«Золотое кольцо» и Кадышева – новый музыкальный тренд. Репортаж с концерта в Минске
Культурным феноменом назвали «Золотое кольцо» после того, как два года назад треки коллектива «Плывет веночек» и «Течет ручей» не со скоростью веночка или ручейка распространились в соцсетях. Популярность артистов и сегодня растет среди молодых людей. Концерты Кадышевых теперь – то пространство, где вместе танцуют правнучки и прадедушки.
Молодежь стилизует модные образы в русском стиле и записывает ролики под бабушкины песни. Насколько этим музыкальным трендом заразилась белорусская публика, посмотрела корреспондент «МП».
Первое, что бросилось в глаза на входе – кокошники и шали. И это были не наскоро надетые обручи или платки из бабушкиного шифоньера. Очевидно, люди подготовились. Подготовились так, что можно было организовать модный показ. Покрылись и девочки, и дамы в знак поддержки русской певице и русской песне.
– Все композиции у Надежды со смыслом. А голос какой, – Анна Буткевич в предвкушении праздника.
– Выросли мы на этом всем, – вторит супруг Василий. – Сейчас живем в столице, а родом из Слуцкого района, из деревни, поэтому все народное нам близко.
Подхожу к женщине, которая надевает обруч с цветами.
– Я уже в таком возрасте. Мне нравятся песни энергичные, про любовь. У нас семья большая, крепкая, поющая. Когда собираемся, дети, внуки, всегда песни звучат в доме. Мы из Фаниполя. Быстрые на концерты. В композициях «Золотого кольца» есть изюминка. У артистки голос звонкий, красивый. Сама она женщина красивая, приятная, всегда нарядная, – считает Ольга Веркович.
Вспоминаю, как Надежда Кадышева сказала однажды в интервью: «Костюмы у меня всегда красивые и богатые. Это мой стиль». И, похоже, она ему верна. Концерт идет. Певица меняет наряды, как песни.
Вижу, что артистка стала законодателем моды. Поклонницы с энтузиазмом стилизуют свои образы деталями русского национального костюма.
Отвлекаю от сцены трех подруг.
– Почему вы пришли в платках? – интересуюсь.
– Символично для этого концерта. Да и вообще этот головной убор набирает популярность. Здесь мы не чувствуем себя в таком образе, как одинокие ветки сирени, – поясняет Татьяна Грачева.
Любимой песней любительниц шалей оказалась «Широка река». Они традиционно поют ее в караоке.
– Качественно поем, – подчеркивает Таня. – Надежда – это всегда настроение хорошее, добрые воспоминания. И русская песня всегда была мне близка. Кадышева – мои детство, отрочество, юность. Помню, как вышла по ТВ «У церкви стояла карета». Она казалась невероятной! Потом появилась «Течет ручей, бежит ручей». Такого числа исполнителей и таких средств, чтобы слушать музыку, тогда не было. Запоминалось больше всего то, что транслировалось. Рада такому веянию. И как будто новая жизнь, в том числе, и у артистов Кадышевых. Слава Богу, мои дети тоже слышат эти песни и знают.
Встречаю певицу и ведущую Ирину Веркович, с мамой которой только познакомилась. На белорусской артистке стилизованный ободок, серьги-ягодки и бусы.
– Никогда не думала, что наступит время, когда приду на концерт Надежды Кадышевой. Народная песня считалась старомодной. А сейчас такая сложная ситуация в мире. Россия и Беларусь – страны, которые должны нести свет, добро, любовь и показывать своей музыкой, что у нас чистая культура.
А вот и то, о чем только что говорила Ирина.
«В песнях твоих добро и любовь, что живы испокон веков», – читаю на плакате. Это из стиха-посвящения артистке. Знакомлюсь с автором. У Марины Минич нет обруча и шали, но она в майке с фотографией Надежды Кадышевой.
– Вы тоже фанатка? – спрашивает Марина. – А я ее поклонница с детства. Надежда – тот человек, который меня вдохновляет, направляет, которого я обожаю.
Девушка рассказывает, что русскую песню часто слышала в ивенецком пансионате, где росла после смерти мамы.
– В нашем учреждении работала санитарочка. В свободное время она включала Кадышеву. Мы вместе слушали. Я настолько полюбила эту музыку, что под нее и ела, и засыпала, – откровенничает моя новая знакомая. С тех пор в пансионате Минич прозвали Кадышевой.
– Да, да, – подтверждает сопровождающая Татьяна Пятигор. Это она еще летом подарила Марине заветный билет на концерт.
– 15 лет я состою в официальном фан-клубе. У меня есть друзья из России. Вся тумбочка в моей комнате уставлена фотографиями артистки, – говорит поклонница и напевает: «Яблоневый вечер звездами расцвечен».
– Моя любимая. Она связана с воспоминанием о знакомстве с Татьяной Викентьевной Пятигор. 12 лет назад она пришла работать в пансионат. Я мечтаю обнять артистку и спеть с ней, – надеется девушка.
Понимаю, о певице Марина может говорить бесконечно.
«А я вовсе не колдунья…» – подпевают на танцполе подружки.
– Песни задорные, веселые. Невозможно слушать молча, – говорит Марина.
«Я отдам сто жизней за твою одну», – посвящает композицию белорусочкам Григорий Кадышев. Нескольким гостьям особенно повезло – артист записал на их телефоны селфи своего выступления.
«Осень по календарю», – поет он следующую композицию. Но осень ли в зале? Нет, тут властвует весна. На головных уборах и платках цветут цветы, а на лицах – улыбки. Организаторы обещали весну и подарили.
«Золотое кольцо» – национальный театр народной музыки и песни. Артисты постоянно ищут новые формы, и это откликается у публики.
Надежда Кадышева считает: секрет популярности ансамбля в профессионализме и искренности.
В ноябрьский вечер встретились в одном зале венки с васильками и кокошники с ромашками.
Настоящее, близкое каждому, что есть в русской песне, передается из поколения в поколение, собирая в одном пространстве разные культуры и возрасты.
– Знаете, привлекает «Золотое кольцо» атмосферой русской песни, праздника, – поделилась, пританцовывая Екатерина.
Шлейф этой атмосферы тянулся после концерта вдоль проспекта Победителей. В толпе мелькали кокошники, подпрыгивала бахрома шалей, а девичьи голоса сливались в слова старинного романса: «У церкви стояла карета. Там пышная свадьба была. Все гости нарядно одеты. Невеста всех краше была…»
Ольга Косякова
