«Лён вымотает – лён и озолотит»: как Беларусь возвращает себе «северный шёлк»

Есть важное, скреповое, ментальное, цивилизационное – метафизика, а есть искусственное, инвазивное, наносное, чуждое. Наше исконное белорусское – это хлебное поле и мирное небо. И то и другое пытались высмеять, оторвать от корней, девальвировать нас цивилизационный код. И растворить в глобализационных процессах тотального мультикультурализма и постмодерна. Но мы не свернули с родного поля. Наш АПК стал современнее, теперь отношении к отрасли не как к дотационной, а наоборот, приносящей валюту.

Но какими бы прагматичными и экономически целесообразными подходами к сельскому хозяйству мы не отличались бы, это не просто бизнес – это наше родное, исконное. Как сохранить своё и сделать ещё конкурентоспособнее, решали в Орше. А что может быть самым, что называется, своим? Лён. Задача стоит его сделать конкурентноспособным. А затем это дресс-код успеха примерят и к остальным вопросам в АПК.

Родной цветок

У него самое достойное место – на гербе нашего государства, в гардеробе национального костюма и в целом в дресс-коде самосознания. Лингвисты утверждают, что самые важные и древние слова всегда краткие – корневые. Судите сами: Бог, мама, род, хлеб, из этой категории – лён. Лён для Беларуси – не только традиционная, но и старейшая сельскохозяйственная культура. «Северный шёлк» выращивают у нас в стране более полутысячи лет. Из волокна ткали полотно и шили одежду, мастерили игрушки для детей. О льне пели, и ему посвящали стихи…

Конечно, в эпоху полиэстера и нейлона природный материал стал выпадать из поля зрения швейного масс-маркета и уступать свое место в полях. Да, из традиционной культуры отечественного земледелия он занял нишу элитарного текстиля. Но в Беларуси никогда не забывали о северном шёлке. Был, конечно, период забвения. Всеобщий развал добрался и до льноводческой отрасли. Не до него было: сложно, дорого, немодно.

Эпоха спортивных костюмов из синтетики стали атрибутом повального забвения своего, горы заморского ширпотреба завалили рынок одежды, а сама отрасль обрушилась. Но Александр Лукашенко решил сохранить Оршанский льнокомбинат, а символизм в том что на льнокомбинате работала его мать Екатерина Трофимовна.

«Для меня это очень важное предприятие, – подчеркнул Президент. – И если бы государство в свое время не помогло сельчанам, льна в Беларуси уже не было бы».

Наша страна не потеряла ни одного крупного предприятия, в их числе и Оршанский льнокомбинат. В виде субсидий были вложены миллионы. Отрасль без госдотаций завяла бы как лён без дождя.

Оршанский льнокомбинат, самый крупный в Европе, это ещё советское наследие, а этот второй завод и самый современный в мире – уже после модернизации нашего времени. Это крупнейшее предприятие легкой промышленности в стране: в штате – около 3,5 тыс. человек. Здесь из аутентичного достояния нации делают экономическое. Именно глава государства способствовал глобальной модернизации Оршанского льнокомбината.

На белорусском гербе лён появился уже в 1938 году, это был этакий отсыл к Оршанскому льнокомбинату, который открыли за 8 лет до того. А в 1996 году белорусы на Референдуме возвращают свой Герб, символ, определяющий государственное мировоззрение, на котором есть цветок синеокого льна. Почитай, политическая культура.

Именно по настоянию Президента в стране принимают госпрограмму «Лён». Лишь политической волей Первого удалось сохранить культуру, август 2003-го стал началом возрождения отрасли. Стратегические решения были приняты во время посещения Оршанского льнокомбината Александром Лукашенко.

Урожайность волокна выросла с 4,8 центнера с гектара в начале века до 12,2 в прошлом году. Наши льняные изделия продаются в 43 странах мира. И за эти годы глава государства постоянно возвращается к «льняному» вопросу. Очередная остановка для определения дальнейшее развития как раз на Оршанском льнокомбинате.

