутрь можно положить любую начинку. В Сирии разделение хлеба с кем-то — это знак высшего доверия. Я бы очень хотел угостить копылян настоящим сирийским хлебом.
Главный урок, который оставляет война
Когда наша ломаная через экран телефона беседа подходит к концу, мы заговариваем о главном — о том, ради чего был проделан путь в тысячи километров. Человек, видевший ужасы войны, смотрит на мир совершенно иначе, чем те, кто родился под мирным небом.
— Вы, люди, которые живут здесь и не видели, как рушатся дома от взрывов, иногда не замечаете своего главного богатства, — переводчик выдает сухие слова, но в глазах Мухаммада неподдельная буря эмоций. — Мир — это возможность проснуться утром и знать, что твои дети пойдут в школу, а не в бомбоубежище. Это возможность строить планы на три года, на пять лет вперед. На войне стирается ценность всего материального. Машины, деньги, дорогие вещи — всё это становится мусором, когда падает первый снаряд. Остается только одно желание — чтобы близкие были живы.
— Беларусь подарила мне это забытое чувство — тишину и искреннюю человеческую доброту. Здесь я засыпаю и слышу только шум деревьев за окном, а не гул самолетов. Мир — это самый хрупкий и самый дорогой подарок, который может быть у нации. Его нужно беречь каждый день. И я сделаю всё, чтобы моя семья жила в мире.
Мы жмем друг другу руки. Мухаммад возвращается к своему кирпичному дому и строительным инструментам, а я ухожу с мыслью о том, как удивительно переплетаются судьбы: далекий сирийский строитель нашел свой покой и новых заботливых друзей в маленьком белорусском Копыле. И, кажется, он ценит наш покой гораздо глубже многих из нас.
