Интересные факты о режиссере Кирилле Халецком: от съемок в бабушкиной школе до белорусского Деппа
Имя молодого режиссера Кирилла Халецкого в последние месяцы стало звучать громче и чаще. Некогда молодой дебютант, обладатель Президентского гранта для одаренных студентов, лауреат нескольких международных фестивалей короткометражного кино, снял фильм «Классная» о белорусских учителях и предстал перед Президентом во время посещения главой государства киностудии «Беларусьфильм». Мы поговорили с Кириллом о его удивительном пути становления и том, что ждет нашу киноиндустрию дальше.
— Кирилл, буквально вчера вы говорили с Президентом о Вашей будущей премьере. Какие впечатления у вас остались от встречи?
— Прекрасные! Последний раз тема нашего кинематографа на уровне Президента поднималась десять лет назад, и очень приятно знать, что об этой важной ветви культуры не забывают и готовы всерьез ее развивать. Александр Григорьевич точно понимает, о чем он говорит, хотя, по его же словам, не считает себя профессионалом в этой сфере. Во многом наши мнения с ним совпадают, касательно того, что фильмы о людях должны быть правдивыми и искренними, чтобы каждый мог увидеть в них себя, особенно человек из регионов, где пройдет основное действие моего будущего фильма «Классная».
— Вы упоминали, что и сами имеете отношение к регионам, в частности, к Пуховичскому району. Что вас с ним связывает?
— У меня с Пуховичами связано все детство. Мои прабабушка, прадедушка, дедушка и бабушка по материнской линии оттуда родом. Бабушка, Валентина Сергеевна Беседина, была долгое время директором Пуховичской школы, и в этой школе мы даже смогли снять некоторые сцены из «Классной». Я вообще почти каждый фильм пытаюсь там снять, но не всегда удается. Пуховичи — это просто моя любовь: прекрасные виды, натура и особая атмосфера детства и дома, которые мне очень дороги.
— Ощущаете ли вы разговор с Президентом как взлет вверх к звездам? Высшая ли это точка для Ваших амбиций или все еще есть куда стремиться?
— Я не гонюсь за славой или целью стать самым крутым и известным режиссером в мире, я просто стремлюсь делать работу хорошо. Разговор с Президентом — очень важный этап в моей профессиональной биографии, это действительно большая честь — вот так говорить с Президентом, тем более о своей работе. Но это не предмет для какого-то кича или самолюбования, наоборот, это знак того, что нужно работать еще усердней, чтобы оправдать возложенное на меня доверие.
— Руслан Чернецкий на встрече с Президентом говорил о том, что в индустрии материальная база достаточная и больше необходима протекция со стороны администрации. Как человек из кино вы согласны с этим утверждением?
— Более чем. Это в массовом сознании бытует мнение, что кино можно снимать только будучи мультимиллионером. В самой истории есть немало примеров, когда шедевры снимали за очень скромные бюджеты, поэтому цена вопроса тут стоит скорее на третьем плане. А вот с точки зрения административной помощи, она действительно нам очень даже не помешает. К примеру, в плане молодых кадров имеются некоторые трудности, с которыми даже я сам столкнулся. Молодые люди получают образование по специальности режиссера или сценариста, приходят на киностудию и занимаются чем угодно, но не кинематографом. Либо потому что не знают, с какой стороны подойти к процессу съемок, либо их самих туда не пускают, потому что не доверяют творческому видению «молодых и зеленых».
— Получается, Вам повезло?
— В какой-то степени, да. Помогло еще то, что я смог, если можно так сказать, сделать себе имя еще во время обучения в Академии искусств. Поэтому меня знали и воспринимали как человека, который знает и умеет снимать кино. Новая инициатива от руководства «Беларусьфильма» по созданию специальной студии для таких молодых специалистов как раз и будет направлена на реализацию творческого потенциала тех, кто делает первые шаги в профессии.
— Поэтому вы работаете в основном с молодыми и малоизвестными артистами? Не хотелось ли взять в проект именитого профессионала?
— Мне нравится открывать таланты. Звездами, как известно, становятся единицы, а ремесленников тысячи. Стремлюсь дать шанс этим парням и девушкам с большим потенциалом и горящим взглядом, готовых себя проявить. Никогда не знаешь, какие сокровища удастся отыскать. Так, например, мы нашли замечательного витебского актера Юрия Цвирко, который стал просто настоящим сокровищем и украшением всего съемочного процесса. После «Классной» многие ребята, далекие от актерства, говорили, что хотят связать жизнь с кино, что тоже очень греет душу. Все-таки не хочется, чтобы в разных фильмах постоянно были одни и те же лица.
— Но тем не менее у вас каст периодически повторяется.