Для Беларуси лен – культура не только стратегическая, но и политическая. На герб нашей страны посмотрите. Это и важная часть культурно-исторического наследия, один из наших символов и весьма обширный сегмент экономики. Можно сказать, наше золото, как у узбеков хлопок,

сказал глава государства.

Конвейер развития

Отрасль требует постоянного развития. В канун дня работников АПК была запущена линия по производству кольцевой пряжи высоких номеров с вложением котонизированного льноволокна. Продукция станет еще конкурентоспособнее.

Здесь уже достигли объёма экспорта в 100 млн долларов. Выполнили поручение по освоению глубокой переработки короткого льноволокна, раньше его за бесценок продавали за рубеж, а теперь сами используем в текстильной промышленности. Цель – к 2030 году перерабатывать 100% короткого льноволокна. Для этого предприятию могут выделить дополнительный кредит.

«Мне надо, чтобы вы у крестьян забрали эту «паклю» и переработали. Вот, что меня волнует. Оказывается, вы научились делать из него чудо. Мне надо чуда в два раза больше в будущем году. Это надо взять на контроль железно»

поручил глава государства.

Оборудование для комбината в основном закупается по импорту. А своё где? Александр Лукашенко уже поручал промышленному сектору научиться делать хотя бы часть из этого. Перечень наиболее востребованных импортных узлов и агрегатов, которые можно заместить, ляжет на стол Первого.

«Для меня важный момент – мы уже обсуждаем не выживание льноводческой отрасли, а говорим про ее развитие по всей цепочке создания добавленной стоимости»

подчеркнул белорусский лидер.

Своя рубашка ближе к телу – но для аграриев кукурузу на силос или зерно выращивать оптимальнее, чем заниматься льном. Это хлопотное дельце. Культура сложная для выращивания, но налицо и всходы лени. Отрасль поднять – не поле перейти. Вернуть лён на круги своя непросто. Это одна из самых древних и капризных земледельческих культур.

Длинный путь льнотресты

Поля для северного шёлка не всегда лучшие: не соблюдаются технологические регламенты, прежде всего по подбору почв и их обработке. Участки выделяются только на один год, и зачастую они непригодны для выращивания льна по кислотному составу и содержанию гумуса. За зиму председатели облисполкомов должны определить подходящие участки почв под посевы льна: «Кроме того, в текущем году не выполнено задание по посевным площадям (не засеяно более 6,5 тыс. гектаров). Как так? – задал вопрос Президент. – Вы же сами эти задания для себя прописали! Почему не выполнили?»

Мелочей тут нет. 39 земледельческих и 70 технологических операций. Вырастить урожай – уходит год, а загубить можно за несколько дней. Перележал в поле – ухудшилось состояние, а то и вовсе урожай пришёл в негодность. Да и сил на уборку даже выращенного урожая не всегда хватает. По технологии оптимальные сроки – два-четыре дня, по факту, малейшее нарушение – урожай падает, а если ошибка – гибнет.

Процесс уборки нелёгкий. Лён требует кропотливого ухода. В отличие от злаковых культур, его не скашивают, а теребят – выдергивают с корнем, чтобы сохранить максимальную длину и прочность волокна. Так называемый номер волокна очень важен для переработчиков. А значит, нужна особая, более сложная техника для уборки.

В советское время дефицита рабочих кадров не было. И крестьяне без техники, руками, занимались тереблением льна. Процедура была очень тяжелая. Люди послевоенного поколения до сих пор вспоминают, как приходилось убирать «северный шёлк» руками. Делали это обычно ближе к вечеру, тогда растение было не таким колючим. Но справлялись!

За прошедшие годы государством вложены огромные деньги в льняную отрасль. Это касается и уборочной техники, и модернизации льнозаводов, и разработки технологий возделывания, и научного сопровождения. Не налажено производство отечественной самоходной техники. Из-за недостатка специальных навесов ежегодно около 20% льнотресты хранится просто в скирдах. Там, как правило, упаковка нарушена, спрессованная льнотреста становится влажной и непригодной к переработке.

