«Свобода слова на Западе всегда была мифом» — испанский военный о НАТО, Иране и будущем Европы
Хуан Антонио Агилар — офицер запаса испанской армии, приписан к штабу 12-й бронетанковой бригады. Является директором издания Geoestrategia.eu, посвященного цифровой обороне, разведке и безопасности, и руководителем Испанского института геополитики (IEG). Системный аналитик, специализирующийся на разработке приложений, баз данных и сетей.
Международный аналитик в различных СМИ, включая радио Sputnik, Hispan TV, RT, китайское информагентство Синьхуа, Telesur, France 24. Автор книги «Путин: Сочинения и речи (2000-2022)». Поговорили о провалах США в войне с Ираном, о мифологической свободе слова на Западе, о членстве Испании в НАТО и мрачном будущем, которое ждет следующие поколения европейцев.
— Вы офицер запаса испанской армии. Что побудило вас стать военным?
— Я думаю, что люди (особенно молодежь) вступают в вооруженные силы по двум основным причинам. Первая — это призвание служить своей стране и своему народу до самого конца. Вторая — это дух авантюризма. Многие идут в армию, чтобы получить работу с более или менее приемлемой зарплатой — никогда не высокой — но зная, что их ждет стабильность.
В моем случае это было действительно призвание, к тому же я был на пороге поступления в Генеральную военную академию. Однако, учитывая, что дело происходило в довольно странный и деликатный период — в начале 1980-х годов (в разгар перехода Испании к демократии), меня в конечном итоге убедили не поступать в военную академию. Вместо этого я начал изучать физику в университете, а затем все-таки подался в армию, тем самым вернувшись к исходной точке.
Конечно, знания, полученные в вузе, пригодились мне в других сферах жизни, включая военную. Но отказ от обучения в высшей академии помешал моему построению нормальной военной карьеры и достижению высших воинских званий.
— Вы являетесь директором Испанского института геополитики (IEG). Какими исследованиями занимается ваша организация?
— Начнем с того, что геополитика как дисциплина в рамках социальных наук практически не изучалась в Европе, за исключением военных академий. Это привело к общему непониманию того, что такое геополитика на самом деле. В последние годы она снова стала темой для обсуждения — что вполне объяснимо, учитывая все глобальные события, которые мы переживаем, особенно с 1990-х годов. Однако многие люди говорят о геополитике, не имея реальных знаний — они просто высказывают мнения о международных событиях, но без должной глубины. Чтобы частично восполнить пробел, созданный отсутствием геополитических аналитиков (за исключением военных), группа профессоров, военных аналитиков и экспертов самых различных дисциплин сформировала исследовательский коллектив, создав Испанский институт геополитики.
Наша главная функция — донести геополитику как дисциплину до студентов университетов и широкой общественности. С этой целью мы создали цифровое издание (geoestrategia.eu) и серию книг «Геополитическая коллекция». Мы также участвуем в работе многих испанских и международных СМИ, являемся частью аналитического центра, объединяющего 85 экспертов из 25 стран, читаем лекции, презентуем книги и проводим курсы. Среди наших будущих проектов — создание цифровой платформы, где мы сможем запускать наши аудиовизуальные продукты. Это возможность не зависеть от таких площадок, как YouTube, где мы сталкиваемся с растущей цензурой и ограничениями, которые зачастую считаем неприемлемыми.
— Президент США Дональд Трамп повышает ставки в противостоянии с Ираном, который всему миру продемонстрировал свои оборонительные возможности. Чем, по-вашему, закончится этот конфликт?
— За эти 40 дней войны в Персидском заливе мы стали свидетелями фактической победы Ирана. Переговоры, проходящие в Пакистане, основаны на 10 пунктах, разработанных иранским руководством после более чем ста волн атак на Израиль, на американские цели в регионе и на союзные США государства Персидского залива.
