Она пела раненым и спасала их под обстрелами – история фронтовой медсестры Валентины Лопатиной

Из заявления военному комиссару Сталинского райвоенкомата города Ярославля:

«Дорогой товарищ! Я обращаюсь к Вам с большой просьбой, которую, надеюсь, Вы сможете выполнить. Я очень прошу Вас взять меня в ряды действующей Красной Армии. Дайте мне любую работу, любое задание, я приложу все силы, чтобы оправдать доверие. Мне 18 лет, я учусь в фельдшерско-акушерской школе, проходила практику в госпитале, неплохо стреляю. Неужели я не смогу быть полезной на фронте? Хотя бы в полевом госпитале. Или дайте мне направление в партизанский отряд, куда угодно, только бы бить немцев».

Написано в декабре 1941 года Валентиной Лопатиной, 1922 года рождения.

На фронте Великой Отечественной войны она: фельдшер санитарной роты стрелкового полка, старшая медсестра медико-санитарного батальона, старший лейтенант медицинской службы. Валентина Васильевна отмечена боевыми наградами.

Фронтовые воспоминания Лопатиной

** «1942 год, весна. Пришла повестка из военкомата — на фронт. Там, на войне, уже два брата, и от них нет ни весточки. Но диплом фельдшера на руках, а за плечами родная фельдшерская школа в самом центре старинного русского города Ярославля. Первое мое направление — Калининский фронт, 111 дивизия, 532 стрелковый полк, фельдшер санитарной роты полка. Эта самая передовая, где оказывается первая медицинская помощь раненым. Кровь, стоны, перевязки, шины и снова перевязки».

«Самое запомнившееся событие в Великой Отечественной войне — это работа, работа и работа. Несколько суток без сна и отдыха, под огнем противника, ночью при коптилках. Делали всякую работу, порой и за врача, и за санитарку, главное, чтобы облегчить страдания раненым, сделать все возможное, чтобы они выжили.

Но юность, есть юность, и у нас она была распахнута жизни во всех проявлениях.

…Бои под Ржевом. Гимнастерки пропахли дымом и кровью, уже несколько ночей не спим, так много раненых. Усталость так велика, что едва держимся на ногах. И вот она — долгожданная передышка. Раненые не поступают, поспать бы. Но аккордеон в руках нашего доктора Веры, и пошли звучать песни… Часто мы их пели для раненых, да и для себя».

Вот одна из тех незамысловатых фронтовых песен, помогавших выжить Вале Лопатиной и ее боевым друзьям-медикам, да еще и исцелявших раненых бойцов и командиров Красной Армии:

Привезли солдата в медсанбат.
Врач сказал: «Не доживет до ночи».
«Мне бы песню», — прошептал солдат.
«Я до песен с давних пор охочий».
Ночь невыносима и долга,
Сто осколков раздробило тело.
И сестра, уставшая сестра,
Над солдатом, наклонившись, пела.

А история с песнями, о которых рассказывала Валентина Лопатина, имела продолжение. Об этом писала на сайте Кировского медицинского колледжа его преподаватель, врач, Заслуженный учитель Российской Федерации Людмила Мухина:

«Это случилось лет 20 назад: в магазине, стоя у стола и укладывая продукты в сумку, Валентина Васильевна стала невольным свидетелем разговора двух пожилых мужчин. Они вспоминали дни войны, говорили о своих ранениях, и один из них сказал, что всю жизнь помнит двух молоденьких девушек, которые не отходили от него, тяжелораненого, всю ночь. Они перевязывали его, делали уколы, а еще они пели, и как пели! До сих пор, а прошло больше 50 лет, он помнит их голоса.

И тут в разговор вступила Валентина Васильевна. Извинившись, она спросила, на каком фронте это было. «На Калининском, под Ржевом», — ответил мужчина.

«Так, это мы вам пели», — дрожащим голосом сказала она. И этот, убеленный сединой, немножко грузноватый и, прямо скажем, уже старый человек, в центре магазина встает на колени перед Валентиной Васильевной, целует ей руки и все время повторяет: «Ты же мне жизнь спасла, родная».

Вот такая история!

И настоящий подвиг наших фронтовых медсестер и врачей».

А мы продолжим, и снова из воспоминаний самой Валентины Лопатиной.