Сейчас возделыванием льна-долгунца – занимаются около 60 специализированных льносеющих организаций и хозяйств и 23 специализированных льнозавода, которые заготавливают и первично перерабатывают эту культуру. Основные посевные площади сосредоточены в Минской и Витебской областях, а среди ключевых регионов выделяются Воложинский, Несвижский, Слуцкий и Крупский районы.

В стране сформирована структура льноводческой отрасли. Выращиванием льна занимаются базовые хозяйства, включая механизированные отряды, которые непосредственно выращивают лён. Дальше специализированные предприятия, льнозаводы, перерабатывают его в длинное и короткое льноволокно, а все потоки «северного шёлка» стекаются на Оршанский льнокомбинат – флагман легкой промышленности по производству льняных тканей. Их успехи начинаются с полей и качества уборки. Чем длинней треста, тем рентабельнее переработка.

Я помню свою работу директором, когда я на Шкловский льнозавод ездил сдавать лён, боролся за номер тресты 2. Полтора – это было не очень. А вы сегодня меньше единицы везете тресту и радуетесь!

заметил Александр Лукашенко.

Скольких негативных моментов можно было бы избежать, затраты оптимизировать, рентабельность увеличить, а свободные деньги вложить в развитие, сельскую инфраструктуру, повысить зарплаты. Приходит время работать по-новому.

Устье льняного развития

Рассказать и показать обо льне лучше всех могут в агрородке Устье. Отсюда полноводной рекой по всей Беларуси растекаются новые технологии возделывания этой культуры. В стране работает отдельный Институт льна. Здесь ключи от урожайных льняных полей. Здесь банк семян льна со всех стран, где растёт эта культура, от Скандинавии до Африки. Из них выводят свои. Именно его специалисты смогли обойти месье «льняной» моды. Для развития традиционной земледельческой культуры в культуре белорусов внедрили ученые и цифровые технологии: создана электронная карта льняного севооборота.

«Сегодня Беларусь находится в тройке мировых лидеров по возделыванию северного шелка, вместе с Францией и Бельгией. Вот такая современная «льняная Нормандия – Неман» получается у нас»

образно сравнил Президент.

Семена льняной модернизации принесла свои плоды. Наши ткани открыли себе свой шелковый путь – добрались до Китая. Но задача стоит взобраться на полки бутиков уже одежде из Беларуси. Сейчас льняной гардероб Оршанского комбината – это пару процентов от общего объема продукции. А ведь хотят достигнуть половины. Но это, как говорят, совсем другое пальто. Новый виток. И своя модельная школа, и новое швейное производство –появились. Теперь, главное – чтобы производители не тянули с увеличением объёмов подходящего длинного волокна, а переработчики укоротили срок по переработке «пакли».       

Разница между рыночными ценами и ценами поставки по госзаказу доходит до половины стоимости. А еще и стоимость льноволокна в рамках госзаказа удешевляется более чем на 10%. Такой диспаритет создает условия для вывоза из Беларуси льносырья. В итоге конечным экспортером выступают не те, кто вырастил лён, а частники, они и снимают маржу с сырья: экспортируют его через биржу процентов на 40 дороже.

Мы у себя не можем переработать льноволокно, продать готовую продукцию по нормальной рыночной стоимости и заработать дополнительные деньги на ту же модернизацию?

спросил Президент.

Увеличение доходов от возделывания и переработки льна по всей цепочке, повышение эффективности работы Оршанского льнокомбината, к которому хотят присоединить Барановичскую хлопчатобумажную фабрику:

«Нынешний вице-премьер бодро рапортует, что идея по объединению правильная и все идет неплохо. Смотрите, чтобы не получилось, как с витебскими агропромышленными объединениями. И Барановичи не спасем, и Оршу потеряем, – заметил Президент. – Если Орша сама «кувыркается» (цифры и факты приведены), то как она справится еще и с присоединенным Барановичским хлопчатобумажным объединением?»