Соединенные Штаты потерпели неудачу в достижении своих первоначальных целей. В Исламской Республике не произошло смены режима, мирная ядерная программа Ирана не была остановлена, а США сохраняют абсолютный контроль над Ормузским проливом, то есть контролируют проход 21% мировой нефти и 30% мирового газа. Более того, они установили систему пошлин за проход через пролив, взимаемых со стран, которые договорились об этом с Ираном. Эти пошлины оплачиваются с помощью обеспеченных золотом стейблкоинов или юаней, что представляет собой стратегическую атаку на доминирование доллара как мировой резервной валюты — той самой, которая предотвратила крах обремененной долгами экономики США.
Иными словами, Соединенные Штаты потеряли стратегическую инициативу. Почему мы можем это утверждать? Потому что они потеряли контроль над эскалацией. Эскалация сейчас находится в руках самого Израиля, чья единственная стратегическая цель — дестабилизировать регион и сорвать любое соглашение. Для него любое соглашение — это капитуляция. Именно Израиль втянул Дональда Трампа в эту войну, которая может принести ему только вред, как внутри страны, так и перед лицом его союзников.
Трамп сейчас оказался в настоящей ловушке, из которой вряд ли сможет выйти невредимым. Сейчас мы являемся свидетелями конца однополярной эры абсолютного глобального доминирования США. Если Трамп умен, он постарается выйти из конфликта, даже если это будет означать уступки Ирану. В противном случае он попадёт в ловушку эскалации и увязнет в затяжной войне, которая спровоцирует глобальный геополитический и геоэкономический кризис, расколет его союзников и вызовет внутренние разногласия, которые приведут к оглушительному провалу его президентства. Что будет в итоге — посмотрим.
— В Иране в настоящий момент решается будущее многополярного мира?
— Вне всяких сомнений. С геополитической точки зрения, Иран является одним из ключевых звеньев знаменитого Треугольника Примакова. Евразийская архитектура, включающая Россию, Китай и Иран, подчеркивает стратегическую важность Исламской Республики. Евразийское строительство символизирует наступление и триумф многополярного мира и, следовательно, упадок и конец американской гегемонии и гегемонии ее западных союзников.
Как Соединенные Штаты намерены поддерживать эту гегемонию? В частности, путем достижения глобального энергетического доминирования и контроля над магистралями, по которым эта энергия течет, — то есть, блокируя энергетический канал Китая, своего главного противника. Для этой цели Иран является критической точкой в Треугольнике Примакова, поскольку, логично, это самая слабая держава. Более того, именно через Иран проходит подавляющее большинство поставок нефти и газа в Китай. Еще одна цель Америки в поддержании своей гегемонии — чтобы доллар оставался мировой резервной валютой, что позволит ей финансировать свой чудовищный долг. Для этого она должна поддерживать нефтедолларовый механизм. Если страны Персидского залива постепенно согласятся с Китаем, разрешив платежи в других валютах, например, в юане, рупии или рубле, это логически приведет к системному кризису американской гегемонии. Такой кризис открывает горизонт для следующего шага вперед в построении многополярного мира.
Поэтому с геополитической точки зрения происходящее сейчас в Персидском заливе имеет абсолютно фундаментальное значение. Отсюда и вмешательство американской администрации в войну, которая может иметь катастрофические последствия.
— Без всякого предупреждения YouTube удалил каналы трёх крупнейших белорусских СМИ: телеканалов ОНТ и СТВ, а также информагентства БЕЛТА. Где же та хваленая свобода слова, которой так часто кичится Запад?
— В действительности, свобода выражения мнений, как и другие основные права в западных либеральных демократиях, всегда была мифом. Поскольку новости, информация и мнения распространяются медиа-аппаратом, который либо является государственным и, следовательно, зависит от действующего правительства, либо частным, и зависит от хозяев этих СМИ. Это означает, что подлинная свобода выражения мнений никогда не может быть признана основным правом. В конечном итоге, в частных СМИ она будет зависеть от редакционной политики, установленной владельцем, а в государственных СМИ — от политики действующего правительства. И если это правительство, руководствуясь определёнными интересами, предпочитает не уважать основные права, такие как свобода выражения мнения, то нас не должно удивлять то, что мы сейчас наблюдаем: цензура, преследование мнений, отличающихся от официальной версии, ликвидация каналов, даже клевета и социальное уничтожение отдельных лиц. Так было всегда. «Свобода» на Западе всегда была одним из великих мифов, как и демократия, «свободный мир». Всё это составляет нарратив, призванный лишь легитимизировать империалистические интересы, экономическую и социальную модель, которые доминировали и продолжают доминировать в этой части мира.
