Русофобия, доносы и страх – латвийский журналист рассказал о новой реальности Прибалтики
Прошло уже несколько лет, как Андрей Мамыкин, латвийский политик, в прошлом – депутат Европарламента, был вынужден покинуть родину. Сегодня он живет на два города – Москву и Минск – и считает их лучшими городами земли.
Зачистка языка
– Может быть, вы вспомните, когда именно в Прибалтике стала проявляться неприкрытая русофобия?
– В моей практике это примерно 1978–1979 годы. Я родился в 1976-м, но, будучи трех-четырехлетним ребенком, уже слышал: «Так это же русский! А что ты с русскими играешь в одном дворе?» Это латышские ребята говорили между собой. Но в детстве все это как-то нивелируется, этому не придаешь никакого значения. Тем более что нас, русских людей, и в Эстонии, и в Латвии, и в Литве очень хорошо учили национальному языку. В какой-то момент – уже после распада Советского Союза, в начале 90-х, – мне даже казалось, что я на латышском и лучше понимаю, и лучше говорю, хотя у меня родной язык, язык семьи – русский.
Но именно политическая волна русофобии поднялась в Латвии где-то в году 88-89-м. 1988-й – это первый съезд «Народного фронта». Несмотря на то что делегаты голосовали за восстановление подлинно ленинских принципов национальной автономии, в 1989 году, например, началось движение за запрет высшего образования на русском языке. А потом началась большая трудная борьба, которую, к сожалению, мы, русские, проиграли. Речь о праве получать образование на русском языке в школах. Если в 2004 году удалось отстоять компромиссную реформу в пропорции 60 на 40% (60% – на латышском языке, 40% – на русском), то к 2018 году националисты от власти осмелели и решили не только убрать полностью русский язык из государственных школ, детских садов и, естественно, вузов, но и из частных учреждений образования. Есть даже постановление конституционного суда Латвии, что на мальтийском, например, языке можно открывать частную школу в Риге, а на русском нельзя вообще.
– То есть фактически все языки, кроме русского?
– Абсолютно верно. Ну, юридически это прописано красиво: разрешено вести преподавание на языках стран – участниц Европейского союза и стран НАТО. Хотя Рига на 65% русский город до сих пор, Латвия почти на 40% русская страна, а, например, второй крупнейший город Латвии, Даугавпилс, – на 99% русскоязычный.
– Неприятие переросло в ненависть или что-то в этом роде?
– Помните, с чего начинался холокост в нацистской Германии или вообще уничтожение евреев? С каких-то полушуточек, полуподколочек после 1933 года, когда Гитлер и национал-социалистическая партия абсолютно честно, абсолютно демократическим путем, как сказали бы сейчас на Западе, пришли к власти в ходе выборов. То есть – они евреи же, они же грязные, они же какие-то не такие! Что там с ними дело иметь… Разве ты хочешь в еврейский ресторан, а не в немецкий? Вот что-то подобное, по ощущению личному, было по отношению к русским в Латвии на изломе 80–90-х. В 1991-м, когда приняли закон о языках, говорили, что этот документ не унижает русский язык, что закон как бы позволяет быть русским журналистом, работать в русской газете или на русском телеканале.
Рекордные 2,16 млрд евро, или 4,91% от ВВП страны составляет оборонный бюджет Латвии на 2026 год
И, честно говоря, я и моя семья купились на эту риторику. Да, мы не против изучать латышский язык –за ним стоит определенная культура, литература и так далее. Но зона свободы лингвистической для русских все уменьшалась, а для латышей она расширялась. Началось стирание идентичности русской. Об этом вначале политики говорили полунамеками. Потом прямо. Потом бывший министр образования Шадурский сказал: мол, даже если они будут в совершенстве владеть латышским языком, акцент никуда не денется – он неприемлем. А это уже попахивает 33-м годом в Германии.
В 1979-м уже на уровне песочницы моей было межэтническое несогласие. А здесь – желание уничтожить русских как культурный пласт вообще.
Телевизор как повод для доноса
– А белорусофобия – явление для Латвии актуальное?
