За треп Зеленского будет трепка от военных: реальны ли угрозы Киева в отношении Беларуси?
Иные, чтобы обратить на себя внимание Батьки, пишут видео в Тик-Токах. Но Зеленский ради внимания Александра Григорьевича готов даже напасть на нашу страну. Разумеется — на словах.
МП разбиралась, доведет ли длинный язык до Киева — и если да, то кого.
О чем рассказывает Киев?
Чтобы убедительно соврать, нужен заход издалека. Три недели назад Зеленский начал с того, что какие-то непонятные приготовления идут на белорусской границе. Слово «нападение» не звучало, но, действительно, в Беларуси три года как развертывается новое Южное оперативное командование в обстановке полной секретности. Украинцам надо вскрыть эти мероприятия, например, через дипломатию — по идее, теперь мы должны убедить их, что не собираемся нападать, и провести экскурсию по позициям с чаем и кофе. Зеленский туманно рассказывал, что в Беларуси создают укрепрайоны и строят мосты — понятно, что их интересует.
Но вот на днях эта версия «непонятной активности» развилась в то, что Россия хочет втянуть Беларусь в войну. То есть, по словам Киева, должна произойти провокация — атака белорусской территории, а потом мы начнем отвечать.
Очевидно, имеются в виду дроны — мы уже видели, как непонятно что летало над Польшей, Прибалтикой и Европой с непонятными целями, а потом обвинили Россию. И после замаскированной «российской» дроновой атаки Беларусь начинает «воевать». Таков, мол, коварный план Кремля.
Почему это вранье?
Чтобы куда-то наступать, нужны топливо, снаряды и запчасти в товарных количествах, а теперь ещё и дроны. Если бы материальные средства вагонами шли в Беларусь из России, об этом кричали все западные радиостанции. Вместе с тем, Беларусь, наоборот, сейчас помогает РФ, снабжая её бензином и дизелем, а до этого мы передали боеприпасы и технику с баз хранения, а взамен получили ядерное оружие.
При этом на первом этапе СВО на Киев заходила российская группировка числом около 35 тысяч, в то время как все белорусские сухопутные войска, вместе взятые сильно меньше — около 26 тысяч. Чтобы воевать на нашей территории (если таков хитрый план России), должна быть заранее создана единая региональная группировка войск — она предусмотрена договором о Союзном государстве. В теории к нам добавят войска Западного военного округа, но, опять же, в небольшом количестве — около 8-9 тысяч. Для сравнения, на Украине сейчас воюет почти миллионная группировка, со стороны РФ — 600-тысячная.
Конечно, можно нахватать людей не только на улице, но и в квартирах (в случае Украины), или провести мобилизацию (в случае РФ), но живую силу надо одеть, обуть, дать оружие — поэтому резко нарастить белорусский театр просто нечем с двух сторон.
Но самое главное, что с точки зрения России «вступление Беларуси в войну» не даст никакого коренного перелома — у РФ уже есть похожие приграничные зоны, типа Волчанска или Сум, где фронт мёртво стоит на месте, отвлекая на себя часть украинских резервов. При самом благоприятном развитии событий «нападение из Беларуси» может создать новую зону, типа Сумской. Но это никак не похоже на захват столицы, Ровенской АЭС, перерезание линий снабжения по Житомирской и Варшавской трассам (кстати, всё основное оружие идет по морю). Так что России вступление ничего не даст, кроме проблем. Украина получит дополнительные 1200 километров фронта, который некому закрывать, кроме слабой и пьяной теробороны. А мы получим возможную изоляцию от американцев и даже КНР и других нейтралов, чего никто не хочет, включая Кремль.
Чего реально нужно бояться?
Отсюда вытекает вторая рабочая версия — Киев может попытаться атаковать Беларусь на земле, а не дронами, чтобы Россия начала снимать войска с других направлений «тушить пожар». Однако возможности Украины ограничены в том плане, что они могут только пускать БПЛА, а они будут неэффективны на Полесье, наш рельеф позволяет легко прятать силы в зелёнке. Если же будут атаки НПЗ, как в России, то Беларусь ответит применением РСЗО, которые добивают до Киева и до украинской верхушки. А это поинтересней, чем НПЗ и Белкалий.