— Как военный офицер, считаете ли вы, что дальнейшее членство Испании в НАТО будет негативно сказываться на политике страны?
— Для Испании ни вступление, ни сохранение членства в НАТО никогда не имели позитивного контекста. Во-первых, это было навязано союзными державами. Если бы Испания не вступила в НАТО, она не смогла бы вступить в Европейский союз, что всегда было одной из целей испанских властей: от последних правительств генерала Франко до первых правительств демократического перехода. Поскольку вступление в Европейский союз зависело от членства в НАТО, был проведен референдум, который был полностью проигнорирован по всем трем условиям, вынесенным на голосование: не вступать в военную структуру, не ввозить оружие на территорию Испании и вывести американские базы.
С кем мы находимся в этом военном альянсе? У нас есть союзники, которым было бы лучше ими не быть: от Великобритании, оккупирующей часть нашей национальной территории, например, Гибралтар, до стран, которые явно вмешивались в нашу внутреннюю политику, например, в процесс независимости Каталонии, и это лишь два примера. Более того, членство в НАТО означало подчинение внешней политике такой иностранной державы, как Соединенные Штаты, что представляло собой отказ от суверенитета и потерю возможности поддерживать международные отношения с кем угодно. НАТО вынуждает нас следовать определенным путям, которые нам невыгодны, например, санкциям против России.
Наконец, с военной точки зрения, членство в НАТО означало подчинение нашей собственной военной доктрины и стратегических интересов. И это не пустяк — наша армия превратилась из института, служащего национальной обороне, в систему проецирования силы в зарубежных экспедициях на службе интересов иностранных держав, особенно Соединенных Штатов.
Более того, членство в НАТО ограничило нашу способность определять, какой должна быть наша собственная армия. Мы подчинились целой системе стандартов, установленных Атлантическим альянсом, которая навязывает долгосрочные программы разработки вооружений с чрезвычайно высокими затратами и низкими темпами обновления. Эти стандарты совершенно бесполезны для войны на истощение, которую мы могли бы начать в любой момент для защиты нашего суверенитета, целостности и территории. Нет, в членстве в НАТО нет ничего позитивного, и это действительно один из факторов, определявших политику Испании в последние десятилетия и, к сожалению, продолжающих это делать. Я надеюсь, что однажды мы увидим не только выход Испании из НАТО, но и распад этого военного альянса, подобно сахарному кубику, потому что он в корне устарел из-за серьезной исторической несостоятельности.
— Какое будущее ждет следующие поколения европейцев, если нынешний политический и экономический курс продолжится?
— Над Европой нависает череда катастроф: демографический кризис, социальный кризис, кризис неравенства, экономический кризис, политический кризис, моральный кризис, кризис образования и, прежде всего, кризис ценностей, сопровождаемый саморазрушительным нигилизмом, который делает крайне сложным предвидение будущего Европы.
Европа переживает явный кризис идентичности — ощущения того, что мы больше не знаем, кто мы есть. Десятилетия подчинения интересам англосаксонских держав опустошили душу Европы. Если европейская молодежь не осознает эти кризисы, если она не способна преодолеть этот нигилизм и смело взять свою судьбу в свои руки, будущего не будет. В этом смысле я не очень оптимистичен и считаю, что будущее европейских поколений выглядит довольно мрачным. К сожалению, такова реальность. Возможно, с Востока придут лучи надежды и в некотором смысле послужат катарсисом для пробуждения старой Европы.
Рекомендуем
