Места, которые видели сентябрь 1939-го. Репортаж с борисовского железнодорожного вокзала
У каждого города есть место — свидетель. В Борисове это место — железнодорожный вокзал. Он видел поезда и воинские эшелоны российской империи, разруху Гражданской и боль Великой Отечественной. Но есть дата, которую его стены запомнили. 17 сентября 1939 года. День, когда насильственно разделенная Беларусь начала возвращать себе целостность. Мы стоим на этом перроне за несколько дней до праздника и слушаем историка и краеведа Александра Балябина. Он рассказывает не просто о здании — о судьбах.
Свидетели двух эпох и трёх войн
Сегодня у нас необычная экскурсия. Мы идём не по залам, а по эпохам. В преддверии 17 сентября наш разговор — о памяти, о правде и о том, что видели эти стены почти век назад.
История вокзала — это история самого города. Как рассказывает Александр Балябин, начало ей было положено в ноябре 1871 года, когда со смоленского перрона в направлении Бреста отошел первый грузопассажирский поезд. Тогда станция «Борисов» представляла собой деревянное двухэтажное здание, которое простояло около 40 лет.
— В те годы Борисов стал важным транспортным узлом, — поясняет историк. — Но деревянное здание к 1910 году (а может даже и раньше) уже перестало отвечать требованиям времени. Министерство путей сообщения приняло решение строить новое.
И накануне Первой мировой войны (1914-1918 года) здесь выросло то самое кирпичное здание в стиле модерн, которое мы видим сегодня. Его главный фасад украшают глубокие ризалиты и фигурные щиты, а лучковые оконные проемы дополнены клинообразными арками. Белый декор на красном кирпиче создает тот самый контраст, который, по словам искусствоведов, придает зданию живописность.
Александр Балябин останавливается у входа и проводит рукой по стене:
— На первом этаже тогда разместились все служебные помещения и багажное отделение с прямым выходом на перрон. А на втором этаже жили работники станции и финансово-коммерческий ревизор. К зданию было пристроено деревянное одноэтажное крыло с рестораном. Вокзал был не просто местом отправления поездов — он был целым миром.
Кстати, как признается сам историк, точная дата постройки — вопрос не простой.
— Есть несколько версий, в каком году появилось это здание. На сайте Белорусской железной дороги указан 1914 год. Это официальная версия, которой придерживается большинство исследователей. Но, по другим сведениям, есть информация, что в 1912 году вокзал уже стоял. А по одному из источников его построили еще раньше — в 1903-м. Точно не скажу, — разводит руками историк. — Но что нам известно совершенно точно — это начало XX века. И это здание, с его элементами модерна, — бесспорный памятник архитектуры.
Этот мир, к сожалению, был разрушен уже через несколько лет.
— В годы Гражданской войны, в 1919–1920 годах, станция сильно пострадала. — голос историка становится тише. — Вокзал и железнодорожные пути были разрушены, мост через Березину подорван. Здание чудом выстояло, но ему потребовалось долгое восстановление.
К середине 1920-х годов станцию удалось отстроить заново, оборудовать её полуавтоматикой. Именно в таком обновленном виде вокзал встретил самый важный для Беларуси сентябрь 1939 года.
За «польским часом» и дорога домой
После Рижского мирного договора 1921 года страна оказалась разделена. Западная Беларусь отошла к Польше. Начался период, который историки называют политикой этноцида, когда белорусов пытались лишить языка, веры, самой идентичности.
— Это была попытка «перекраивания» нации, — объясняет Александр Балябин. — Закрывались белорусские школы, православные церкви притеснялись, наша культура загонялась на периферию жизни. Борисов был в другой части Беларуси. Но сюда, на этот вокзал, стекались новости.
И вот наступил сентябрь 1939-го. 17 сентября начался освободительный поход Красной Армии. Для многих белорусов это был долгожданный день — день восстановления исторической справедливости.
— А если бы мы стояли здесь, на этом вокзале, в тот день? — спрашиваю я.
Александр Балябин задумывается. Гул поезда, доносящийся с перрона, словно подчёркивает его паузу:
— Отсюда отходили составы на восток. Этот вокзал стал артерией единства. Он видел, как белорусский народ, разделённый насильственной границей, наконец обретает целостность. Мы должны помнить об этом. Потому что без 17 сентября 1939 года нас бы, как нации, возможно, не было в том виде, в котором мы есть сейчас.
Жизнь вопреки
История здания на этом не закончилась. Кирпичное здание за свою историю сильно пострадало дважды: не только в период войны польско-советской, но и Великой Отечественной. В годы войны станция Борисов снова стала ареной жестоких боёв. Но даже тогда, в оккупации, здесь действовала подпольная группа, которая выводила из строя паровозы, стрелочные переводы, оборудование, задерживая продвижение врага к фронту.
— Вокзал был разрушен, — продолжает экскурсию Александр Балябин. — Но уже в июле 1944 года, сразу после освобождения, железнодорожники приступили к восстановлению. Уже через неделю они могли пропускать поезда в западном направлении.
Мы выходим обратно на перрон. Вокзал живёт своей жизнью: кто-то спешит на электричку, кто-то прощается с близкими. В 1972 году вместо деревянного был построен кирпичный пригородный павильон. В 1981-м прошла электрификация. В 1988-м вокзал стал второклассным. А в 2002 году, накануне 900-летия города, и в 2018-м здание капитально ремонтировали, чтобы оно радовало глаз и служило людям.
— Эти стены, — Александр Балябин делает жест в сторону вокзала, — помнят всё. И события Первой мировой войны, и революционного 1917 года, и разруху Гражданской, и 1939-й, и боль Великой Отечественной, и радость Победы, и строительство независимой Республики Беларусь. Это не просто место отправления поездов. Это памятник архитектуры с элементами стиля модерн. Но главное — это памятник стойкости нашего народа. Единство сегодня — это не просто слова. Это ответственность перед теми, кто жил и работал здесь почти век назад. И этот вокзал напоминает нам об этом каждый день.
