Как корреспондент копала картошку у 70-летней хозяйки под Смолевичами

В деревне Плиса Смолевичского района корреспондент «Минской правды» напросилась в помощницы к Регине Викентьевне – женщине, которая в 70 лет в одиночку сажает четыре сотки картошки, копает её под лопату и продаёт излишки постоянным покупателям. Мы перекопали вместе с ней не одну борозду, перетаскали мешки и узнали, чем «рагнеда» отличается от «манифеста», почему хозяйка сажает оба сорта, и какая народная примета в этом году сработала на удивление точно.

Деревня Плиса встречает нас туманом, запахом земли и гулом мотоблока. На краю поля – женщина в косынке и резиновых сапогах. Это Регина Викентьевна. В этом году ей исполнилось 70. Живёт одна: трое детей, двое с семьями далеко, а одна семья сына приезжает помогать. Сегодня – как раз тот день: во дворе уже суетятся семья сына и две подруги хозяйки. Мы напросились помочь – и, честно признаться, больше расспрашивали, чем копали. Но хозяйка не в обиде: ей тоже есть о чём рассказать.

– Четыре сотки этой картошки, – говорит она, не отрываясь от лопаты, когда я спрашиваю про масштабы. – «манифест» я садила немножко и больше «рагнеду». Это белорусские сорта картофеля, которые сажаю уже много лет.

«Манифест» она уже выкопала давно. Сама. Под лопату. Потихоньку – это её любимое слово, и в нём слышится не жалоба, а скорее привычка делать всё основательно, без спешки и без чужой спины.

– Хороший урожай. С пяти борозён больше 10 мешков выкопала. Сама, под лопату, потихоньку, – добавляет хозяйка.

Сегодня приехала семья сына и пришли две подруги. Вместе взялись за «рагнеду». Мотоблок с плугом раскапывает борозды, работа кипит: кто-то копает, кто-то собирает, кто-то носит мешки. Регина Викентьевна успевает везде – и подсказать, и поправить, и просто подержать мешок, пока его наполняют.

– Тоже неплохой урожай, я считаю. Точно не считала, но где-то с 12 борозён 29 мешков получилось, – комментирует она по ходу дела.

Почему «манифест» и «рагнеда» – и в чём между ними разница

Спрашиваю, какие сорта показали себя лучше и почему она сажает именно эти два.

– Картошку сорта «манифест» хорошо покупают, потому что она жёлтая внутри. Люди её берут, знают, что не подведёт. А «рагнеду» я сажаю потому, что она высокоурожайная: с такого же участка я выкапываю её в два раза больше, чем «манифеста». Но и на «рагнеду» тоже есть свой покупатель. Она очень хорошо разваривается, только внутри уже как бы белая. Кому-то жёлтая по душе, а кому-то – белая и рассыпчатая. Так и сажаю оба сорта, чтобы угодить и себе, и людям, – с улыбкой делится Регина Викентьевна.

И под каждый сорт уже сложился свой покупатель.

– «Манифест» я уже продала: семь мешков из десяти, что отобрала, – делает подсчеты хозяйка. – И тут же у меня заказы ещё на пятнадцать мешков – от знакомых, которые всегда покупают у меня излишки картошки. Люди постоянные, годами берут, так что часть урожая уже, можно сказать, забронирована с прошлого года.

Уточняю: это те, кто берёт из года в год? Регина Викентьевна кивает – да, постоянные. Те, кто распробовал и уже не хочет никакой другой. А часть урожая остаётся дома.

– Мешков 5–7 надо оставить себе на зиму. Сын с семьёй берёт, и я сама очень люблю картошку. Иногда мне ведра на две недели не хватает. Люблю варить, люблю драники и особенно люблю «бабку».

Бабка, драники и кефирчик

Про бабку спрашиваю отдельно – уж больно по-хозяйски она это произносит. Надо же и нам рецепт узнать.

– Сало с луком хорошо пережарить, картошку натереть на мелкой тёрке. Потом сало с луком перемешать с картошкой и запечь в духовке – в сковородке, на противне или в формочке, как кому нравится. Вот и вся бабка. Ничего сложного, главное – сало не жалеть.

– А сметану потом добавляете?

– Нет, я с кефирчиком люблю.

В этом коротком «нет, с кефирчиком» – вся она: просто, без лишних слов, но со своим вкусом и своим устоявшимся порядком.

Десять рублей за сотку – и почему это дёшево

Сегодня ей помогал мужчина из соседней деревни на мотоблоке с плугом раскапывал борозды. Спрашиваю про цену.

– За сотку он берёт 10 рублей. Сегодня мы копали 3 сотки. Ещё 10 рублей добавила за то, что он на прицепе свез мешки с картошкой с поля, – уточняет хозяйка.