Отдельная тема – глубокая переработка сырья: по-прежнему основной продукт из короткого сырья почти в полном объеме экспортируется в качестве сырья и одновременно в страну ввозится смесовая пряжа, изготовленная с вложением котонизированного льноволокна.

Вместо «Бриони» – «Поле кветак»

«Потенциал отечественной отрасли далеко не исчерпан, – уверен Александр Лукашенко. – Лён – растение уникальное и при грамотном подходе практически безотходное».

В этой связи глава государства ориентировал всех на более широкое использование льняных тканей и изделий в повседневной жизни.

Мы входим в тройку мировых лидеров по объемам выпуска льноволокна, уступая лишь Франции и Бельгии, странам, которые являются законодателями моды, там ценят качество и натуральность.

Лён – это не только ткань, но стратегическое сырьё для целлюлозно-бумажной, медицинской, химической, и даже военной отраслей. Учитывая, какое внимание уделяется сейчас обороноспособности страны, «битва» за лён – должна принести стране даже порох. Буквально. Порох изо льна действительно может изготавливаться.

Убойная сила льна в другом – в натуральности. А вот чтобы во льне захотели ходить модницы страны, необходимо делать смесовые ткани. Своя льняная рубашка станет ближе и для белорусской молодежи, и для чиновников.

У супруги Дональда Трампа Мелании и у сановных особ Зимбабве есть белорусский лён. Дело и в культурном достоянии Беларуси, и дальновидности политики Президента. Европа пересыщенная ГМО, возвращается к натуральности хотя бы в одежде.

В Беларуси есть вся цепочка от возделывания на поле до производства высококачественной готовой продукции. «Мне кажется, что при таком подходе на Западе они скоро перестанут производить льнопродукцию, и мы одни останемся», – заметил белорусский лидер.

Говорят же, лён вымотает, лён и озолотит. Именно через труд своя, льняная, кашуля становится ближе к телу.

Нити поддержки

«Вы знаете мои подходы. Ничего ломать не надо. Мы умеем что-то делать – надо развивать и совершенствовать. Новое надо создавать – то, что мы не делали раньше. Но надо иметь людей, которые этому обучатся и будут делать. Поэтому лучше совершенствовать. Ничего не разваливая, не разрушая»

сказал Александр Лукашенко.

Зачем придумывать айфон, если мы будем развивать свое исконное. Но…

«Вертолетных денег у нас нет. Все, что выделяем, дается в долг на определенное время, за которое нужно внедрить технологию, выйти на экономические показатели бизнес-планов. Вы с этими планами идете в банки и Минфин. Защищаете их и получаете денежные средства. Будьте добры выполнять то, что сами со своими коллективами рассчитали. Государству есть чем заниматься и что финансировать»

подчеркнул Глава государства.

В итоге в стране появится новая система поддержки аграрного бизнеса. Правительство сейчас работает над новой системой поддержки сельского хозяйства. Урожайность, привесы и удои, а впереди – эффективность работы.

«Не обижая крестьян, надо перенастроить механизмы помощи так, чтобы получать нужное нам сырье и востребованную продукцию – пряжу, ткани и готовые льняные изделия. Рассматривать систему господдержки будем комплексно – дотации, госзаказ, удешевление, пилотный проект по экспорту льноволокна».

Это не значит, что завтра заберут дотации у сельского хозяйства.

Ни одна страна в мире этого не делает. Но будем смотреть – что, кому и сколько. – Немало сделано. Вперед, вперед, вперед – работайте сами

ориентировал белорусский лидер.

И здесь ведь не только сугубо экономический подход, но ещё и механизм справедливости: кто как работает, тот так и получает. Нам надо научиться прежде всего любить и ценить своё: государственные символы, историю, вышиванку из Орши. Хотя, говорят, сейчас модны сдержанные принты. Мы стали все такими сдержанными к своему. А к чужому? Может поменяем приоритеты? Научимся знать и ценить свои узоры из Неглюбки и Слуцка, плести новые – принты уважительного отношения к «зробленаму у Беларуси». Не только по пятницам. Свой хлеб-то полюбили.