— Вы о Станиславе Пекарском? (смеется) Стас — это моя бриллиантовая находка, мне очень нравится его типаж, его умение вживаться в образ, его характер. В жизни он открытый, веселый и очень добрый человек, замечательный друг и партнер по съемочной площадке. Работать с ним никогда не бывает скучно или тяжело, потому что он меня слушает и слушается.
— Вы как Тим Бертон и Джонни Депп, Никита Михалков и Олег Меньшиков, Квентин Тарантино и Леонардо ДиКаприо…
— Только со знаком белорусского качества! (смеется)
— А как вы вообще ищете нужных вам актеров?
— В агентствах, в театральных вузах, в детских студиях, в театрах. Проблема в том, что выбор портфолио под типажи для кино у нас, к сожалению, очень скудный в плане внешнего разнообразия. Например, мы для роли искали мальчика обязательно полного телосложения, а в Беларуси они все как на подбор: худенькие, конвенциональной красоты, будто только с подиума вышли. Стали искать в России и довольно быстро нашли нескольких молодых людей, среди которых выбрали Кирилла Малышева. Сейчас в кино тенденция на нестандартные физические черты — носы с горбинкой, избыточный вес, необычная форма ушей, веснушки, гетерохромия и т.д. Даже если у актера витилиго или заметные родинки, без работы он точно не останется. На конвенционально идеальные тела можно в журналах или в Инстаграме посмотреть, а в кино очень важна естественность.
— Среди Ваших актеров есть и те, для кого участие в «Классной» стало дебютом, а кто-то до этого вообще не занимался кино на профессиональном уровне. Как вы с ними работали? Не было ли тяжело?
— Моя главная фраза, сказанная каждому актеру на площадке — «Играй как в жизни». Мы снимаем кино о живых людях, поэтому в кадре обязательно должна быть жизнь. И одинадцатиклассников должны играть одиннадцатиклассники, а не несколько Стивов Бушеми из знаменитого мема.
— Но есть же исключения. Янине Жеймо было 37, когда она сыграла Золушку в советской сказке…
— Сейчас чаще можно столкнуться с подобным эффектом наоборот. Когда мы отбирали учеников в класс нашей главной героини, мы нашли Данилу, которому 14 лет. Человек учится в седьмом классе, а будет играть без пяти минут выпускника — до последнего не верили, пока год рождения в паспорте не увидели. И Даник большой молодец, очень старался, много репетировал и занимался с коучем по технике речи, потому что у него начал ломаться голос и он переживал, что это может плохо сказаться на съемках и придется переозвучивать его персонажа. Но все прошло как нельзя лучше.
— Ваш путь режиссера полнометражного кино начался с XXIX кинофестиваля «Лістапад», а спустя год стали одним из членов жюри. Расскажите о приобретенном опыте.
— На самом деле я даже не ожидал, что жизнь так забавно повернется: я участвовал в категории «Кино молодых», а через год уже выбирал лауреатов в той же категории. Просмотреть за день 10 фильмов и оценить их — задача не из самых легких, особенно, когда приходится в некоторых читать субтитры. Мне помогали мои опытные коллеги — Давид Имамвердиев из Азербайджана и Доменико Луккини из Швейцарии. Каждый фильм мы обсуждали и комментировали каждый с точки зрения своего виденья. Так сила кинематографа смогла преодолеть языковой барьер.
— В этом году от вас ждать чего-нибудь особенного?
— Буду смотреть ближе к датам проведения.
— А какое кино вы сами предпочитаете? Можете себе позволить расслабиться и посмотреть незаурядный фильм на один вечер или относитесь к процессу более серьезно и выбираете только высококачественные работы?
— Очень люблю артхаус и старые фильмы XX века. Но моей жене они кажутся слишком сложными, поэтому приходится выбирать что-то чуть менее нишевое. Я могу с большим удовольствием посмотреть и оскароносную философскую драму, и какой-нибудь экшен-боевик. Главное, не начать вглядываться в детали, потому что тогда в ход идет профдеформация и ты начинаешь видеть и запоминать технические моменты, вместо сюжета и актерской игры. Но есть и плюсы, например, могу подчеркнуть из фильма референсы для будущих проектов.
— Какими вы хотите видеть будущие перспективы белорусского кино?
— У зрителей есть запрос на хорошие отечественные, жизнеутверждающие фильмы и очень важно этот запрос удовлетворить. Я надеюсь, что президентская инициатива поможет многим молодым людям прийти в индустрию и заниматься действительно тем, чем они хотят. Мы и представить себе не можем сколько заряженных, перспективных, думающих и глубоких вокруг нас, со своим взглядом на мир, которым есть, что сказать и как показать. И вопрос конкуренции передо мной даже не стоит — я не хочу быть единственным молодым режиссером Беларуси, я хочу быть одним из множества профессионалов, которые будут развивать и вести наш кинематограф только в светлое и успешное будущее.
Рекомендуем