– Это вообще цены низкие или такие везде? Вы же, наверное, в теме?

– Да, у него цены ниже, чем у других. Обычно 15 рублей берут. Мне его моя подруга посоветовала. Он живёт в соседней деревне, – рассказывает Регина Викентьевна.

Тут же выясняется и другое: мужчина побарановал поле сразу после того, как картошку выкопали. Так что техника на этом участке – не роскошь, а необходимость, если хочешь успеть вовремя.

Фитофтора не достала – и это большая удача

Каждый год на картофельном поле свой характер. Тут не угадаешь заранее, что будет: то фитофтора придёт рано и заберёт своё, то ботва вдруг простоит зелёной до самых холодов. В этом году, по словам хозяйки, всё сложилось не по привычному сценарию – и она сама не сразу поняла, почему.

– Картошку я в этом году копала позже обычного. Она долго стояла зелёная. «Рагнеда» – сорт поздний, ей и положено набирать силу дольше других. В этом году, я смотрю, фитофтора её почему-то не тронула. Обычно ведь как бывает: не успеешь оглянуться – ботва уже почернела, и всё, картошка остановилась в росте. А тут стоит зелёная, хоть бы что. Я и удивилась: чего это она засыхать не торопится? А потом поняла – фитофтора не достала. В прежние годы она раньше засыхала, потому что болезнь её прихватывала. А нынче обошлось. Может, погода так сложилась, может, ещё что, – не знаю. Но факт есть факт: «рагнеда» дождалась своего часа.

Спрашиваю про урожай в целом.

– Ну, вот такой же приблизительно, как был три года назад. Тогда тоже был очень хороший. А потом два года урожая не было – потому что съедала фитофтора. Её-то много было, но она была мелкая. Разве что на корм скоту, если только. И семянка. Крупной было мало. А в этом году что-то фитофтора не задела. Я и сама удивляюсь: вроде всё как всегда, а вот обошлось. Это хорошо. Это очень хорошо. Поэтому вот такой хороший урожай и получился в этом году.

Прошлый год она вспоминает без радости: с трёх соток – максимум 15 мешков, и 9 из них оказались мелкой, которую пришлось раздать на корм скоту. Садила то же самое – «рагнеду» и «манифест», – но фитофтора пришла рано и забрала своё.

Примета, которая сработала

Спрашиваю: не боится, что следующий год окажется неурожайным? Может, есть какая-то примета?

– Вот по какой примете, – оживляется Регина Викентьевна. – Три года назад, когда тоже был урожайный год, очень много взошло прошлогодней картошки. Мы и не знали, что с ней делать: ходила, вырывала, потому что непонятно, где ряд. И не только я. Везде так было: и у знакомых, и у соседей. Два года такого не было. А в этом году опять. Столько прошлогодней картошки взошло! Я и рвала, и выкапывала – и не знали, что с ней делать. И вот теперь мы копаем «рагнеду», и между ней попадался «манифест». В прошлом году «манифест» был посажен. Попадалась и белая, и красная картошка, потому что ещё прошлогодний «манифест» всходил. Я думаю: ну, наверное, будет хорошая картошка, раз получилось так. Так и вышло.

Получается, народная наблюдательность не подвела: если прошлогодняя картошка дружно всходит между рядами – жди доброго урожая. В этом году примета сработала на все сто.

Что дальше с полем?

Картошку выкопали, но поле для хозяйки не закончилось. У неё уже есть план, как подготовить землю к следующему сезону, – и она охотно делится им:

– Теперь посажу горчицу. Она нарастёт сантиметров на пятнадцать, потом я её перепашу и запашу вовнутрь – чтобы почва была лучше. Горчица ведь не просто так: она и землю рыхлит, и от болезней помогает, и питает её потом, когда перегниёт. Так что поле без дела не останется.

Цена вопроса

Напоследок Регина Викентьевна называет цену – просто для порядка, потому что её картошку и так разбирают постоянные покупатели.

– 1,20 рубля за килограмм, за мешок беру 50 рублей, – говорит хозяйка.

Солнце уже клонится к закату. Мешки с «Рагнедой» стоят рядами – 29 штук. Регина Викентьевна вытирает руки и улыбается. Устала, но довольна: такой урожай, такие помощники и такие постоянные покупатели, которые ждут её картошку из года в год.

– Приезжайте ещё, – говорит на прощание. – На драники. Или на бабку. С кефирчиком.

Мы обязательно приедем. Потому что такая картошка, такие люди и такие рецепты – это и есть настоящая Минщина. Та, что кормит, согревает и не отпускает.