** «За что награды? За работу, наверное. С утра и до утра, без перерыва и отдыха, работали, перевязывали, накладывали жгуты и шины, переливали кровь, эвакуировали раненых. Нелегкое это дело — спасать жизнь раненым воинам».

И в подтверждение слов Валентины Васильевны приведем выдержки из наградных листов на нее.

«…В марте 1944 года, в бою за селение, находясь непосредственно на переднем крае, пренебрегая личной опасностью, тов. Лопатина самоотверженно оказывала помощь бойцам и командирам. А в апреле 1944-го, работая при пункте медицинской помощи, оказала квалифицированную медицинскую помощь 200 раненым и своевременно эвакуировала их в медсанбат…»

Наградой тогда Валентине Лопатиной была медаль «За отвагу».

«…тов. Лопатина работает в 426-м отдельном медико-санитарном батальоне с января месяца 1945 года. Проявила себя заботливой медсестрой по уходу за ранеными и больными, а также содержит все помещения госпитального взвода в хорошем санитарном состоянии. Самостоятельно выполняет все назначения врача, умело организовывает своих подчиненных по уходу за ранеными и больными. За период боев дивизии под селением Мокровце тов. Лопатина обслужила медицинской помощью 32 тяжелейших раненых, которые в хорошем состоянии были эвакуированы в госпиталя. За образцовую работу по уходу за ранеными и больными тов. …»

Вывод командования 426-го отдельного медико-санитарного батальона был: «…Тов. Лопатина достойна награждения орденом Красной Звезды».

Так в победном 45-м и засверкал эмалью на гимнастерке лейтенанта медицинской службы Валентины Лопатиной орден Красной Звезды!

…Невысокие чины,
Ордена большие.
А за что они даны?
За дела большие.
За хорошие дела Ордена страна дала!

Возможно, что эти строки Булат Окуджава писал с образа нашей героини Вали Лопатиной, не правда ли?

Она же, Валентина Лопатина, о героических фронтовых делах говорила скромно.

«Совсем рядом строчит пулемет, идет минометный обстрел. Страшно… При каждом взрыве втягиваю голову в плечи. «Боитесь, девчонки? — это пришел главный врач полка капитан В. Полосин. — Да вы не бойтесь! Вы же знаете, что все — для фронта, все — для победы, поэтому палатки так сделаны, что снаряды от их поверхности как мячи отскакивают». И ведь поверили. Только большой обстрел, мы — в палатки и спокойно работаем. Месяца через четыре, увидев изрешеченную пулями и снарядами палатку, поняли, что капитан нас успокаивал. Но это было сделано вовремя, и мы ему благодарны».

И вот она, Победа! Победа, завоевана в жестокой кровопролитной битве, длившейся 1418 дней и ночей.

И мы еще раз возвращаемся к воспоминаниям Валентины Лопатиной:

«Палили из всего, что могло стрелять: винтовок, пистолетов, автоматов, пулеметов и даже орудий и минометов. Трассирующие снаряды и пули расцветили все голубое небо. Это было поистине величественное и красивое зрелище. И день был необычный, неизмеримо радостный, волнующий до слез. Мы в Чехословакии. Победа! Вот он, наконец, наступил светлый день нашей Победы! Мы живы! Но поблескивает непрошенная влага в глазах суровых ветеранов, крупные слезинки медленно скатываются по щекам девчат: как горько, что нет рядом товарищей, которым не довелось дожить до этого мгновения. Как горько, что Победа, а продолжаем принимать раненых. Как обидно, несправедливо — победа и смерть, радость и слезы. День Победы не забуду до конца своей жизни. Мне 92 года, а я все помню и поныне».

Вместо послесловия

Без преувеличения можно сказать, что тысячи советских бойцов и командиров прошли через нежные, но творящие добро руки Валентины Васильевны Лопатиной, и многие остались живыми благодаря ей.

И так справедливо и тепло писал ей после Великой Отечественной войны ее боевой коллега Владимир Скорик:

«Милая Валюша, однополчанка, фронтовая подруга, коллега, прекрасная женщина! Сколько тысяч километров, сколько верст прошагали мы с тобой по фронтовым дорогам, спасая многие солдатские жизни в тяжелейших боевых условиях, днем и ночью, в жару и стужу под снарядный вой, где прошла наша молодость. Огромного счастья тебе, здоровья и любви ближних».