От Ормузского пролива до Фолклендских островов – как Трамп разжёг старый территориальный спор

Давая интервью британскому телеканалу GB NEWS, Трамп не мог не уколоть правящие круги Соединённого Королевства тем, что они отказались помогать американцам в деле деблокады Ормузского пролива, хотя, по мнению президента США, просто обязаны были это сделать, ибо ранее Лондон получал нефть, которая перевозилась через эту водную артерию.

Не меняя своей манеры кому-то постоянно угрожать, Трамп посетовал, что Великобритания уже не так сильна, как была во время последней войны против Аргентины, и намекнул, что в случае любого недопонимания с Аргентиной по поводу Фолкленд, он не будет помогать Лондону.

Посмотрев интервью, «аргентинский Трамп» Хавьер Милей выступил по поводу Фолклендских островов с обращением к нации, в котором заявил о намерении ввести санкции в отношении иностранных компаний и их подрядчиков, ведущих хозяйственно-экономическую деятельность на островах, а в случае эскалации пригрозил военным ответом, добавив, что он распорядился построить интегрированную военно-морскую базу в провинции Огненная Земля, находящейся ближе всего к архипелагу.

Как развивался один из самых продолжительных территориальных споров в истории

Острова были открыты португальским мореплавателем Эштеваном Гомешем, находящимся на службе у испанской короны, в 1520 году, в эпоху Великих географических открытий. 

В 1764 году на Фолклендские острова прибыли первые французские колонисты, куда их отправила метрополия, искавшая новые территории вместо уступленных Англии американских колоний. Колонисты происходили из городка Сен-Мало, поэтому архипелаг назвали в честь своей родины Мальвинскими островами.

Против французов выступила Испания, считавшая, что острова должны принадлежать ей, во-первых потому, что открыл их испанский подданный, а во-вторых, что, следуя букве Тордесильясского договора с Португалией от 1494 года, все открытые земли в западном полушарии, — испанские территории, а Франция здесь вообще ни причём. Людовик XV не желал вступать в конфликт с Испанией и отказался от притязаний на Мальвины.

Суровый климат не подошёл колонистам, поэтому англичане и испанцы покинули архипелаг, но и Лондон, и Мадрид продолжали считать его каждый своим.

Аргентина, ставшая независимой от Испании в 1831 году, выдвинула свои претензии на острова, но двумя годами позже британцы неожиданно высадились на них и изгнали оттуда аргентинцев. При этом ни одна из стран не отказалась от своих прав на острова, но также ни одна из них не уделяла внимания далеким территориям (от Аргентины Фолкленды находятся на расстоянии 460 км, а от Англии – в 13 тысячах). Далее на протяжении полутора веков в Лондоне и Буэнос-Айресе о притязаниях друг друга на территории не вспоминали.

Об островах вспомнила Аргентина, а точнее, ее новый лидер Леопольдо Галтьери, пришедший к власти в 1982 году в результате военного переворота и пожелавший ради укрепления своих политических позиций закрепить суверенитет своей страны над Фолклендскими островами. Расчет Галтьери был прост: на островах высадится аргентинский десант, поддержанный небольшой группировкой военных кораблей, а британцы вряд ли будут что-нибудь предпринимать для защиты далекого архипелага с суровым климатом и населением менее 2 тысяч человек. Только «железная леди» Маргарет Тэтчер направила в Южную Атлантику флот с подразделениями сухопутных войск на борту, которые быстро заставили аргентинцев капитулировать, а Соединенное Королевство объявило о сохранении своего суверенитета над Фолклендами.

Новый виток спора

Интерес Аргентины к островам снова проснулся, когда в 2010 году за 210 км к северу от них открыли месторождение нефти с запасом в 400 млн. баррелей. Власти островов, которые сами уполномочены решать, осваивать ли месторождение, разрешили вести добычу компаниям из Великобритании и Израиля.

Аргентина считала, что без ее санкции никто не имеет права разрабатывать недра вблизи Фолклендских островов. Чтобы снять все вопросы, местные власти решили провести референдум о принадлежности островов.

Так, в 2013 году казалось, что точка в споре поставлена. Тогда на референдуме 99,8% из 91% пришедших на участки для голосования высказались за то, чтобы острова остались британской заморской территорией.