– Вопрос белорусофобии стоит рядом с вопросом русофобии. В практическом проявлении –закрытие контрольно-пропускного пункта «Григоровщина». Ну что это такое? Министр, который в 23.00 написал просто какой-то твит в соцсети, и, насколько мне известно, даже руководство пограничной службы Латвийской Республики не было в курсе о грядущем закрытии КПП. Вот это – белорусофобия. А как вам новость о том, что Слайдиньш высказался примерно так:ну, раз Трамп смог выкрасть Мадуро, то почему мы не можем? Наверное, читатель должен догадываться, что латвийский майор пытается замахнуться на российского и белорусского лидеров. Это белорусофобия или нет? На мой взгляд,это желание полностью уничтожить страну. Не просто разделить Россию на части, о чем говорила Кая Каллас, даже когда была премьер-министром Эстонии, а просто уничтожить русских всех. Ну и союзное государство, потому что Беларусь – это партнер Российской Федерации по ОДКБ, СНГ и главный союзник в принципе.
– Но это ведь и провокация в том числе.
– Провокация – да. Но его кто-то осудит, вы думаете?
– А можем ли мы говорить о том, что за последние несколько лет русофобия и белорусофобия видоизменились, приняли какие-то крайние формы?
– Да, конечно. Специальная военная операция привела в действие некий спусковой механизм – и их окончательно сорвало с катушек. «Их» – то есть эти нацистские власти, партии, общественных деятелей, журналистов. Раньше мне казалось, что у меня среди друзей больше этнических латышей, чем русских. Но, когда уже к вечеру 24 февраля 2022 года многие из них начали мне писать, что «ты – русня, Мамыкин», я подумал: телефон взломали, что ли? Вчерашние друзья и знакомые перестали здороваться с моими детьми, даже когда дети здоровались первыми и на латышском языке. Угрозы… Смс – это чушь и ерунда, но всегда думаешь о том, чтобы на тебя кирпич не упал случайно или молотком по голове не ударили. А это возможно: были нападения, были избиения.
Георгиевская лента – административный штраф. Второй раз георгиевская лента на лацкане – уголовная статья. Я знаю людей, у которых были административные взыскания за разговоры по телефону на русском языке в трамвае. Приведу еще пример. Одна женщина ругалась то ли с сантехником, то ли с газовщиком по поводу халтуры его. Естественно, на русском. И при этом была на территории своего частного владения, возле дома. Соседи написали донос – женщину оштрафовали за русский язык в общественном месте, хотя юридически место это не общественное. Более того, есть случаи, когда соседи подглядывали за другими соседями через окошко с намерением узнать, что там у них идет по телевизору, нет ли плашки канала «Россия-1» или красно-зеленой плашки канала «Беларусь-4». Смотрят русское или белорусское телевидение? Писали доносы, приходила полиция, проверяла этих людей. И таких историй на уровне бытовых эпизодов очень-очень много, к сожалению.
«Вас очень любят»
– Какие политические или социальные процессы, происходящие в Прибалтике на данный момент, вызывают у вас особое беспокойство?
– Милитаризация и подготовка к войне.
– Они реально готовятся к войне?
– Да. Это видно и по тратам бюджетным, которые, кстати, не засекречены. Заметьте: четверть процента от внутривалового продукта Латвии тратится на Украину уже четвертый год. Это видно по риторике, по военным учениям. В прошлом году из 365 дней 275 были посвящены каким-то военным учениям на территории Латвии с участием или без участия других стран, с использованием или без использования тяжелых вооружений. Эстония просит ядерное оружие, Литва приняла закон, разрешающий размещение тактического ядерного оружия на своей территории. И они, конечно, будут и далее провоцировать, как провоцируют сейчас на уровне, например, миграционного кризиса, избивая сирийцев, афганцев, перекидывая через ими же построенный забор: мол, посмотрите, Лукашенко издевается над бедными беженцами из третьих стран.
Но будут и военные провокации. Видите ли, мы с вами не все знаем. А военные и сотрудники специальных служб, аналитики знают все.
– Как простые люди, жители Латвии, относятся к нам, белорусам?
– Вас очень любят. Любят ваше славянское радушие, гостеприимство, белорусское трудолюбие. Умение жить, умение защищать свою Родину. Умение честно относиться к стране, своему делу, предприятию. К семье и самому себе.
Факт: еще в 2025 году Комитет ООН по правам человека официально выразил обеспокоенность в связи с политикой властей Латвии по ограничению использования русского языка в образовании, государственных СМИ и общественной сфере.