Поэтому читатель должен понимать — даже при самом плохом сценарии нас ждет ТОЛЬКО обмен ракетными или дроновыми ударами, где до Киева рукой подать и где мы будем в лучшем положении.
Пройти через южную границу практически невозможно из-за сложностей местности, а единственное место, где это можно сделать — стык Гомельской, Черниговской и Брянской областей. Ему и так уделяют пристальное внимание с самого начала СВО, как и Гомельской области в целом. И если Украина начнет накапливать там 30-тысячную группировку по типу той, что с ротациями заходила в Курскую область, это уже не они, а мы заявим о том, что Беларусь втягивают в войну. Так что слушайте Батьку, а он пока говорит «отбой».
Что реально может быть?
Ранее МП уже писала о том, что единственный рабочий сценарий против Беларуси — это сделать много мелких гадостей, чтобы, не тратя больших ресурсов, добиться смены власти. Это атаки дронами, теракты, боестолкновения на границе с «белорусскими наемниками», учения НАТО в Польше, угроза блокады Калининграда, и все это на фоне выборов с протестами у нас и военных трудностей у России.
Пока мы видим, как отрабатывают отдельные элементы этой мозаики, но сами по себе «атаки 500 целей» Украине ничего не дадут. Чтобы попытаться вступить с нами в конфликт, бить надо наверняка, но никто жалеть Зеленского в этом случае не будет.
Кстати, даже тактическое ядерное оружие мы можем применять самостоятельно — по сути, об этом были последние российско-белорусские учения. Грубо говоря, президенты созваниваются, совместно принимают решение, а потом управление переходит к региональной группировке, где командуем мы: конкретному командиру ракетного дивизиона или летчику не нужно звонить в Москву, чтобы пустить спецбоеприпасы по целям.
Но секрет полишинеля в том, что ядерное оружие — против сосредоточений войск НАТО, а «полонезы» и другое обычное вооружение — на случай столкновений на белорусской границе, например, с Украиной. Поэтому наши знают, какими силами и средствами реагировать.
Более того, чтобы ни говорил Зеленский, все плановые мероприятия и так отрабатываются. Это и противодиверсионная деятельность, и тренировка мобильного компонента наших сил, тренировка связи и управления. Украинцам мы не верим в упор, поэтому всегда ждём от них провокаций.
Зачем им шум?
Скорее всего, идет скрытый переговорный процесс, и Россию хотят вынудить пойти на заморозку по линии фронта. Украина пытается вывести РФ из войны на невыгодных условиях: репарации, непризнание территорий, оставление буферных зон. Сейчас их главный аргумент — дроновые атаки вглубь территории РФ, а Беларусь выступает дополнительным предметом торга. Мол, мы в Курскую влезли, можем влезть и в Беларусь.
А чтобы придать угрозе реальность, идет большая информационная операция — они подтаскивают Тихановскую, подводят её к Зеленскому, потом ведут даму в батальон Калиновского. СМИ сливают информацию, что Киев готовит войну и чуть ли не захват нашей страны, а советник Зеленского Подоляк станет премьер-министром.
Но все это игра, чтобы Россия согласилась на украинские условия перемирия, то есть развод по линии фронта. Наступать в Беларусь у Украины нет сил, ЕС не поддержит такую авантюру, а США откровенно против. Поэтому Александр Лукашенко и назвал заходы Киева «болтовней».
В чём они крупно ошибаются, так это в том, что Батькой можно командовать, что Беларусь оккупирована и что мы не являемся субъектом политики. Это так часто повторяют украинские эксперты, что, видимо, сами начали в это верить. Но это чисто украинская линия, которая исходит от того же Подоляка, которого Зеленский сделал кем-то вроде главного специалиста по Беларуси. А вот трамповская линия принципиально иная — с нами встречаются, разговаривают и признают субъектом.
Поэтому никакого нападения на Беларусь не будет при Трампе — шефы этого не одобряют по своим соображениям. А вот что будет дальше — посмотрим, но, скорее всего, Россия постарается закончить войну до конца срока Трампа, если будет угроза реальная возвращения демократов. Поэтому чем ближе переговоры и развязка, тем более грозные заявления звучат — Киев блефует, показывая дутую переговорную позицию.
Рекомендуем
